Страница 64 из 74
— Ну, пошёл и пошёл, — махнул рукой правитель. Не кисейная барышня, не развалится. Его больше волновало состояние девушки. — Анха, тебе надо отдохнуть.
— Да, — улыбнулась Наксатра, но получилось грустно и как-то натянуто. — Я пойду.
— Иди, — кивнул Арн и ещё долго смотрел на то место, где только что стояла девушка, которую он любит. И которую он не может оградить от неприятностей, несмотря на свой статус, власть и любовь.
Странное, дикое чувство, что он её теряет, заставило угрюмого правителя пустить коня в галоп, оставив зазевавшихся охранников далеко позади. Арн хотел убедиться, что его Наксатра действительно отправилась отдыхать.
На подъезде к дворцу навстречу Арну попался королевский маг, достаточно быстро удаляющийся в сторону квартала постоялых дворов. Ему очень хотелось задать этому подозрительному дженту несколько десятков вопросов, но они слишком стремительно разминулись. Ничего, пошлёт за ним стражу, тогда и поговорит. Но когда Арн вошёл под своды родного дома, на него навалилась такая усталость, что он с трудом добрался до своих покоев, приказав стражнику разузнать, как чувствует себя дженна Анха, и, не раздеваясь, завалился на кровать. Доклад об отсутствии Наксатры во дворце он уже не слышал, провалившись в мертвецкий сон.
Всё шло по плану. Даже лучше, чем было задумано. Камнепад, заваливший выезд из третьего тоннеля, случился так кстати, словно Боги действительно услышали его просьбы!
Мэтр Хуакин удобно устроился за столиком трапезного зала, заказал обед и бутылку местного вина. Сегодняшнюю удачу стоило отметить. Всё-таки как хорошо, что у правителей Гнёзда такой неприхотливый образ жизни. Слуг во дворце почти нет, стражей не больше десятка. Ходи по дворцу, делай что хочешь.
Нет, он ничего не сделал предосудительного, не взял ни одной, самой пустяковой вещи. Наоборот, маг оставил свою, весьма дорогую для него самого. И не в деньгах дело, а в предназначении. Магически обработанный самородок иллюзионита, обвязанный серебряной нитью, лежал среди коллекции каменных фигурок вице-королевы Эримы и незаметно воздействовал на окружающих. Ментальная обработка должна была понизить критическое восприятие действительности у всех обитателей дворца и прилегающих окрестностей и подавить волю. А вот для правителя Хуакин добавил персональное заклинание, доставляющее адресату крайне неприятные ощущения. Головная боль у Арна будет нарастать с каждым днём, и никто ему не сможет помочь, ни самоуверенная Наксатра, ни тем более жрецы. Через три дня непрекращающихся мучений сыночка можно будет ставить условия гордой мамаше.
И никто не сможет понять причину болезни правителя. Уж мэтр позаботился о том, чтобы драгоценный самородок воспринимался окружающими как каменная фигурка хатхи — лесного гиганта, обитающего в далёком Лангае. Настоящую фигурку он засунул за спинку массивного старинного кресла в покоях вице-королевы, которое в ближайшее время вряд ли кто-то будет двигать.
В трапезный зал вошёл Монтри и присоединился к хозяину.
— У вас все получилось, — блондин кивнул на початую бутылку, — поздравляю!
— Поздравляльщик нашёлся, — скептично хмыкнул маг. — Я столько предварительно трудился, чтобы сейчас у меня всё просто и легко получалось. И не тебе высказываться по этому поводу! — Монтри обиженно поджал губы, но промолчал. — Рассказывай, как прошла экскурсия.
— Нормально прошла, — как салазец не старался, недовольство в голосе звучало слишком явно. Мэтр насмешливо хмыкнул, попивая вино. — Главный храм Митры построен триста семьдесят восемь лет назад. Под храмом есть подземные этажи и сеть ходов…
— Вот! Это именно то, что нам нужно! — обрадовался Хуакин.
Монтри подумал, что мэтра интересовал именно подземный ход. Но если бы было всё так просто…
— Джент Хуакин, а зачем они весь город раскопали? — этот вопрос мучил парня со вчерашнего дня.
Маг посмотрел на него как на не сильно умного человека, желающего постичь тайны мироздания.
— Это водопровод, Монтри, и канализация. С весны прокладывают.
— Сразу по всему городу?! — изумился салазец. В их Позжеще блага технического прогресса прокладывали исключительно в фешенебельные районы.
— По всей долине, — добил его мэтр, с ехидством наблюдая за вытянувшимся лицом своего помощника.
— Это сколько деньжищ надо на всю долину?!
— Эх, Монтри, Монтри… Ты так и не прочитал справочник. Как думаешь, — Хуакин заговорчески склонился к нему и тихо спросил: — мы достойны этого богатства? Вот то-то и оно! Иди, готовься к следующему этапу нашего плана, он будет нелёгким!
Пробуждение было кошмарным. Гудела голова, настроение стало ещё хуже, чем было, жутко хотелось пить и кого-нибудь пришибить. Видимо, так сказывался стресс предыдущего дня. Арн, стараясь не поворачивать тяжёлую голову, скосил глаза к окну. Двигаться, не то что вставать, не хотелось. Небо за окном наливалось алым цветом.
— Завтра будет дождь, — отстранённо произнёс Арн и попытался сосредоточиться на этой мысли. Ведь должны же у бодрствующего человека возникать в голове какие-то думы, выстраиваться логические цепочки размышлений, появляться гениальные и не очень идеи. Но в этот раз произошёл какой-то сбой. Обрывки образов, не успев возникнуть, тут же исчезали, сменяясь такими же недолговечными видениями. Мыслить не получалось. Подспудно стала нарастать тревога, которая вытащила из подсознания страх и неуверенность. — Анха!!! — Арн почувствовал, как холодный липкий пот покрыл всё тело. Такого ужаса он не испытывал никогда в жизни. Самым страшным было то, что причин для непонятного испуга не было. Совсем.
— Арн, что ты так кричал?!
В спальню вбежала встревоженная не на шутку вице-королева. В дверях, не решаясь войти, топтался стражник, готовый по первому требованию отдать жизнь за правителя, если это потребуется.
— Пить, — первым делом попросил хмурый Арн и с трудом сел. Голова кружилась, но постепенно дурнота уходила. Холодная вода совсем привела его в чувство. — Где Анха?
— Не знаю, — странное состояние сына еще больше обеспокоило Эриму. Он выглядел больным. Бледная кожа, тёмные круги под глазами, капли пота на лбу. — Как ты себя чувствуешь? Лекаря позвать?
— Мама, я спросил, где Анха? — повторил он вопрос, жёстко и требовательно. Мать недоумённо пожала плечами. Арн повернулся к стражнику. Одного гневного взгляда вице-короля было достаточно для того, чтобы у парня проявился талант бегуна-скорохода. Топая как заправская лошадь, стражник кинулся в покои Наксатры. — Что ты на меня так смотришь?
Взгляд матери на самом деле был непривычен. Эрима словно пыталась увидеть что-то в глубине его глаз с настороженным опасением.
— Я всё-таки прикажу позвать лекаря.
Она встала с намерением оставить сына наедине с его вопросами. Арна это не устраивало.
— Мама! Что случилось?!
Эрима долго мялась, но требовательный взгляд сына заставил её признаться. Но как хотелось это скрыть, не волновать его преждевременно. Ведь всё может будет совсем не так, как обещал… этот мерзкий сморчок.
— Утром ко мне приходил королевский маг…
— Я уже знаю, что он в Митре. Сам его видел.
— Да… — Эрима плотно закрыла дверь и вернулась к кровати сына. Стражник не войдёт теперь без разрешения, но ей не хотелось, чтобы посторонние уши услышали то, что она сейчас расскажет Арну. — Сначала он вежливо поинтересовался ночным происшествием в тоннелях. Его очень удивил тот факт, что произошёл обвал. Но мне странным показалось то, что это его как будто совсем не расстроило. Ведь неизвестно, когда можно будет снова пользоваться тоннелями. А потом он вдруг начал говорить о каком-то пророчестве, будто бы найденном им в старых свитках. Суть этого предсказания заключается в том, что князь Г'Неосдам, наречённый Орлом, погибнет от рук Наксатры, — Арн от возмущения даже не нашёлся что сказать, лишь кулаки сжал так, что побелели костяшки пальцев. — И произойдёт это в год Орла до того, как выпадет снег. Он специально приехал в долину, чтобы спасти тебя от гибели, так как пророчество должно сбыться в ближайшее время.