Страница 82 из 109
- Не могу взять в толк ваши речи, падре! Вельзер юн и неопытен - это плохо; Лимпиас стар и умудрен - опять нехорошо!
- Крайности одинаково пагубны, а стремиться надобно к золотой середине. Люди, которых вы сделали своими ближайшими помощниками,- это порох и вода. По самой их природе неминуемо возникнет соперничество, и стоит лишь одному сказать "да", как второй тотчас скажет "нет"!
- Так ведь не в том ли заключается искусство политика, как вы сами мне внушали, чтобы подчиненные недолюбливали друг друга?
- Во всем нужна мера. А разница между несмышленышем немцем и седобородым кастильцем так велика, что вам не поставить ее себе на службу, как не вычерпать моря.
- Почему вы загодя так уверены, что Вельзер не уживется с Лимпиасом? Они ведь даже не знакомы?..
- Насколько я понимаю, лебедь тоже не водит знакомства с ягуаром. Но сведите их нос к носу и посмотрите, что получится.
Педро Лимпиас проворно сновал по лагерю, отдавая последние распоряжения. Войско было уже готово выступить. Падре Тудела сказал Филиппу сущую правду: помощники не ладили между собой. Испанцу и в голову не приходило спрашивать у Вельзера совета, прежде чем отдать распоряжение, и напрасно пытался юноша дать почувствовать свою власть: солдаты прекословили ему, а то и вовсе не желали повиноваться.
- Сначала узнаю у маэсе Лимпиаса, надо ли,- дерзко ответил Алонсо Пачеко, когда Вельзер приказал ему идти в дозор.
- То есть как это "узнаю"? - взорвался юноша.- Лимпиас - мой подчиненный!
Алонсо с вызовом поглядел на него и, отойдя на несколько шагов, замысловато выбранился.
Лимпиас на рожон не лез, открытого столкновения избегал, но, когда Вельзер, с каждым разом горячась все сильней, отдавал ему какое-либо распоряжение, глядел на него непонимающе. И вот однажды Варфоломей, видя, что старик и не думает выполнять приказ, потерял голову от ярости:
- Вы оглохли, маэсе Лимпиас?! Что, черт вас побери, происходит?!
Лимпиас с живостью поворотился к нему, глаза его вспыхнули:
- Не смейте кричать! Я вам в отцы гожусь! Не родился еще человек, которому бы я дозволил поднять на себя голос!
Вельзер неминуемо сцепился бы с ним, если бы не падре Тудела, который вовремя вмешался и почти силой увел юношу, что-то ему нашептывая.
- Чертовы немцы! - пробормотал Лимпиас, с ненавистью глядя ему вслед.
Гуттен, сидя на поваленном дереве, раздумывал об этих распрях. Лимпиас еще шагов за двадцать стал бочком подбираться к нему.
- Что заботит вашу милость?
- Да так, ничего особенного,- ответил Филипп, указав ему на место рядом с собой.
- Ведомо ли вам, что за неделю до отъезда я получил письмо от Франсиско Веласко?
- От Веласко? - переспросил, не веря своим ушам, Филипп.
- Да-да. Фортуна ему улыбнулась. Он теперь в Кубагуа, разбогател на жемчуге.
Филипп почувствовал дурноту, представив, как Веласко будет погребен под толщей воды на дне морском.
- Пишет, что нам бы надо плюнуть на Эльдорадо. Состояние можно сколотить только в Кубагуа. Я думал-думал и вот решил рассказать вам...
Гуттен нахмурился.
- Так вы предлагаете идти в Кубагуа?..
- Нет, ваша милость! - поспешил возразить тот.- Я всего лишь имел в виду, что если вы перемените решение, то я, как всегда, буду готов выполнить любой ваш приказ...
Гуттен, раздосадованный известием, а еще больше - подозрительными речами Лимпиаса, приказал:
- Озаботьтесь, чтобы все было готово к походу. Выступаем завтра утром. Больше вас не задерживаю.
Лимпиас, побагровев, двинулся обратно.
- Проклятые немцы! - вырвалось у него.
- Что вы сказали? - спросил выросший как из-под земли Вельзер.
Растерявшийся от неожиданности Лимпиас что-то забормотал.
- Советую вам поменьше болтать, если не хотите беды,- твердо сказал юноша.- Я знаю, вам не по вкусу немцы и ненавистен дом Вельзеров. Что ж, скатертью дорога, никто вас не держит.
- Простите меня, сударь,- пролепетал Лимпиас.- Сам не знаю, что говорю, такое уж у меня свойство. Простите мне несдержанные речи и, сделайте милость, не передавайте их губернатору.
- Хорошо, на этот раз я буду великодушен, но впредь вы должны вести себя как подобает.
- Обещаю вам и клянусь, это больше не повторится. Опустив голову, сгорбившись, он медленно побрел дальше, но, отойдя на почтительное расстояние, остановился, сплюнул и злобно прошептал:
- Не хватало еще, чтобы этот вертопрах навлек на меня немилость Гуттена.
24. ОКАЯННЫЙ КРАЙ
Солнце едва успело разогнать предрассветный туман, а войско уже двинулось.
На протяжении трехсот лиг не встречалось им ни одной живой души, и вот наконец они пришли в прилепившуюся на горном отроге индейскую деревушку, которой во время предыдущей экспедиции Спира дал имя Санта-Мария-де-Льянос. За перевалом уже лежал Попайан - провинция, управляемая Белалькасаром.
Узнав от касика, что несколько недель назад отряд во главе с Хименесом де Кесадой спустился с плоскогорья и, нигде не задерживаясь, прошел прямо на юг, они встревожились и уже собрались было вдогонку за своими соперниками, но хлынули апрельские ливни; преследование стало невозможным. Жители деревушки, не в пример тем, кто встречался отряду Гуттена раньше, были радушны и гостеприимны: щедро снабжали испанцев едой, предоставляли им своих жен и выстроили исполинский шалаш, вместивший сотню всадников и два десятка пехотинцев.
В начале октября дожди прекратились, и Гуттен произнес слова, которых все так жадно и давно ждали:
- Господа, в путь! К Эльдорадо!
После долгого марша по спаленной солнцем долине они вышли к деревне, с двух сторон окруженной илистой рекой. Здешние индейцы не знали одежды, были подозрительны и держались настороженно. Они рассказали про Кесаду: несмотря на то что прошло уже несколько месяцев, его отряд миновал деревню лишь неделю назад.
- И его, значит, задержали дожди! - обрадовался Гуттен.- Завтра же тронемся за ним вдогонку.
В тот день к ним подошел индеец в полотняной рубахе и красной шерстяной шапке. Жители всячески выказывали ему свое почтение, а он держался как человек, привыкший повелевать.
- Ты не должен идти по следам белого человека,- сказал он Гуттену при посредстве Лимпиаса и вытащил из заплечной сумки золотой и серебряный слитки.- Я тоже хочу отправиться туда, где мой брат отыскал это. Сокровища не в том месте, где ты предполагаешь, а по эту сторону хребта, там, где рождается солнце. Иди в Макатоа. Там тебе скажут, как добраться до Оуарики, до страны омагуа.