Страница 149 из 231
– Марьянка?! – так и ахнула я. − А она тут какого…
Так и есть. Это была Марианна Владленовна во всей своей прекраснофигурной плоти. Она беспечно болтала с аспирантом и то и дело незатейливым движением касалась волос за ухом.
От осознания опасности − а быть может, и неминуемого провала, − я двинулась по стеночке и исчезла в полутьме коридорчика. Скользнула назад в уборную. Затихарилась.
Придётся переждать. Шут знает, как заместитель Брановского начальника отреагирует, увидев подчинённого в баре на пару со студенткой.
Если уже не увидела.
А что если Марьянка уже делает Яну выговор? Мол, отношения со студентками низко, подло, недостойно светлого преподавательского звания… О чём вы только думаете, молодой человек? Уж явно не о просветительских задачах.
– Ну и влипли, – обхватила я лицо ладонями. И телефона, как назло, нет, чтобы сговориться с аспирантом.
Пару раз я осмеливалась выглянуть, но Марьянка упорно просиживала мой стул. Правда, Бранище − что подтверждалось с каждой шпионской вылазкой, − стремительно мрачнел. Вот уже даже на спинку стула откинулся и нетерпеливо забарабанил пальцами по столу.
– Да неужели… – выдохнула я, едва шикарная Марьянка наконец поднялась на ноги.
Правда, радость моя оказалась преждевременной. Женщина, загадочно улыбаясь под свой острый комариный нос и покачивая бёдрами, направилась прямиком к уборным. Настоящая кошка!
Всполошившись не на шутку, я мышкой скользнула в дальнюю от двери кабинку. Заперлась и для верности забралась на унитаз с ногами. Хотя глупость, конечно… разве Марьянка узнает меня по ботинкам? Да и станет ли наклоняться в своей юбке с умопомрачительным разрезом?
Послышался стук каблуков. Ручка дёрнулась, а я затаила дыхание. Снова стук каблучков по тёмному кафелю, и дверца соседней кабинки скрипнула. Щёлкнула задвижка.
– Марин, – послышались шаги следом. – Ты тут?
− Ага! Подождите чуть…
Марьянкины тонкие каблучки зазвучали вновь. Зашумела вода, а затем и сушилка для рук. Я бесшумно спустилась на пол и согнулась пополам. С опаской заглянула под дверь.
Три пары ног. Боже мой, только бы Марианна не удумала остаться. Только бы…
– Ты остаёшься или с нами едешь? Такси уже ждёт.
Голос низкий, ломаный. Верно принадлежал той, чья пара ног облачена в безвкусные сапоги с широченными голенищами. Ну прямо Кот в сапогах!
– С вами поеду, – истерзав меня молчанием, наконец отозвалась Марианна Владленовна. Ширкнула замочком сумочки, а я с трудом стон облегчения сдержала. – Только в порядок себя приведу, подождите.
– А кто тот черноглазый симпатяшка? – хохотнула одна из подруг, пристроившись у зеркала.
– М-м-м да так, – судя по загадочному мычанию, Марианна обновляла слой помады на губах, – подающий бо-ольшие надежды аспирант.
– И насколько большие у него эти самые… надежды?
Подруги прыснули со смеху и наверняка со знанием дела переглянулись. Марьянка же лишь хмыкнула, наводя загадочности.
– Достаточные, чтобы я уехала не с вами, а с ним.
– О-о-хо-хо!.. – хором заголосила Марьянкина свита, а я стиснула кулаки так, что коротенькие ногти впились в ладони.
До чего же у завши голос противный! Почему я раньше не замечала?
− Ну так что, Марин? – отхихикав своё, забасила «кот в сапогах». – Остаёшься с черноглазиком, али как?
– Хотела бы, но увы. Он явно кого-то ждёт, – снова визг молнии и стук каблуков. – Ничего. Мальчикам его возраста полезно погулять и набить руку на молоденьких дурочках. Самооценку, так сказать, поднять. Ничего, − повторила Марьянка со сладким предвкушением в голосе. − Я подожду. Рано или поздно заявится. Всегда заявляется. А на большее у меня и времени нет. Идёмте, девочки. И так придётся водителю за простой переплачивать.
Компания, дружно обсуждая Бранова и его «большие надежды», потянулась к выходу. Дверь на автодоводчике мягко хлопнула, а я никак не могла унять зарождающуюся внутри дрожь.
Молоденькая дурочка…
Я с трудом выкрутила замочек кабинки, но сил толкнуть дверцу не находила.
Несложно догадаться, что Бранова и Марьянку связывали, а скорее всего, до сих пор время от времени связывают, тесные отношения. Впрочем, немудрено. Марианна женщина красивая. Говорят, одинокая. Да и лет ей не больше тридцати семи, а выглядит она ещё моложе.
Меня всегда восхищали её ухоженные пальчики. Будто мирской труд им отродясь не был знаком. А у меня всё время ногти ломаются... потому и пилю под корень. Да и сказки свои на смартфоне неудобно набирать. Цокаешь по экрану, как какая-нибудь... птица.
Медленно ступая, я наконец вышла из кабинки. Оправила толстовку, провела по единственному розовому локону, оставшемуся от моей спокойной, безаспирантской жизни.
И правда, молоденькая дурочка. На что я вознадеялась? Что Бранище под действием ауры разглядит во мне что-то эдакое? Влюбится по уши? Я зло расхохоталась.
Ну и сказочница ты, Машка! Глаза разуй! У Марьянки связи, благосостояние… да опыт во всяких-яких делах в конце концов. На кой аспиранту зелёная девчонка? Еще и втянувшая его в неприятности по самые... "надежды".