Страница 107 из 110
– Ладно, это все ерунда, – вздохнул Натан. – Но ты же пропал. Я ведь всю ночь глаз не сомкнул. Переживал где ты. Почему ты не отвечал на мои звонки? Там, наверное, не меньше тридцати пропущенных от меня и Эрики. Где ты был?
– Гулял по парку…
– В парке? – изумился отец. – Что ты там делал ночью? Ты понимаешь, что это за место и что могло быть? Ты не знаешь, сколько всякого сброда по ночам разгуливает в парках? Почему ты не хочешь ничего понимать, ведешь себя как капризный, маленький ребенок?! Почему не пришел домой сразу, как только закончились уроки?! Я понимаю, зашел к другу на часок-другой, но тебя не было до двух часов ночи! И все это время ты гулял по парку?! Тебя же могли убить, дурья твоя голова! – воскликнул Натан, но спохватился, как только увидел, как сжался и затрясся Микаэль.
– Прости, дорогой – виновато сказал мужчина, кладя руку на плечо сына. – Я просто перенервничал. Тяжелая выдалась ночь…
«И чем он недоволен? – Юичиро выпрямился. – К нему и так и сяк, а ему всё не то. Ничего не понимаю. Ну вспылил отец, с кем не бывает, ну так сам же и виноват. Пришел бы вовремя, ничего бы не было»
Всем телом Микаэль ощущал подавляющую слабость. Обвинения и крики были просто невыносимы. Он закрыл глаза, чувствуя, как становится дурно.
Заметив, что румянец становится более ярким, Натан приложил руку ко лбу сына.
– Похоже, повышается температура, – сказал он. – Сегодня школа уж точно отменяется. Лежи, я принесу лекарство из ванной. Не думай ни о чем, просто лежи, – с этим словами Натан поднялся и направился к двери.
Почуяв угрозу, Юу немедля отшатнулся от двери и, пока его не заметили, поторопился убраться отсюда.
– Я в порядке и могу сам, – собрав силы, Микаэль попытался приподняться, но потяжелевшая голова упорно тянула вниз. Необходимо было уснуть, лишь во сне виделось спасенье.
– Прекрати этот детский сад, – строго оборвал его отец. – Ты уже достаточно посамовольничал.
Дверь за ним закрылась и тогда Мика опустился на кровать. Он ни о чем не думал, мысли путались и мешались одна с другой. Он уже почти погрузился в блаженный сон, как рядом с подушкой зазвонил телефон, с вечера покоившийся подле хозяина.
«Кто там еще?» – мысленно проворчал Микаэль, беря в руку смартфон. Это оказалась Шиноа, подобно родителям пытавшаяся дозвониться до парня, исчезнувшего на трое суток, после той самой ночи. Поморщившись, как от лимона, парень сбросил звонок, а потом и вовсе выключил телефон.
«Достала…»
Отложив телефон подальше, Мика уронил голову на подушку и закрыл глаза.
– Как он? – Эрика вошла в ванную и, опершись о притолоку, скрестила руки на груди.
– Вроде бы терпимо, но пусть посидит сегодня дома, глядишь, к концу дня и поправится, – нервно перебирая конвалюты с лекарствами и баночки, ответил Натан. – Черт, – выдохнул он, когда очередная конвалюта соскользнула с полки и упала в раковину.
– Давай я, – улыбнулась женщина. Зорким женским глазом пробежавшись по медикаментам, она гораздо быстрее отыскала необходимые препараты. Натан только усмехнулся.
– Беги, а то, боясь опоздать, ты тут такое устроишь, что мне весь вечер придется убираться. Я сама позабочусь о нём.
– Ты уверена?
– Конечно, – улыбнулась Эрика. – Я же мать и прекрасно знаю, что такое простуженный ребенок.
– Спасибо, милая. До вечера, я позвоню, – поцеловал ее Натан, а потом вышел из ванной комнаты.
Микаэль крепко спал, когда женщина вошла в его комнату с лекарствами. Она не стала его будить, вместо этого оставила на столе воду и необходимые средства, добавив к ним вкусный горячий завтрак, а еще записочку: «Выпей, пожалуйста, лекарство, но перед этим обязательно поешь».
Сначала Натан, а затем Юу оставили дом и, сделав все необходимое, она тоже отправилась на работу. Ей оставалось доработать последние несколько дней до расчета и только по этой причине, она вынуждена была оставить Микаэля одного. Если бы все было иначе, Эрика непременно отпросилась бы у начальства и осталась присматривать за больным мальчиком, но, поскольку это было невозможно, она была вынуждена уйти.
Юичиро, пускай и сбежал в школу, однако мысли его оставались в спальне, где лежал и постанывал в тревожном сне Микаэль. Он все еще не понимал Микиных чувств к окружающим, но это не мешало Юу сейчас вспоминать о нем с жалостью. Ведь в тот момент, сжавшийся и трясущийся от озноба Шиндо был так невинен и чист, а потом так несчастен от того, что его все оставили, что невозможно было вспоминать об этом со спокойным сердцем. На уроках Юичиро не оставляла мысль о том, как сейчас Мика: спит ли, проснулся ли, плохо ему или он уже оправился?
Пускай Юичиро не принимал существования каких-либо теплых чувств к своему недругу, да только он не был настолько жесток и черств, чтобы не думать о мучениях другого человека, какой бы сволочью он ни был. Тем более, после этой ночи Юу постепенно начинал оправдывать его поведение для самого себя, что и вовсе надломило его стандартный взгляд на привычные вещи.
– Глядите-ка, что-то наша роза не торопится поблагоухать нам сегодня. Как же так? – донесся насмешливый голос кого-то из одноклассников до слуха Юу.
– Ха-ха, переутомился красавец. На один день только хватило.
– После концерта примадонне покоя захотелось?! Это понимать надо, хах! Он же теперь не только с местными развлекается, он себе еще попутно подружку завел!
– А что, старых дружков уже мало или они его подпорченное личико дружно отвергли, хе-хе.
– Эх, и влетит ему за эти выходки по первое число.
– Идиоты, – буркнул Амане и отвел от раздражающих парней взгляд. Они даже не знают, что с ним, а уже готовы поливать его грязью.
– Отсутствие обсуждается полным ходом и энтузиазмом, – посмеиваясь шуткам других, Синго приблизился к Юу. – А ведь это они ничего не знают.
– О чем ты? – напряженно взглянул на него Амане.
– Сто пудов Шиндо нет только по одной причине, – он подмигнул Юу и его кривая усмешка стала еще омерзительней. – Удар у тебя поставлен что надо, так скоро от него не отойдешь. – Он хмыкнул. – Если вообще отойдешь… мало ли как может обернуться… И тебе проще будет, одним конкурентом меньше.
– Заткнись, что ты такое говоришь! Я вовсе не желаю ему смерти! – взвился Амане и тотчас спохватился, ибо его внезапное восклицание привлекло внимание некоторых.
– Чего смотрите?! – краснея, огрызнулся Юу по сторонам.
– Да ладно-ладно, чего ты завелся. Я же просто пошутил, – замахал руками Синго, чувствуя, что перегнул палку. – Мне тоже этого не надо.
– Невозможно, – Юу отодвинул стул и поднялся. – Мне нужно на воздух. Мне здесь дышать нечем, все прогнило насквозь.
– Юу? Ты чего? Я же правда пошутил, – усмехнулся Синго, но Амане не остановился.
«Неужели они в самом деле считают, что я хотел бы забить его до смерти? – Юу шел по шумному коридору, не замечая никого вокруг. – Бред какой-то. Прошло не так много, а я уже извелся. Даже шуток не воспринимаю. Не могу ни о чем другом думать, кроме как о том, как он там. Какая глупость… Что со мной?»
Юичиро сел на свободную скамью и поставив локти на колени, уткнулся лицом в ладони. Свежий ветер разгонял мрачные мысли, но был не способен избавить от душевной смуты. Услыхав чей-то смех неподалеку, Амане обратил туда взгляд. Буквально через несколько скамеек, где отдыхали старшеклассники, сидела компания Микаэля. Леонард, скрестив на груди руки, с достоинством восседал на скамье, рядом стоял Наир, пара его дружков пристроилась тут же и, кто громко, кто лишь посмеиваясь, но все они с легкостью забавлялись шуткам Нагашимы, который сегодня разбрасывался ими налево и направо.
Юичиро с недоумением глядел на них, не понимая, почему они смеются, ведь их любимец был болен. Как они могли веселиться, зная это? Тут уж явно не до смеха. Неужели они ничего не знают, но уже прошло почти полдня, и никто из них до сих пор не выяснил этого? Или даже зная о его состоянии, они продолжают веселиться?