Страница 15 из 341
Всходило солнце, край неба светлел, становилось виднее. Весь склон холма был усеян трупами, мои храбрецы все были целы, даже царапины не было. Повезло, удача нам явно благоволила.
– Так, хлопцы, собрать оружие, оно денег стоит, в Киеве продадим. Это наш законный трофей.
С полчаса ходили по склону, собирая оружие. Пришлось оттирать его от крови разбойничьей же одеждой.
На выходе из рощи к берегу я остановил свою ватагу.
– Постойте-ка!
Медленно вышел из рощи, крикнул:
– Я – Юрий, всё хорошо, не стреляйте, – и поднял вверх пустые руки.
Из-за борта показался шкипер и с ним все шесть человек его команды; у одного в руке был лук. Я похвалил себя за предусмотрительность. Не выдержали бы нервы у лучника при виде выходящих из леса людей, могла приключиться беда.
Я махнул рукой, парни вышли из рощи, тяжело гружёные железом. Шкипер с матросами сбежали навстречу по сходням, обступили, начали расспросы.
– Лучше помогите железо на борт поднять, потом сбегаете за рощицу, бояться уже некого.
Шкипер кивнул, матросы похватали сабли, ножи, копья и с шутками потащили на ладью, с грохотом свалив у нашего навеса на носу. Двое тут же бросились в рощу, вернулись через какое-то время удивлённые – там двадцать один убитый.
– Двадцать два, – поправил я и указал на Кривого, который лежал на берегу недалеко от судна.
– Вот это удача! – восхитился шкипер. – У вас ни одной царапины, все живы, а вражинами весь склон усеян. Не ожидал такого! Видно, добрые вояки у тебя в команде, Юра! Моше будить ли? Пусть посмотрит, что вы хлеб не даром едите, а то так и будет думать, что вы все бока отлежали от безделья.
Я немного подумал – да и пусть разбудит. Надо товар лицом показать, нашу проделанную работу предъявить. Четверо против двадцать двух – это серьёзно.
Конечно, сыграли свою роль два фактора: наше упреждающее и потому неожиданное нападение с применением арбалетов и правильно выбранная тактика боя. Правда, положа руку на сердце, и госпожа удача была на нашей стороне.
Из каюты вышел заспанный Моше, поздоровался, выглянул за борт и увидел только одного убитого.
– И это всё ваше геройство? – скривился купец.
Тут уж я взял его под ручку, и, как он ни упирался, спустил по сходням и провёл через рощицу. Увидев склон с телами, Моше изменился в лице.
– Как же это я проспал битву? Это всё вы?
– Да!
– Вчетвером?
– Да!
Моше поглядел на меня с восхищением.
– Говорил Изя – не верил, говорил Абрам – сомневался. Сейчас всем словам верю, ты – герой.
– Моше, когда будешь расплачиваться, не забудь этот холм и свои слова.
Миновали Смоленск, давнюю причину раздоров между Москвою и княжеством Литовским. Днепр становился шире и полноводнее, движение судов – оживлённее.
После стычки с разбойниками все на судне поглядывали на нас с уважением, а дозорные несли службу с усердием. Ходом прошли Оршу и Могилев, в небольшом Рогачёве шкипер решил сделать стоянку, подкупить продуктов. Вечером мы причалили к городской пристани и выставили двоих людей для охраны.
Команда занималась покупкой на торге продуктов и их доставкой на ладью, я же решил пройтись по городку. Ничего примечательного: кривые улицы, немощёная мостовая, пыль, грязь, беднота. От скуки зашёл в оружейную лавку недалеко от торговой площади. Из-за прилавка выскочил бойкий чернявый мужичок.
– Чего изволите, господине?
– Посмотреть товар зашёл, может, полезное для себя увижу.
Товар был скудноват и качества неважного. Я уже собрался уходить, как мужичок спросил:
– Огненного зелья не надо ли?
Я секунду постоял – порох, что ли?
– Покажи.
Продавец вытащил из-под прилавка небольшой деревянный бочонок ведёрного объёма, поставил на прилавок.
– Вот!
– И где ж ты его взял, любезный?
– Купец с судна о прошлой неделе вдрызг в кости проигрался, оставил в уплату.
Я вытащил пробку, высыпал на ладонь несколько крупинок. Настоящий дымный порох, крупинки ровные, блестящие. Стало быть, не подмок, хороший порох. Кому же он тут, в глухомани, его продаст?
– И сколько просишь?
– Серебряную денгу.
Я почесал затылок. Сколько стоит бочонок пороха, я не знал, да, собственно, ружей или пушки у нас и не было, и зачем нам порох? После некоторого размышления решил взять: цена невелика, и какая-то интуиция подсказывала, что приобретение может пригодиться. Поторговался, но продавец твёрдо стоял на своём, и я, отдав одну новгородскую денгу, забрал бочонок.
Наши на корабле встретили меня восторженно. Вначале я не понял причины, но когда ко мне потянулись с кружками и просьбами налить немного, расхохотался. Парни решили, что я купил бочонок вина. Дабы никто не подумал, что я зажилил, я вытащил пробку, и, к разочарованию собравшихся, высыпал на ладонь чёрные крупинки пороха.
– Перец? – спросил кто-то.
Перец, как и другие пряности, был в цене.
– Огненное зелье.
– Зачем нам оно? У нас на судне даже кулеврины нет.
– Пригодится, потом расскажу.
Зачем я его купил, я пока и сам не знал. Правда, бродила, бродила в голове одна мыслишка. Приобрести огнестрельное оружие я не думал: больно оно здесь тяжело, неповоротливо, пока зарядишь – четверть часа пройдёт, да и запал фитильный. Его перед выстрелом зажечь надо, а если дождь идёт, так и вовсе не выстрелишь. Нет, не о нём были мои мысли. Вспомнилось, как в босоногом детстве мы с мальчишками делали из спичек маленькие бомбочки с селитрой. Почему не попробовать нечто вроде гранат? Заказать в кузнице обрезки труб, один конец заплющить, засыпать порох, приладить фитиль. В нужный момент зажигай и бросай в толпу.
Ещё когда мы залпом стреляли из арбалетов по спускавшимся с холма разбойникам, я остро пожалел, что нет гранат. Самоделки мои никак с гранатами конкурировать не могут, но для этого времени, будут вполне. А что – грохот, огонь, осколки опять же. Надо попробовать, а пока пусть бочонок пороха полежит в сухом месте. Я определил его в трюм, подальше от влаги.
Снова потянулись однообразные дни. В один из таких дней команда забегала, засуетилась.
– Случилось чего? – спросил я пробегавшего матроса.
– Киев рядом, вон на холме постройки, не видишь?
Я всмотрелся. Действительно, на правом берегу Днепра виднелись блестящие маковки церквей, дома, городские стены.
Путешествие заканчивалось как-то уж очень неожиданно. А и ладно – люди живы, груз цел.
По прибытии шкипер долго искал место, где бы пришвартоваться – все причалы были заняты. С трудом нашли место на рыбной пристани. Сильно, если не сказать тошнотворно, пахло рыбой.
Недалеко от пристани женщины чистили рыбу, коптили, вялили, требуху выбрасывали тут же, к радости бездомных собак. Но запах! Я был рад, что мы будем здесь недолго. Вот Моше рассчитается с нами, и можно искать попутное судно в обратную сторону. В Киеве тепло; глядишь, пока река не встанет, сколько-то пути на корабле проплыть удастся, всё ноги не бить.
Моше убежал искать своих и заявился только утром. Груз – меха, Моше решил перегружать с судна на судно, так не надо было платить за склад. Я подошёл, показал рукой на город.
– Киев?
– Киев, Киев, – закивал головой Моше.
– Мы подряжались до Киева, ждём расчёт.
Моше насупился и направился в свою каюту. Ох и прижимист Моше, не любит расставаться с деньгами. Выйдя, отсчитал деньги, скрепя зубами, добавил сверху ещё пять рублей. Ну что ж, и на том спасибо.
Моя команда быстро собрала вещи; нашли на пристани возчика с телегой, перегрузили трофейное оружие и мой бочонок пороха, и направились в город. Надо было найти оружейника, продать оружие, и тогда уже отправляться в обратный путь, не таскать же с собой железо.
Возчик подвёз нас к постоялому двору, мы быстро сгрузились и перетащили добро в отведённую комнату.
С утра вдвоём с Кириллом отправились на поиски покупателя. Нашли быстро, в стольном граде Киевском в каждом почти квартале кто-нибудь занимался железом. И то – дикая степь рядом, все железяки востребованы. За цену сильно не торговались, и продали быстро.