Страница 4 из 62
Пять лет назад из рыцарского похода не вернулся отец Дэниэла — Рэм Кондор. Дэну тогда едва исполнилось десять лет. Его мать Сирин почернела от горя. Рэм Кондор был Первым рыцарем Аркуса и опытным воином, мало кто мог сравниться с ним в силе и ловкости. В честном бою ему не было равных, но погиб он от небольшой раны от отравленной стрелы. Сирин не могла удержать единственного сына от военной службы. Отец считал достойной для сына только карьеру военного, и Дэн с раннего детства служил в роте оруженосцев.
Рота оруженосцев находилась при полку охраны канцлера. Воспитанники этой роты становились рыцарями, военачальниками, а некоторые дослуживались до должности Первого рыцаря. В последний поход Дэн ушел оруженосцем рыцаря Прама. Ему исполнилось четырнадцать лет, и он мог уже принимать самостоятельные распоряжаться своей судьбой. Сирин не могла противиться решению сына. Юноши в четырнадцать лет считались в Аркусе совершеннолетними. Тревога поселилась в ее сердце. Страх потерять сына разъедал душу матери, и она тяжело заболела. Но опасения Сирин на этот раз были напрасны.
Последний поход был неудачным в военном плане. Войско рыцарей сбилось с пути и очень долго плутало по пустынным районам Серых песков. Военачальники никак не могли вывести людей к обжитым местам. Воины начали роптать. Пошел слух, что это пустынный дух кружит их в одном и том же месте, и виноваты в этом верховные рыцари. Войско стало разбредаться по пустыне, отряд из Аркуса вскоре тоже пошел своей дорогой. Стоун Черное Копье вывел своих людей из пустыни, но заслуга в этом в большей степени принадлежала Дэну. Как мальчишка выбрал правильное направление, не понял никто из соратников. Но, через несколько дней, войско вышло к оазису, от которого шла различимая дорога к крупному городу Кара-Су.
Пополнив запасы воды, и отдохнув, они двинулись к дому. Обратный путь оказался неблизким. Никто из воинов Аркуса никогда не был в тех краях, куда их занесло странствие. Люди, встречающиеся на пути, исчезали, как только видели чужеземцев. Селений никаких не было. Запасы пищи подходили к концу. Иногда удавалось убить какое-нибудь животное, но особой добавки к скудному рациону это не приносило. Войско и так уже потеряло восемь человек. Четверо ушли с другими отрядами еще из пустыни, одного укусил песчаный аспид, трое не проснулись однажды утром. Лекарь сказал, что их укусила сонная муха, после ее укуса люди обычно спят три, а то и пять суток подряд, но не умирают. А эти, наверное, так ослабли, что уснули навечно.
Когда есть стало совсем нечего, и надежда почти покинула воинов, они увидели большое селение. Решено было, что за продовольствием отправится небольшой безоружный отряд, дабы не пугать местных жителей. Отряд состоял из трех оруженосцев и одного старого воина. На базаре продовольственная команда закупила еды и местного вина. Провиант был навьючен на лошадей, и все обошлось бы мирно, если бы Брон, старый воин не отхлебнул вина из кувшина. Захмелел он почти мгновенно, а так как весь "военный" поход прошел довольно скучно, его сразу потянуло на подвиги.
Завидев женскую фигуру, несшую от источника кувшин с водой, Брон отдал команду оруженосцам сторожить лошадей, а сам заплетающейся походкой направился к женщине. Какую цель он преследовал, никто не понял, но хмельной угар сделал свое черное дело. Женщина, увидев, что иноземец направляется к ней с какими-то намерениями, прибавила шаг, но Брон отрезал ей дорогу к дому. Дэн бросился за Броном. Он понимал, что такое поведение в чужой стране может привести к плохим последствиям, а их отряд безоружен. Когда Дэн подбежал к Брону, он увидел, что женщина с ног до головы укутана темной материей, и только черные глаза гневно сверкали на пришельцев.
— Пойдем, Брон. Не надо трогать женщину, — Дэн безуспешно пытался сдвинуть воина с места.
— Пусть откроет лицо, — со злой усмешкой сказал Брон, — или она уродлива, как болотная жаба?
— Брон, мы не знаем здешних законов. Может, за прикосновение к женщине здесь отрубают руки? — Дэн снова сделал попытку достучаться до разума старшего товарища.
— Ну и пусть отрубают, но сначала я посмотрю на нее! — хвастливо заявил вояка.
Он пытался дотянуться до покрывала, скрывающего лицо незнакомки. Женщина что-то гортанно крикнула и попыталась обойти пьяного солдата. Дэн схватил Брона за руки и снова стал тащить его назад, но силы были не равны. Старый воин был на голову выше Дэна, раза в три толще и гораздо сильнее. А выпитое вино делало его еще необузданнее.
— Оставь меня, мальчишка! — зло прокричал Брон. Развернулся всем корпусом, высвободился из объятий Дэна и со всего размаху ударил его в лицо. Парень отлетел на несколько ярдов. В голове у него загудело, а перед глазами поплыли разноцветные круги. Женщина в это время бросила кувшин и отбивалась от Брона руками. Это только еще больше раззадоривало вояку. Дэн очухался и снова бросился к Брону. Двое других оруженосцев не могли помочь ему, они еле сдерживали вырывающихся лошадей. Дэн вновь попытался схватить Брона, но опять получил страшный удар и свалился на песок. То, что произошло дальше, осталось в его памяти на долгие годы.
Брону удалось сорвать покрывало с женщины. Все в этот момент замерли. Женщина, гордо вскинув голову, смотрела на своего обидчика. Брон и Дэн замерли в восхищении. Это оказалась совсем молодая девушка с огромными черными глазами, темными, пушистыми ресницами, тонкими чертами лица и маленьким пухлым ртом. Черные волосы были богато украшены золотыми подвесками. На шее висело красное ожерелье, из-под накидки виднелся ворот дорогого, расшитого золотыми нитками платья. Девушка была похожа на сказочную принцессу. Сердце Дэна замерло. Она не была похожа на девушек его города, хотя они тоже были темноволосы и черноглазы. В этот момент жительницы родного города показались Дэну блеклыми дурнушками. Брон стал тянуть к ней свои похотливые руки, и в этот момент девушка что-то выхватила из складок своей одежды. В ее руке блеснул кинжал и в то же самое мгновенье раздался дикий вопль. Живот Брона оказался вспорот до кишок, и тот упал на песок, извиваясь от боли и продолжая верещать, как свинья на бойне.
Дэн услышал, как ему что-то кричат оставшиеся с лошадьми оруженосцы, но не обратил на это внимания. Он, не отрываясь, смотрел на девушку и думал, что теперь его очередь распрощаться с жизнью. Умереть от руки женщины — позор, но будь у него с собой оружие, он не поднял бы его на красавицу. Дэн поднял с песка покрывало и протянул его девушке. В это время кто-то крепко схватил его за руки. Мужской голос о чем-то спросил девушку. Она закуталась в покрывало, спрятала кинжал и, вдруг протянула Дэну белый платок. Дэн не заметил, что у него течет кровь, скула болела, но не была сломана.
Парень отер кровь с лица, но не решился отдать назад девушке испачканный платок. Он скомкал его и сунул в карман. Девушка тем временем что-то отрывисто сказала тому, кто держал юного оруженосца, подняла кувшин и направилась к дому, старательно обойдя бьющегося в агонии Брона. Мужчина ей ответил довольно сурово, но отпустил Дэна. Юноша оглянулся и увидел крепкого аборигена, лет сорока, тоже закутанного в темный плащ и покрывало.
— Вы пришли из песков? — задал тот вопрос на языке рыцарей.
— Да, мы прошли пустыню, у нас кончились запасы, и мы решили пополнить их в вашем селении, — подтвердил его слова Дэн. — Наверное, мы зря купили ваше вино.
— Этот толстяк хлебнул нашего вина? — невесело усмехнулся местный житель.
— Да, — парень сокрушенно покачал головой, — и опьянел мгновенно.
— Это вино можно пить только разбавленным, да и еды должно быть много.
Мужчина задумался. У него были такие же выразительные глаза, как и у девушки, и Дэн понял, что это ее отец.
— Мы нарушили ваш закон?
— Закон нарушил толстяк. В нашей стране мужчина не может смотреть на женщину без согласия ее отца или мужа. За это его ослепляют на один глаз. Если он пытается это сделать силой — его ждет смерть.