Страница 23 из 88
Так что качество у меня отличное, а чугун прочный, и если уговорить Кристофера, продавать их в Англии не слишком дорого, можно отхватить неплохой кусок рынка. К тому же есть ещё один тонкий момент: размеры наиболее ходовых котлов стандартизированы, так чтобы они укладывались один в другой, и паковались такими "пачками" в стандартные бочки. Последнее позволяет уберечь товар от воды и перевозить его вместо балласта в трюме, что резко снижает транспортные расходы.
…
Первым, буквально ни свет, ни заря, прискакал ярославский купец Иван Лыткин, и получил вполне заслуженный бонус. Я велел ему к завтрашнему вечеру составит список погостов, в которых он хочет скупать товар, дабы включить сию запись в ряд[20]. А ежели кто иной, вопреки договору, попытается купить в тех погостах лен и пенку, да под видом взятой в ином месте всучить её мне, то на такой случай отдельной строкой будет прописан штраф в размере полной цены. Неправедно купленный товар при этом отойдет мне безвозмездно, а деньги, взятые в качестве штрафа – тому купцу, за которым погост записан.
За Лыткиным последовали и другие, однако известных мне именитых ярославских купцов, таких как Гурьев и Светешников среди них не оказалось[21]. Впрочем, если им это не интересно, горевать не буду, желающих и так хватает. Тем более что в воскресенье будет знатная драка среди претендентов, когда пришедшие сегодня или завтра последними поймут, что большая часть упомянутых ими погостов и сел уже досталась более расторопным конкурентам.
…
Из Ярославля мы выехали в понедельник, пятнадцатого числа, ранним утром. Дорога предстояла неблизкая, даже если не заезжать никуда, то до Выборга девять-десять дней пути. В моих же планах было посетить не только Устюжну Железнопольскую, но и Тихвин, а также некоторые интересные в геологическом плане места в окрестностях Ладоги, впрочем, это можно сделать и на обратном пути – по погоде посмотрим, по мне так попасть на этом озере в шторм удовольствие ещё то. Как впрочем, и путешествие верхом, которое мне начало уже изрядно бесить. С одной стороны мой организм уже неплохо адаптировался, но вот понимание, что я проведу ближайшие две недели в основном в седле, и это время будет бездарно потеряно, не особо утешает.
Насколько лучше было бы преодолеть этот путь, спокойно работая в мягком купе, под мерный стук колес. Да что говорить, даже тысяча верст самый неторопливый локомотив, плетущийся со скоростью всего дюжину верст в час, преодолеет без остановок меньше чем за четверо суток. Если же не гнаться за грузоподъемностью состава и количеством вагонов, то можно смело рассчитывать и на втрое большую скорость, при вполне вменяемой мощности. А ведь мне в любом случае нужна железная дорога и подвижной состав, потому как объёмы грузов перевозимых по Железнице до Оки давно уже перевалили за все разумные пределы. В следующем году одного только чугуна будет около трёхсот шестидесяти тысяч пудов, и на каждый пуд нужно пуд угля, причём исключительно благодаря горячему дутью с помощью кауперов, без них нам едва двух с половиной хватало.
К тому же на каждые пять пудов угля у нас выходит по два пуда смолы и по пуду уксуса, в виде так называемой пригорело-древесной соли или ацетата кальция, которые уже скоро хранить будет негде. После запуска стекловаренной печи грузов ещё добавилось. Так что железная дорога от Выксы до берега Оки давно нужна, хотя бы узкоколейная, тем более, что она выйдет не шибко длинной, туда и обратно – двадцать пять верст, от силы тридцать. Если использовать рельс Р12, которого хватит нам за глаза, на сажень пути уйдет одна целая и две трети пуда, или тысяча шестьсот шестьдесят пудов на версту. При себестоимости проката в алтын и четыре денги за пуд, рельсы, шпалы и скрепления на двенадцать с половиной верст обойдутся чуть больше тысячи рублей.
Что же касается самой насыпи, то есть у меня полторы сотни дармоедов, большая часть из которых выздоровела и уже подумывает, не пора ли им рвануть в родные степи. Вот и рванут, после того как отработают.
…
В Устюжну Железнопольскую мы прибыли через три с лишним дня, ещё до полудня. Новость, которую мои люди принесли местным мастерам, трудно было назвать хорошей, впрочем, всё зависело от того, как её подать. Качество местной руды было не ахти, а вот путь по Волге и далее по Мологе, позволял без особых проблем довезти сюда наш металл. Так что дни местных железоделательных промыслов, по сути, были сочтены. Учитывая, что цену на наш уклад я предполагал выставить вдвое ниже нынешней, судьба местных металлургов будет незавидной, если не подтолкнуть их к тому чтобы они начали работать с моим металлом. Они ведь не только железо добывают, но и массу изделий производят.
Разговор, состоявшийся на следующее утро, оказался не простым. Некоторые уперлись и наотрез отказались работать с чужым железом, но как минимум две трети кузнецов польстились на низкую цену, а самое главное рассрочку по оплате в полгода и подписали ряд на покупку моего товара. Образцы все желающие получили бесплатно, а первую крупную партию сговорились привезти в Устюжну по зимнику, аккурат по окончанию Рождественского поста, а кому потребуется ещё, сможет получить остальной товар, после того как вскроется Молога.
Некоторых ушлых дельцов, которые, как удалось разузнать моим ребятам, скупали местный уклад и возили его в Ярославль и Нижний Новгород, пришлось заранее охолонуть, доходчиво объяснив им, что скупать здесь наш товар не возбраняется, а вот продать в прежних местах не выйдет. Потому как в Ярославле мы поставим склад, с которого любой желающий сможет купить железо и уклад по такой же цене что тут. Хотите заработать, езжайте по местным селам.
…
Путь до Тихвина занял всего пару дней, и уже в обед мы были на месте. Здесь кузнецов было не шибко много как в Устюжне, но само место расположено на торговых путях, так что желающие торговать нашим товаром и изделиями из него нашлись быстро. Впрочем, долго мы тут задерживаться не стали и двинулись в путь буквально на следующее утро и через семь дней уже были в Выборге. За время моего отсутствия, детское кладбище успело пополниться ещё семидесяти семью могилами. Если учесть, что в городе я оставил не более шести сотен человек, а из почти тысячи двухсот детей, отправленных в Выксу, не добрались до места только тридцать шесть, возникал естественный вопрос – кто виноват, и что с ним делать.
Разбираться в этом я поручил Челмату, а сам с дюжиной бойцов занялся детьми. Слава богу, ничего сверхъестественного в данном случае не требовалось, только общеукрепляющие и нормальная кормежка. Тут нам сильно помогла настойка золотого корня, которую я включил в стандартный медицинский комплект для своего "спецназа". А вот с закупкой провианта возникли проблемы, так что мне пришлось сильно задуматься. С хлебом в Выборге сложилось весьма напряженное положение. Собственно это и было причиной высокой смертности среди моих подопечных. Основные поставки ранее шли из Ревеля, Риги и Данцига, но после взятия Выборга они естественно прервались и цены моментально выросли.
Как выяснил Челмат, нанятые мною местные жители, которым я поручил заниматься детьми, решили поправить своё благосостояние. Совершенно не задумываясь о последствиях, они скупили по дешевке зерно, поднятое с одного из потопленных нами кораблей в выборгском порту. Естественно просушено оно было из рук вон плохо и заплесневело уже к моменту продажи, что совершенно не пошло на пользу ослабленным детским организмам. Осмотрев имеющиеся запасы зерна, в основном состоявшие из ячменя, а также небольшой толики пшеницы, я забраковал их как полностью непригодные в пищу, после чего нанес визит "подследственным".
Впрочем, этот визит не принес мне ничего кроме горького разочарования в человеческой природе: эти твари элементарно не понимали, за что их собираются наказать. Ну, умерли какие-то сироты, так "на то воля Божья", они-то тут причём? К черту! Даже не буду тратить время, всё одно не поймут, а наказать накажу – всё что украли, отработают! На рудниках! Причём по местным расценкам на неквалифицированный труд: они на Руси, если речь не о Москве, донельзя скромные. Всего денга в день, минус питание и одежда. Причём цены на хлеб в ближайшие годы будут высокие, так что неудачливые казнокрады вполне могут рассчитывать на пожизненный срок. Особенно те, которых я решу отправить добывать серебро на остров Медвежий. Работая по колено в ледяной воде больше пары лет прожить трудновато…
20
"Рядом" в то время назывался договор.
21
Упомянутые купцы переселились в Ярославль из Новгорода после его разгрома Иваном Грозным в 1569 году.