Мой препод Укротитель

– Миша, как вы узнали, где нас искать?

Аня недовольно заёрзала, упрямо глядя в спину Сизова-старшего за рулём. Явно мечтала силой мысли, а может, и попросту грубой силой заставить Мишку молчать.

Но в своём стремлении чесать языком Миха оказался несокрушим.

– А мы и не знали, – пожал плечами он, невозмутимо хлебая пойло из бутылочки. – Дали сигнал, мы выехали. Всё как обычно. Или ты совсем ещё зелёная?

Что ответить, я не знала. Вместо этого упёрлась обеими руками в плечо аспиранта. Тот опасно наклонился, грозясь рухнуть мне на колени.

– Прости, – прошептал он и явным усилием вернул телу вертикальное положение.

– Ты пей давай, – Миша подпнул Бранова носком ботинка. – Тебе силы нужны.

Аспирант снова вышел из оцепенения, парой глотков осушил половину бутылки и уставился в окно.

Мимо пролетали обледеневшие улицы и многоэтажки. Миша наблюдал за нами с лёгким, но явно оценивающим прищуром, а затем снова, но на порядок громче спросил.

– Так из какого ты отдела, Ян? Когда вас с Махой связать-то успели?

– Семён, остановите здесь.

Бранов подал голос, заставив меня вздрогнуть. Закрутил крышку бутылки и поплотнее запахнул пальто. Совладать с пуговицами он даже не пытался.

«Весёлое дельце», – услыхала я недовольное бормотание Миши. Семён Аркадьевич тем временем буркнув что-то, с трудом перестроился и прильнул к обочине чуть дальше остановки.

– Спасибо, – аспирант швырнул бутыль с жижей на сидение и дёрнул ручку.

Холод ворвался в салон, и Мишка, поджав ноги, недовольно запыхтел.

– Мика.

Аспирант, хохлясь от холода, придержал дверь, а я недоумённо уставилась на брошенную им бутылку. Почему он так злится и не хочет принимать помощь?

– Возьми, – впервые по-человечески участливо кивнула Аня, видя моё замешательство. – Ему сейчас нужно.