Страница 3 из 62
— Да, мне тоже всегда казался постулат с Мировым Светом каким-то незаконченным, — согласился канцлер, — и, если вы говорите правду, и через десять лет люди снова увидят Светило, то человечество провозгласит людей, вернувших Солнце, богами!
— Люди увидят не только Солнце, но звезды, — добавил Осмол.
— Звезды? — на лице канцлера на секунду промелькнуло выражение ужаса, но он быстро овладел своими эмоциями.
А старейшина годсов продолжал тем временем:
— Это такие же солнца, только удаленные от нас на огромные расстояния и видятся очень и очень маленькими.
— Вы рассказываете вещи, которые наша религия считает ересью, — почти шепотом произнес Фьерн.
— Мы это рассказываем только самым умным людям, — улыбнулся Луисиан, — которые сами могут решить, где скрыта истина. Смущать нашей верой жителей города никто не будет. Даже наши дети знают, о чем можно говорить с людьми другой веры, а о чем нет.
— А как насчет Предсказанных? — канцлер вернулся к более безопасной теме.
— Вы хотите знать, что это за люди? — с готовностью отозвался Осмол.
— Да. Сколько их? Это мужчины — годсы?
— Нет. Это мужчина и женщина. Женщина нашего племени. Мужчина — принц крылатых людей.
— Принц крылатых людей? Но ведь этот народ исчез, — гости говорили столь поразительные вещи, что, если бы не их седые бороды, канцлер принял бы это за злой розыгрыш или неудачную шутку.
— Потомки их, также как и мы, рассеяны по всему свету, — пояснил старец. — В Аркусе они тоже есть.
— У нас? Надо же! Вы будете его искать? — поинтересовался хозяин с умело скрытым раздражением.
— Нет. Он сам нас найдет, — спокойный голос Луисиана не дрогнул, хотя он почувствовал состояние канцлера. — Его приведет Предназначение.
— Предназначение? — с долей любопытного сарказма спросил Фьерн.
— Каждый человек должен выполнить на земле свое Предназначение, — просто, без нравоучения и пафоса, произнес Осмол.
— А если человек умирает молодым или даже в детстве? — опять канцлер вспомнил свою жену.
— Он все равно выполнил свое Предназначение, — твердо ответил старейшина. — Правда, иногда это бывает видно только через многие годы.
— Свою женщину вы точно знаете?
— Да, — подтвердил Луисиан. — Это еще совсем юная девочка, но она знает о своей миссии и готова к ней.
— Ей не страшно отвечать за судьбу мира? — канцлер усмехнулся уголками губ и покачал головой. Девочка — спасительница мира…
— Она очень серьезно относится к этому, но страха у нее нет. Весь народ Гор будет ей опорой. — Осмол держал ровный дружелюбный тон, не поддаваясь на иронию Фьерна.
— Можно с ней познакомиться? — просьба канцлера больше походила на приказ.
— Не стоит смущать ее особым вниманием, — мягко осадил его Луисиан. — Придет время, и вы примите самое живое участие в ее судьбе.
— Значит вам известно будущее? Может уже известно решение завтрашнего Совета? — канцлер восхитился выдержкой старцев, но все равно не удержал в голосе ехидства.
— Решение совета нам неизвестно, — и снова тон гостя остался на прежнем уровне. — Но нам предписано быть здесь. Мы выполняем указания предков.
— Вы общаетесь с духами? — брови Фьерна поползли наверх. Уж, не сумасшедшие ли его гости?
— Нет, — Осмол несколько мгновений, молча, смотрел в глаза канцлеру. — У нас есть священные книги, и мы следуем им… Но, кажется, мы утомили вас, ваше превосходительство, нашими разговорами. Разрешите откланяться.
Канцлер и сам уже чувствовал усталость. Хотя разговор очень занимал его, он понял, что старейшины выбрали самое подходящее время, чтобы его закончить. Было сказано очень много о прошлом и не сказано почти ничего о будущем. Хотя с девочкой не мешало бы познакомиться.
Старейшины с достоинством удалились, а канцлер погрузился в раздумья. Если он должен принять активное участие в судьбе предсказанной девочки, то значит, пришельцы должны поселиться рядом с его городом. Быть причастным к возвращению людям Солнца, даже если ты и не Предсказанный, все равно, оставить более заметный след в истории, чем, даже самый лучший канцлер. Нужно будет так завтра выступить на городском Совете, чтобы решение о разрешении поселения было единодушным. Первосвященника тоже надо будет убедить в насущной необходимости. Честолюбивые мысли канцлера сослужили добрую службу народу Гор.
— Луисиан, зачем ты сказал канцлеру, что он примет участие в судьбе Ланы? — задал вопрос Осмол даже не скрывая раздражения. — Или запись в книге уже проявилась?
— Книга пока дальше не проявилась, — спокойно ответил соплеменник, — но слава сподвижника знаменитого человека может склонить канцлера на нашу сторону.
— Это манипуляция сознанием человека. Это не хорошо, Луисиан!
— Он это сделал для общего дела, — вступил в разговор, молчавший до тех пор третий старец Андор, — мы должны тут остаться! Книга говорит: "Поселиться в Аркусе".
— Но поселиться можно только Стэну и Лане, — возразил Осмол.
— А как же быть с "Опорой для Предсказанных"? — ядовито поинтересовался Луисиан, — Они что, вдвоем справятся? И с принцем крылатых людей будут проблемы.
— Откуда ты это знаешь?
— Чувствую, Осмол, чувствую…
Решение городского Совета было единодушным. Все с одобрением выслушали доводы канцлера о новых возможностях города, которые появятся с приходом годсов. Всем известно, что урожаи у них больше, чем у других народов, ремеслами они владеют лучше, их лекари вылечивают такие болезни, которые другие врачеватели считают смертельными, и прочее, и прочее. Их приход — удача для города! Первосвященник Силон не стал вставлять палки в колеса, но остался при своем индивидуальном мнении, что чужая вера может внести смятение в ряды паствы. Обещание старейшин не смущать умы местных жителей постулатами своей веры он, тем не менее, потребовал закрепить на бумаге.
Посыльный доставил старцам официальное разрешение на поселение за крепостной стеной, скрепленное печатью города и подписанное всеми членами городского Совета. И уже на следующий день началось строительство городка.
Стоит сказать, что годсы обустроили не только свое поселение. Они соорудили подъемник в, так называемом, Заднем городе. Вольный город Аркус возвышался над излучиной реки Араки, которая брала свое начало в Мрачных горах. За многие века воды реки пробили глубокий каньон в скальных остатках. Так что Аркус с двух сторон был защищен природными неприступными крутоярами. Часть города, примыкающая к обрывам, и носила название Заднего. В крепостной стене были небольшие ворота с помостом. Жители не пользовались бы этими воротами, если бы не жизненная необходимость. По ту сторону Араки располагались сельскохозяйственные угодья Аркуса. Так что волей — неволей, а приходилось им втаскивать по крутым скалам поклажи с выращенным урожаем, скот, птицу и много чего еще, что необходимо для жизни большого города. Подъемник облегчил жизнь артели грузчиков и водоносов. Еще много разных нововведений и технических усовершенствований предложили пришельцы горожанам. Что-то было принято мгновенно, а что-то приживалось лишь со временем, но через год многие жители уже не могли представить себе жизнь без этих новшеств. Канцлер понял, что он был сто раз прав, предоставив годсам разрешение на жительство.
В то время как началось строительство городка годсов у крепостной стены Аркуса, военный отряд под командованием Первого рыцаря Стоуна Черное Копье, возвращался из похода. Год назад по призыву легендарного предводителя ордена Вольных рыцарей Рихарда Медвежья Лапа из города в поход вышел отряд, численностью 258 человек. Для многих воинов это было уже не первое странствие. Военные кампании проводились достаточно часто. То шли освобождать пленников Черного Паши, то отвоевывать Древнюю Реликвию, то усмирять пуштов. Причин было много. Иногда из таких походов не возвращалось до половины воинов.