Страница 142 из 153
Слишком рано останавливаться на чём-то окончательном, но я знала, что мы будем искать.
Так что да, я думаю, мы брали пример с Тени.
Или, может быть, просто прямо сейчас имело смысл переждать безумие в океане, прежде чем мы найдём новое место на суше. Учитывая хаос, который до сих пор царил почти на каждом континенте, нам лучше держаться самим по себе.
В любом случае, мы должны обеспечить безопасность людей под нашей опекой.
Это означало отсутствие болезней, на случай если вирус мутирует или каким-то образом преодолеет этот волшебный барьер иммунитета у 26 % населения.
Почти все пассажиры «Чинука» провели большую часть полёта, играя с Лилай.
Она всё ещё казалась весьма озадаченной из-за всех нас.
Она несколько раз плакала, и её свет метался от страха, когда она вспоминала, как Касс рухнула в тех роскошных апартаментах. Я чувствовала её смятение и насторожённость.
Поскольку она была окружена воркующими видящими, которые окутали её теплом, утешением и светом, плач длился недолго, но всё равно причинял мне боль. Большую часть времени она проводила на коленях у Чандрэ, играя её чёрными косичками, касаясь высоких, скуластых щёк. Она, казалось, была странно очарована глазами Чандрэ и несколько минут не мигая смотрела на её красновато-чёрные радужки.
Я позволила им всем поиграть с ней, подумав, что они нуждаются в отдыхе больше, чем я.
В любом случае, скоро я смогу проводить с ней столько времени, сколько захочу.
Джон сидел на месте напротив Лилай и ошеломлённо смотрел на неё почти весь полёт. Возможно, как и я, Лилай не казалась ему вполне реальной. Или, может быть, она была слишком реальной, учитывая всё, что произошло за последние несколько месяцев.
Касс по-прежнему оставалась без сознания.
Они связали её руки, локти, запястья и лодыжки и приковали к металлической решётке над дверью аварийного выхода, в задней правой части «Чинука».
Ниила также надела на неё второй ошейник, который был новым для меня.
Я чувствовала, что некоторые из них хотят сделать больше, но я сказала им, что никто не должен прикасаться к ней — ни сейчас, ни когда мы доберёмся до корабля.
Я обещала им всем, что мы разберёмся с ней. Я также дала понять, что это не сведётся к тому, что команда разведчиков будет по очереди избивать её до полусмерти.
Я не собиралась позволять им опускаться до животного поведения, независимо от того, насколько они расстроены или травмированы. Ни сейчас. Ни когда-либо.
В то же время я не могла их винить.
Что же касается Ревика, то я оставила его в покое.
Я не могла не чувствовать его присутствие на протяжении почти всего полёта.
Я ощущала искры его света, то тут, то там, но по большей части конструкция над кабиной оставалась мертвенно неподвижной, и только бормотание Джорага время от времени нарушало эту тишину. Я понимала, что Джораг тоже несколько раз пытался достучаться до Ревика; я также понимала, что он не добился значительного успеха.
Что же касается самого Ревика, то он не обращал ни малейшего внимания ни на меня, ни даже на Лилай. Он ощущался запертым внутри стеклянного шара, совершенно вне моей досягаемости.
Я старалась соблюдать эту дистанцию. По большей части я её соблюдала. Ревику пришлось оттолкнуть меня только один раз, когда я подсознательно подобралась к его свету, даже не понимая, что я сделала, пока не почувствовала, как он вздрогнул в Барьере, без слов прося меня оставить его в покое.
После этого я подчинилась.
Полёт над Нью-Йорком был одним из самых зловещих вещей, которые я когда-либо испытывала.
Я никогда не видела город таким тёмным… или таким тихим.
Нижний Манхэттен снова затопило, частично из-за шторма, но в основном потому, что поля отказали в нескольких ключевых точках. Отель был совершенно лишённым освещения, когда мы проезжали мимо него. Бронированные танки, о которых сообщали Тензи и другие, уже уехали, вероятно, потому что СКАРБ, Агентство по чрезвычайным ситуациям и военные Соединённых Штатов обнаружили отель пустующим.
Чинья утверждала, что видела, как эти танки ехали по западной стороне парка, направляясь в центр города, пока мы покидали Норд-Мидоу.
Нью-Йоркская гавань выглядела тёмной.
Я видела на воде белые гребни от ветра и дождя, но большая часть бухты выглядела как тёмное одеяло за краем Манхэттена. Направляясь к открытому океану, мы видели огни, усеивающие берега, но там имелось совсем немного искусственного света.
Это походило на симуляцию какого-то первобытного мира, времён до электричества, когда для обогрева и освещения своих домов ещё использовали огонь.
Да, это беспокоило меня, но, как ни странно, я чувствовала в этих проблесках надежду.
Жизнь победит. Даже здесь.
Даже среди тех, у кого не было ресурсов или удачи, чтобы добраться до одной из первоклассных карантинных зон, люди выживали в разгар эпидемии.
И это хорошо, поскольку я была почти уверена, что мы видим конец карантинной зоны над Нью-Йорком.
В любом случае, мне показалось, что это странное место для строительства такой зоны.
Не знаю, то ли они думали, что смогут удерживать воду вечно, то ли просто были достаточно самонадеянны, чтобы полагать, будто они смогут выждать достаточно долго и получат возможность безопасно вернуться на материк. Возможно, они считали, что когда опасность минует, они сумеют претендовать на то, что, как им казалось, было их естественным правом по рождению, и пожнут плоды истощённого населения без больших потерь для себя.
Так или иначе, я подозревала, что многие из «лучшего класса» людей, которые нашли убежище на Манхэттене, скоро уедут — при условии, что у них до сих пор есть средства для этого.
Я невольно подумала: «Скатертью дорога».
В любом случае, мне никогда не нравился Нью-Йорк.
Может быть, в следующем воплощении это будет совсем другое место.
Или под водой. Без разницы.
Но как только я об этом подумала, то обнаружила, что вытираю слёзы.
Глава 58
Вернись, детка
Я нашла его там, где и ожидала найти.
Балидор объяснил, что им от него нужно, и он, казалось, понял… настолько, насколько он вообще «присутствовал» во всём с тех пор, как мы приземлились.
В любом случае, Ревик уловил суть.
Он не казался удивлённым, да и с чего бы ему удивляться? Именно он первым обнаружил эту связь. Тем не менее, учитывая ассоциации, которые это должно было вызвать, он, вероятно, не пребывал в восторге, особенно потому, что у этого требования не имелось конкретного срока, по крайней мере, пока мы не посмотрим на его свет получше.
Я знала, что скоро меня втянут в это дело.
Есть и положительная сторона — мы были готовы к этому, по крайней мере, на этот раз.
Балидор потратил месяцы, работая над другой версией Резервуара, подобного тому, где мы держали Ревика, пока депрограммировали его от Дренгов.
У команды разведчиков было довольно много побочных проектов, о которых я не знала — то есть проектов, которые они начали задолго до того, как вайры вывели меня из строя. Один из них даже включал использование вайров для обучения людей видеть Барьер — любимый проект Вэша, Балидора и Джона, который почти полностью забросили после того, как они нашли меня в Сан-Франциско.
Ещё один из этих проектов включал воссоздание резервуара Галейта для отсечения от Барьера.
Несколько прототипов уже были опробованы.
Первый располагался в четвёртом подвальном уровне отеля «Дом на Холме». Он оказался под водой со времён первого цунами.
Второй был спроектирован и создан в Сан-Франциско.
Для них обоих главными архитекторами были Балидор, Викрам, Тарси и Локи. За те месяцы, когда я была не в себе, эти прототипы были усовершенствованы, улучшены, воссозданы и, наконец, воспроизведены с использованием двух различных тестовых версий.
Третья, модернизированная версия была построена внутри вторичного грузового отсека на авианосце, используя то, что они узнали из более ранних конструкций.