Страница 26 из 62
— Ну да.
— Сам я там не был, но люди говорят, что за дикотравьем есть это легендарное ущелье. Вот дикотравье…
— Я думал, это сказки.
— Сказки… — вздохнул Виталь. — Для жителей Синь-Озера Южный каганат тоже сказочная страна.
— Да, когда мы возвращались из… — Дэн осекся на полуслове.
— Ты был в дальних странах?
— Да, путешествовал, — Дэн замолчал. Ему не хотелось лгать Виталю, но и правду сказать он не мог. Дэниэл Кондор умер и похоронен в родовом склепе. В фургоне едет Кирилл Вебер, старший брат Сандра Вебера, кузнец без прошлого. Только один человек может разоблачить его, Лана. Но и он может рассказать, кто она на самом деле, так что они оба будут молчать.
— Вон там, на холме, красная крыша, видишь? — прервал его размышления Виталь. — Это мой дом.
— Рядом с большим деревом?
— Нет, чуть левее.
— Рядом со столбом?
— Да. Только это не столб, это ветряк.
— Ветряк? Что это?
— Ветряная мельница?
— Мельница? Вот здорово. И как она устроена?
— Приедем домой, увидишь.
Караван входил в город. Кто-то из путешественников добрался до конечного пункта, кто-то после отдыха должен был продолжить путь в Чейс, и дальше в Опен. Лана с облегчением увидела, что Дэн отправился с Виталем, а вот мужчина даже не оглянулся. За последние дни он почти не видел девушку, разговоры с бывшим визирем так поглотили его, что он на время забыл о ее присутствии, и только подъезжая к дому Виталя, он подумал, куда же направлялась Лана?
Прошло несколько месяцев с приезда Дэна и Виталя в Синь-Озеро. Жена Виталя умерла за несколько лет до этого. Дочь Марго вышла замуж, родила сына. Так что Виталь действительно был дедом. Марго была счастлива, увидев отца живым. И она, и ее муж звали его жить к себе, но Виталь остался в родном доме вместе с Дэном. Семейство Марго и его приняло, как родного. А за помощь отцу они не знали, как ему угодить. Это даже стало беспокоить Дэна, хоть он и привык к почитанию и лести. Но вся беда была в том, что эти люди были искренние, и именно это почему-то смущало Дэна. Муж Марго, Антонио, держал конюшню и был восхищен Ветром. Такого скакуна он никогда не видел. Антонио предлагал Дэну работу на своей конюшне и место для Ветра. От работы Дэн отказался, а коня оставил. Сначала Дэн не хотел расставаться с Ветром, но в доме Виталя не было места для коня, вот и решили они оставить Ветра в конюшне Антонио. Как потом оказалось, Ветер не очень обиделся на хозяина, так как там ему приглянулась одна симпатичная кобылка.
Дэн, как и сказал Виталю, стал кузнецом. Кузниц в городе было несколько, но Дэн выбрал самую большую. Понравился ему хозяин, высокий, крепкий мужчина с окладистой рыжей бородой и веселыми глазами. Дэн ему честно признался, что никогда не работал кузнецом, но очень хочет научиться. Джек Питон, а именно так звали хозяина, посмотрел на то, как Дэн орудует молотом, и не поверил ему.
— А ты, часом не хочешь меня надуть?
— В каком смысле? — Дэн опустил тяжелый молот и недоверчиво посмотрел на хозяина.
— В том, что никогда не работал кузнецом!
— Ну, было дело, пару раз ударял по наковальне, — признался парень.
— Пару раз говоришь? — Джек поскреб бороду. — Да уж. Тогда ты самородок!
— Как это?
— Ты, парень, металл чувствуешь так, будто с пеленок стоишь у горна!
— Нет, я понимаю только оружие.
— Оружие? — в голове кузнеца промелькнула догадка, но он оставил эти мысли при себе.
— Да. Могу на глаз определить, хороший клинок или нет.
— И как ты это определяешь?
— По рисунку металла, по балансировке…
— Вот. А ты говоришь, не кузнец. Это только мастер видит! Я тебя беру, — он хлопнул Дэна по спине. — Но есть одно "но".
— Какое "но"?
— Моя дочь, Дельфиния.
— И в чем же это заключается? Если вы думаете, что я ловелас какой-нибудь, то ошибаетесь. Вообще, мое сердце занято, — проворчал парень.
— Ты тут не причем. Все дело в ней! Девушка засиделась в девках, ей срочно нужно замуж. Целыми днями она решает этот вопрос. И мне кажется, мимо твоей персоны она не пройдет. Она, конечно, моя дочь, но так надоела! — Джек в сердцах плюнул под ноги.
— И что, никто не хочет на ней жениться? — Дэн пожалел несчастного отца. — Она что, некрасивая?
— В том то и дело, что красивая! Но, лучше бы была умная и добрая… Внутри Гекуба, снаружи Елена… Ладно, закончим этот разговор. И вот еще что, давай на "ты". У нас так принято.
— Хорошо. Когда приступать?
— Завтра, с утра. Приходи к коровам.
— Понял. Приду.
Джек смотрел на удаляющегося парня и думал, что если первое впечатление его не обмануло, и Дельфиния подсуетится, то от такого зятя он бы не отказался. Вот, только тогда будет жалко парня.
— Дельфиния, Дельфиния! Вся в мамочку…
Дэн работал в кузнице Питона уже третий месяц. Работники кузни приняли его настороженно. Чужеземец, взрослый мужик, а все еще подмастерье. И чего Джек взял его? Хороших кузнецов, что ли не хватает?
Поначалу Дэн работал вместе с еще одним помощником, юношей лет пятнадцати. Звали того Себастьен. Тьен. Был он сыном кузнеца, работавшего в кузне, рядом с этой. Три года назад он погиб при взрыве вагранки. Кузню пришлось продать, и Тьен стал работать у Джека. Из родни у мальчика был только младший брат Тэо.
Тьен был веселым, порой, легкомысленным подростком, жизнерадостно, несмотря ни на что, воспринимающим этот мир. А вот семилетний Тэо был философом. Его рассуждения ставили в тупик не только старшего брата, но и умудренных жизнью стариков. Кузнецы не раз шутили, что это младший занимается воспитанием старшего, так как ответственность за их благополучие полностью лежала на маленьких плечиках Тэо. Тьен только зарабатывал им на жизнь. Но делал это самозабвенно. Невзирая на горькую судьбу, постигшую их с братом, он любил кузню. Заворожено смотрел на расплавленный металл, на искры, брызгающие во все стороны при ударе молота, на мгновенно вскипающую воду, когда раскаленное железо опускали в лохань, на потные мускулистые тела кузнецов. Все это вызывало в нем восторг и упоение.
Дэниэлу в первые дни нелегко пришлось соперничать с Тьеном. Брал он только возрастом и физической силой, выработанной постоянными упражнениями и занятием с оружием.
На исходе второго месяца Кир (теперь только Кир, а не Дэн) самостоятельно выковал свой первый кинжал. Простенький, без украшений, но самый дорогой его сердцу. Джек Питон, осмотрев его работу, сделал пару мелких замечаний и от души похвалил. Вот только глаза его были грустными.
— Джек, что-то случилось? — Кир умел читать эмоции по лицам, тем более, когда их не особо скрывали.
— Жалею, что уйдешь ты от меня, — хозяин возвратил клинок создателю.
— С чего ты взял?
— Сбежишь… Слышал сейчас, как супружница моя и дочь ненаглядная обсуждали твою кандидатуру.
— Да, не сбегу! — усмехнулся Кир такой пустяковой, на его взгляд, причине. — Я баб не боюсь.
— Так ведь и я буду тебя уговаривать…
— Ты? Почему? — парень умылся и чистым рушником стал вытирать лицо.
— Они с меня слово возьмут, честное, — огорченно признался хозяин.
— А ты не давай!
— Легко тебе советовать. Доймут, в первый раз, что ли.
— Тогда ты мне, первому, слово дай, что не будешь заводить разговоров на эту тему, — предложил выход потенциальный жених.
— Боюсь, не сдержу…
— И все же… Отговорка будет.
— Хорошо! Кирилл Вебер…
— Подожди, может, лучше со свидетелями, а? Надежнее будет.
— Ты совсем меня опозорить хочешь? — обиженно пробубнил хозяин кузни. — Давай еще на базарную площадь выйдем…
— Ладно, — усмехнулся Кир, — клянись.
— Клянусь, — Джек положил руку себе на сердце, — не заводить с тобой разговоров о женитьбе на своей дочери Дельфинии!
— И вообще, разговоров о ней, — добавил парень.
— И разговоров о ней, — послушно повторил несчастный отец.