Страница 59 из 74
— А-а… Тогда ладно, — одобрительно закивала гнездянка. — А то ство какое-то… Страсти, одним словом.
— Может, гульнём сегодня по-семейному? — выступил с предложением Фрост. Небольшой праздник явно не помешал бы для общего расслабления после напряженной работы. — Вы как, молодожёны?
— А гульнём! — поддержал Свейн, предварительно получив молчаливое согласие жены. — Скромненько, но с размахом.
— Что празднуем? — Анха появилась как всегда неожиданно, и в самый нужный момент.
— Да вот, — Фрост просто указал на воссоединившуюся семейную пару. — Свейн и… теперь — Юлька!
— Поздравляю! — Наксатра радостно кинулась обнимать друзей, вот только глаза у неё были отчего-то грустные.
Когда народ вдоволь обсудил утреннюю новость и разбрёлся по своим делам, Фрост отозвал Анху в сторону и поинтересовался, что такое случилось в Митре, если она вернулась озабоченная, если не сказать — расстроенная.
— С Арном что-то?
— Нет, с ним всё хорошо. Выпил вчера 'Сиодоры' и всю ночь спал как младенец. Просто мы с Эримой потом беседовали… — Анха мысленно вернулась во вчерашний вечер и только сейчас осознала, каких душевных усилий стоило вице-королеве её признание. Она не просто поведала свою историю ещё мало знакомому человеку, пусть и Наксатре. Она отдала в чужие руки нити, нет, настоящие канаты, за которые теперь можно дёргать в случае необходимости. Оголила свою душу, позволила судить себя несмышлёной девчонке. Это дорогого стоило. — Трудная у неё жизнь была.
Фрост, разумеется, подумал о сумасшедшем муже, так страшно ушедшем из жизни, и не стал интересоваться подробностями разговора.
— Она сильная женщина.
— Сильная… — посчитав тему её грустного настроения исчерпанной, Анха решила доложить соратнику-заговорщику новости о самородках. — А я сегодня к Хуакину заглянула, когда ещё не совсем рассвело.
— Да ты что?! Ну и?..
— Лежат в ящике на большом столе в помещении, похожем на… где опыты проводят.
— План нарисуешь?
— Нарисую. Там обстановка такая… походная что ли. Коробки какие-то, ящики. Основательно маг к поездке готовится. И приехать в Гнёзд он обещал через полторы недели. Фрост, вам надо возвращаться в Митру.
— Да, мы с Мерлоем завтра с утра и отправимся.
— А Свейн? — скептическая ухмылка собеседника была ответом на вопрос. — Поняла, остаётся тут с женой. Как хорошо, что хоть у них всё наладилось.
Лицо Наксатры снова сделалось грустным. Фрост не стал приставать к девушке с неуместными вопросами, а решил просто погрустить вместе с ней. Неподдельный печальный вздох удивил Анху. Она вопросительно посмотрела на парня, но тот только руками развёл.
— У всех есть пары в этой жизни, и только я, как одинокий дуб, скриплю и внемлю погребальной тризне, моих мечтаний шестигранный куб… — продекламировал Фрост отрывок из оды модного столичного лирика. Анха непроизвольно прыснула, так как чтец из него получился старательной, но весьма посредственный. Любитель поэзии ничуть не смутился своему творческому провалу, ведь главная цель была достигнута. Девушка улыбалась. — Я так и не понял, причём тут куб, но начало прямо про меня! Пойдём, нарисуешь план дома, а то тебя опять джент Тростн на весь день привлечёт к полезному труду, а потом мы будем праздновать свадьбу. Короче, будет не до того!
К слову сказать, Тростн действительно использовал способности Наксатры на полную катушку, заставляя девушку ставить метки будущих вентиляционных отверстий внутри тоннеля и на поверхности горы. И всё нарадоваться не мог, как сокращается время работ, когда такой ценный специалист в команде есть. А Анха с удовольствием помогала, только выматывалась к концу рабочего дня. Переходы Наксатрам тоже даются не просто так, большой силы и навыков требуют. Но девушка не жаловалась. Да ещё и в Митру каждый день ходила проведать Арна и рассказать ему новости.
Кипучая деятельность иноземного специалиста распространялась не только на Наксатру. Общий темп полезных действий на строительстве резко возрос, так как джент Тростн нашёл дело каждому. Зила с ещё двумя молодыми техниками рассчитывали и составляли чертежи для нового направления туннеля. Бригада плотников мастерила передвижные леса. Мастер Маркус уехал в Вагуру заказывать железные цилиндры. Кто-то дробил шамаит под чутким руководством Мерлоя. Знания парня, а в большей степени, его чувство структуры камня, позволяли получать кусочки минерала нужного размера. Кто-то рихтовал рельсы и вагонетки, кто-то чинил оборудование. Другие облагораживали отвалы, превращая пустую породу в террасы, на которых потом женщины устраивали овощные грядки. Свейн и Фрост в меру умений и способностей помогали то Анхе, то Зиле, то просто по хозяйству. Цухри днями напролет проверяла и перепроверяла расчёты вентиляции. И над всем этим упорядоченным движением к светлому будущему, то есть к концу тоннеля, властвовал великий и могучий джент Тростн, не дававший в работе спуску ни себе ни другим.
Спешка нужна только при ловле блох, эту истину джент Хуакин усвоил ещё с детства, но применять стал гораздо позже. Достигнув определённого возраста, мэтр даже насчёт блох уже стал сомневаться. Степенность и размеренность во всём, особенно, когда дело предстояло серьёзное — вот был его девиз. И обязательно всё ещё раз перепроверить.
Именно этим маг и занимался вместе с новым помощником.
— Коробка номер один: самородок иллюзионита, кристалл белого креонита, амулет-часы, — зачитал Хуакин перечень содержимого, а Монтри всё скрупулёзно проверил. — Коробка номер два: самородок иллюзионита… — маг внимательно наблюдал, как парень тычет пальцем в каждый предмет из списка, безукоризненно выполняя указания хозяина. — Коробка номер три: самородок иллюзионита, серебряная нить, порошок аллия… Монтри, где порошок аллия?! Ага. Корешок мандрагоры, сандаловое масло. Короб номер четыре: чаша из иллюзионита. Короб номер пять. Так, этот короб я без тебя проверю, там вещи слишком хрупкие, — джент Хуакин привычно солгал, не желая допускать помощника до коллекции раритетных артефактов. Парень хоть и далёк от магии, но кто знает, чем он интересуется в свободное от работы время? Вдруг изучает описание пропавших магических предметов и узнает какой-нибудь из них? — Короб номер шесть. Тут у нас свитки и рукописи.
— Джент Хуакин, а вы навсегда в Гнёзд собираетесь?
— Мы, Монтри, — поправил его маг, аккуратно перебирая свитки в шестом коробе. — Мы собираемся в Гнёзд. А навсегда или нет, будет зависеть от того, как ты справишься с возложенной на тебя задачей! — Хуакин поднял на помощника глаза, желая убедиться в его правильном понимании поставленной цели. — Ты хочешь стать богатым? Хочешь! А ты знаешь, сколько полезных ископаемых находится в этой чудной долине? Не знаешь? И чему вас только в ваших бурсах учат?..
— Я был там на экскурсии, — попытался оправдаться Монтри, — в детстве. Вот и забыл всё за давностью лет.
Хуакин скрипуче рассмеялся.
— С такой памятью, молодой человек, вам нужно уже микстуры принимать. Давность лет!
— Я изучу этот вопрос, — тут же пообещал блондин, — завтра.
— Завтра мы поедем забирать зеркала, так что пробелы в знаниях будешь восполнять потом, если свободное время будет. Кстати, ты арендовал рыдван?
— Да мэтр. Такой длины, как вы заказывали. Завтра утром он будет у вашего порога.
— Надо было сказать, чтобы сразу к амальгамщикам направлялся. А, ладно! Поедем тогда на нём и свою карету гонять не будем. Так, на чём мы остановились? Ага, на коробе номер шесть.
Проверка подготовленных к отгрузке коробов, коробок, корзин, ящиков и прочей тары затянулась до вечера. Мэтр изрядно устал за день, но не пошёл отдыхать даже после ухода Монтри. Оценивающе оглядев приготовленный скарб, Хуакин осознал, что подобная прорва вещей вряд ли поместится даже в рыдван. Так ведь ещё зеркала туда положить придётся. Как он будет объяснять стражам айласских тоннелей провоз в долину практически всего своего движимого имущества, тоже было немаловажным вопросом. А объяснять придётся. Автономия. Свои законы. Бдят и на въезде и на выезде.