Страница 85 из 214
[Ты - сама Рос-крана, семя Кормака многих мечей (гэл.)].}
Три дня на Мой-лене мы пировали; образ девы, сияя, вставал в моей смятенной душе. Кормак заметил, что я омрачился. Он отдал мне белогрудую дочь. Она подошла, потупя очи, осененная волнами тяжких кудрей. Она подошла... Вдруг заревела битва. Явился Колк-улла; я схватил копье. Меч мой поднялся вместе с войском моим на полчища супостата. Племя Алнекмы бежало. Колк-улла, сраженный, пал. Фингал воротился со славой.
Тот лишь прославлен, о Филлан, кто бьется плечом к плечу со своим народом. Следует бард по его стопам через землю врагов. Но кто в одиночку бьется, тот немного деяний своих передаст временам грядущим. Сегодня сияет он ярким светом. Завтра падет сраженный. В единственной песне слава его. На единственном темном поле имя его. Память о нем только там, где густою травой зарастает его могила".
Так говорил Фингал на оленьей Море. С утеса Кормула полилась сладостная песнь трех бардов. Под звуки ее сон опустился на широко простертое войско. Сопровождаемый бардами, Карил вернулся с могилы короля Дун-лоры. Глас денницы уже не дойдет до мрачного ложа героя. Не услыхать тебе больше косуль, что скачут над тесным твоим жилищем.
Как возмущенные тучи клубятся над зыблемым морем вокруг метеора ночного, озарившего их края, так сгрудился Эрин вокруг короля Аты, что стоял, мерцая доспехами.* Он среди всех возвышался и беззаботно вздымал временами копье под звуки далекой арфы Фонара, звеневшей то громче, то тише.
* Поэт переносит действие в ирландский лагерь. Представленные здесь образы великолепны, и они обладают своего рода _ужасной красотой_ (если можно так выразиться), которой так часто отмечены сочинения Оссиана. Беспорядочное движение войска и спокойное беззаботное поведение Кахмора составляют противоположность, которая, как я уже замечал, придает описанию возвышенность и рассчитана на то, чтобы оживить поэзию.
Близ него оперлась на утес синеглазая Суль-мала, белогрудая дочь Конмора, короля Инис-хуны.** Однажды на помощь ему пришел лазоревощитный Кахмор и отбросил его врагов. Суль-мала узрела вождя величавого в чертоге пиров. Не равнодушно взирал и Кахмор на длинноволосую деву.***
** Sul-malla - _медленно поводящая глазами_. Caon-mor - _кроткий и высокий_. Inis-huna - _зеленый остров_.
*** Для разъяснения этого места я приведу историю, на которой оно основано, извлеченную мною из других поэм. Народность фирболгов, обитавшая на юге Ирландии и происходившая от белгов, которые владели южным и юго-западным побережьем Британии, на протяжении многих веков поддерживала дружественные сношения со своей прародиной и посылала помощь британским белгам, когда на тех нападали римляне или другие пришельцы с континента. Когда Конмор, король Инис-хуны (той части южной Британии, что лежит напротив ирландского побережья), подвергся нападению некоего неприятеля, имя которого не сохранилось, он послал за помощью к Карбару, государю Аты, самому сильному вождю среди фирболгов. Карбар отправил ему на подмогу своего брата Кахмора, который, испытав немало превратностей военного счастья, закончил войну полным разгромом врагов Инис-хуны и вернулся с победой в чертоги Конмора. Там, на пиру, дочь Конмора Суль-мала без памяти влюбилась в Кахмора, но прежде чем ее любовь открылась, он был отозван в Ирландию своим братом Карбаром, получившим известие о том, что Фингал замыслил поход с целью восстановить династию Конара на ирландском престоле. Противный ветер вынудил Кахмора оставаться три дня в соседней бухте. Тем временем Суль-мала переоделась в платье молодого воина и пришла к нему, предлагая свои услуги на войне. Кахмор согласился, поплыл в Ирландию и прибыл в Ольстер за несколько дней до смерти Карбара.
Третий день наступил, и Фихил **** пришел из многоводного Эрина. Он рассказал, что в Морвене поднят щит ***** и угрожает опасность рыжеволосому Карбару. Кахмор поднял паруса в заливе Клубы, но ветры дули в иных краях. Три дня он прождал на берегу, обращая очи к чертогу Конмора. Он вспоминал дочь чужеземцев и тяжко вздыхал. Когда же ветры разбудили волну, с холма сошел вооруженный юноша, чтобы меч поднять вместе с Кахмором на его гулкозвучных полях. То была белорукая Суль-мала, лик свой сокрывшая шлемом. По следам короля стремилась она и, полная радости, не сводила с него синих очей, когда отдыхал он вблизи своих ревущих потоков. Кахмор же думал, что дева, как прежде, гоняет косуль на Лумоне или, прекрасная, со скалы простирает белую руку ветру - узнать, не летит ли он с Инис-файла, из зеленой страны ее милого. Обещал ей Кахмор вернуться на своих парусах белогрудых. Аты король, близ тебя твоя дева оперлась на утес!
**** Fithil - _младший бард_. Это можно понять здесь и как имя человека, и в буквальном смысле, поскольку барды в те времена были вестниками и гонцами. Кахмор, вероятно, отсутствовал, когда восстал Карбар и был убит Кормак, король Ирландии. Предания, дошедшие до нас вместе с поэмой, гласят, что Кахмор со своим войском прибыл из Инис-хуны только за три дня до смерти Карбара, и этого достаточно, чтобы отвести от него обвинение в участии в заговоре брата.
***** Обряды, которых придерживался Фингал, готовясь к походу, описаны Оссианом в одной из малых поэм. В полночь бард входил в чертог, где обычно в торжественных случаях пировало племя, запевал _военную песнь_ и трижды призывал духов почивших предков явиться _на своих облаках_, чтобы взирать на деяния потомков. Затем он вешал _щит Тренмора_ на дерево на скале Сельмы и ударял в него время от времени тупым концом копья, а в промежутках пел военную песнь. Так продолжалось три ночи подряд, а тем временем рассылались гонцы, чтобы собрать племена или, как выражается Оссиан, _созвать их со всех их потоков_. Эти слова указывают на местонахождение кланов, которые обычно селились в долинах, где воды с ближайших гор сливались вместе, образуя _большие потоки_ или реки. _Поднять щит_ - выражение, означавшее начало войны.
Вожди величавые стояли вокруг, все, кроме угрюмоликого Фолдата.* Он стоял в отдаленье под деревом, погруженный в свою надменную душу. Ветер свистит в косматой его бороде. Временами он запевает песню. Наконец, он в гневе ударил по дереву и кинулся к королю.