Страница 30 из 65
Хоть бы челюсть себе вывихнул.
— Могу бутылкой по голове стукнуть, — вполне серьёзно предложила ему.
— Не-е-ет, — протянул донельзя довольный дракон, — я хочу другую награду.
Тяжело вздохнув, недовольно буркнула:
— И какую же?
И вот зря я это спросила, потому что в ответ получила:
— Поцелуй.
И весь вид такой довольный-довольный, аж противно стало. Скривившись, я уже в который раз покачала головой, поражаясь наглости этого парня. Да лучше бы меня Арахаган похитил. Он пусть и жуткий, но адекватный.
=28=
— А в глаз не хочешь? — вскинула я брови, уже с трудом сдерживая желание встать и уйти.
Я бы так и сделала, да только этот опять никуда не отпустит, а провоцировать и подпускать его к себе лишний раз не хотелось.
— А ты воинственная, — рассмеялся он, откинувшись на спинку стула и взирая на меня с насмешливым восхищением, — Ярёнок.
Вот он специально! Я же сказала ему не называть меня так! Я грозно прищурилась, собираясь сообщить ему пару ласковых, но была остановлена хитрющей улыбкой, подтвердившей точно — издевается!
— Отстань от меня, — велела ему хмуро.
— Да ни за что, — обворожительно улыбнулся он.
Интересно, сколько девушек сходили с ума из-за этой улыбки? Я вот точно не собиралась пополнять их ряды, как бы наглец не старался. Вместо этого я тоже улыбнулась ему, сделала глоток чая и совершенно невинно поинтересовалась:
— Так за что, говоришь, вас с братцем заперли?
Стрела попала чётко в яблочко — улыбка слетела с лица парня, будто её там никогда и не было. Меня он наградил откровенно злым взглядом, резко опрокинул содержимое стакана в себя, а потом встал, схватив бутылку, и ушёл к стойке. Вот там, не обращая внимания на отсутствие персонала, самолично взял новый сосуд, оставив пустую бутылку, вернулся, повторил уже привычную процедуру открыть-налить-выпить, и посмотрел на меня совершенно трезвым взглядом.
— Сейчас три тысячи восемьсот шестьдесят четвёртый год, — произнёс Дарак то, что я уже слышала, затем помолчал немного и добавил, — нас заперли в три тысячи восьмисотом.
Ого! И ещё раз — ого! Их заперли на шестьдесят четыре года! Уму непостижимо! Не обращая внимания на мой ошарашенный вид, дракон продолжил делиться информацией:
— Андор не такой безобидный, каким тебе кажется. Я бы сказал, он самый опасный из всех, кто есть в империи.
Конечно, я ему не поверила. Как может быть опасным тот милый заботливый мужчина, которого я знала? Разве стал бы опасный человек давать мне уроки истории, показывать домик в горах, предоставлять доступ к порталам в своём дворце? Нет. Андор не был плохим, чего нельзя было сказать о его братьях.
— Можешь мне не верить, — милостиво разрешил Дарак, откинувшись на спинку стула и глядя на меня теперь уже оттуда, — но ты сама убедишься в этом однажды.
— Что ты хочешь этим сказать? — напряженно переспросила у него.
Сердце затянулось чем-то мрачным и напряженным, сжимаясь.
— Он не в ладах со своим драконом, — усмехнулся младший из братьев. Или не младший?
— Что это значит? — вновь не поняла я.
— Андор не перевоплощается почти никогда. Он не может контролировать свою сущность, и каждый раз, когда перекидывается драконом, это всё очень плохо заканчивается. Ты слышала про королевство Маэрес?
Я честно призадумалась, но уже точно знала, что даже названия такого никогда не слышала. Отрицательно покачав головой, выжидательно посмотрела на Дарака. Расплывшись в мечтательной улыбке, он задумчиво поведал мне:
— Это был последний раз, когда Андор перекидывался. Я навёл справки и, поскольку за последнее столетие никаких масштабных разрушений не произошло, рискну предположить, что уже сто лет Андор не был в шкуре дракона. Так вот, о королевстве. Знаешь, что с ним случилось?
Конечно, я не могла этого знать, поэтому отрицательно покачала головой, начиная холодеть от лёгкого такого ужаса. Я была уверена, что ничего хорошего сейчас не услышу. И оказалась права:
— Оно сгорело, — улыбнулся Дарак спокойно, — Андор сжёг его в приступе ярости.
У меня не было оснований верить Дараку, но я почему-то не допустила даже мысли о том, что он может врать, говоря о таком. Мне очень хотелось верить, что это всё — бред, но была стойкая уверенность в обратном.
— Ты мне врёшь, — всё же неуверенно протянула я, с сомнением на него глядя.
Дарак посмотрел на меня в ответ очень выразительно, но ничего не сказал, позволяя самой всё понять из его выражения лица.
Сжечь королевство… неужели Андор оказался способен на такое? Поверить сложно…
— Мой тебе совет, — почти по-доброму произнёс Дарак, привлекая к себе моё внимание, — беги от него.
Скептический хмык вырвался из меня сам собой. Какой дельный и, главное, уместный совет. Бежать. Куда мне бежать? У меня нет ничего! Нет магии, нет денег, нет связей и нет знаний. Единственное, что я знаю, так это то, что где-то там сейчас моя мама, а я не могу добраться до неё без страха замёрзнуть среди ночи.
Но даже если допустить, что я вдруг окажусь рядом с ней — дальше что? Вернуться домой? О, да, я была бы очень рада, но кто мне скажет, как это сделать? И там, дома, нам придётся нырять на дно, полностью меняя свои жизни. Меняя всё. Место жительства, круг общения, работу и учёбу, данные и даже внешность, чтобы быть уверенными в том, что нас не найдут.
Но даже после всего этого будет ли уверенность в своей безопасности? Нет.
— Это не лучший вариант, — задумчиво сказала я, водя пальцем по деревянной столешнице.
Дарак странно посмотрел на меня, вздохнул и предложил альтернативу:
— Тогда вот тебе другой вариант, — я внимательно посмотрела на него, ожидая слов, — постарайся сделать так, чтобы с тобой ничего не случилось.
Сведя брови у переносицы, я опять ничего не поняла.
— Зачем?
— Затем, — несколько резче, чем рассчитывал, отозвался Дарак, а продолжил уже тише и сдержаннее, — когда Андор в тебя окончательно влюбится, ты для него будешь сверхценностью. И если с тобой что-то случится, нам всем несдобровать. Так что уже сейчас ты можешь даже не пытаться обращать внимания на других мужчин, ничего с собой делать, сбегать…
— Ты же сам предложил сбежать, — слабым голосом перебила я.
Побледневшие губы с трудом шевелились, произнося всё это. Дрожащей рукой я потянулась к кружке с остывшим чаем, но не с обычным, а с алкогольным, причем сделала это вполне осознанно.
— Ты сама сказала, что это не вариант, — просто пожал он плечами, внимательно следя за моими телодвижениями.
Дарак хотел было ещё что-то сказать, но не стал, наблюдая за тем, как я делаю небольшой глоток и морщусь от горечи, обжегшей рот и горло.
Этот глоток был определенно лишним. Как-то неожиданно навалилась расслабленность и даже безразличие. Все проблемы показались незначительными, пустяковыми, а в голове приятно зашумело.
— Слышишь меня? — Дарак оказался ближе, чем был до этого.
Его лицо было прямо напротив моего.
— Почему я не должна тебя слышать? — нахмурилась я.
Взгляд невольно упал на собственную руку, где на пальце продолжал красоваться перстень братьев-драконов. И я кое-что вспомнила:
— Твой брат сказал, что вот это, — я подняла руку и покрутила ею у Дарака перед носом, вынуждая его чуть посторониться, — его защита и залог моего молчания. Он сказал, что Андор не должен узнать о том, что вы освободились. Почему вы передумали?
Это был очень правильный вопрос. Вряд ли же вдруг два брата решили просто так рассказать брату третьему, запершему их на шестьдесят четыре года, что они освободились. Зачем им так рисковать?
— Появилось кое-что, что может гарантировать нашу безопасность, — весьма туманно изрёк он, а затем схватил мою руку, поднёс к своему лицу и кивнул на кольцо.
Мне понадобилось несколько томительных мгновений, чтобы его намёк дошёл до меня. «Кое-что» — это я!
Он сам сказал, что ещё немного, и я для Андора стану сверхценностью, а что принято делать с очень ценными вещами? Считать себя вещью мне не хотелось и было очень неприятно, но, отвечая на вопрос — ценности принято оберегать.