Страница 73 из 81
– Всегда используй девушку как приманку, – говорит он. – Каждый раз срабатывает.
Ублюдок.
Ствол пистолета направлен прямо на меня, и я чувствую, как моё тело расслабляется. Просыпается боевой инстинкт, и мёртвый ветеран у моих ног забыт. Нет ничего, кроме меня и пули в камере пистолета Бекки.
Мой собственный ствол в кобуре сбоку, но Бекка и Джошуа знают об этом. Попытка добраться до него не увенчается успехом. Я в очень невыгодном положении, и мне придётся придумать что-то умное и неожиданное, если у меня вообще есть хоть один шанс.
– Кусаешь руку, которая кормит тебя, Ребекка?
Она сверлит меня глазами.
– С тех пор, как мы объединились с Джошем, меня кормят намного лучше. Я много лет работала в этом грёбаном клубе за сущие копейки, хотя это я была той, кто круглосуточно на него горбатилась. Всё, что Ринальдо обещал мне, когда я взялась вести его бухгалтерию, оказалось полным дерьмом. Но я сама всё исправила, не так ли?
– Ты так ничему и не научилась после того, как я позаботился о Джастине?
Говоря это, внимательно наблюдаю за Джошуа. Его глаза сужены, и в приоткрытом рту видны зубы. У меня до сих пор нет плана, но я хочу его спровоцировать. Если он не будет чётко мыслить, то скорее совершит ошибку. Ошибка – это мой единственный шанс.
Джошуа складывает руки на груди и смотрит на меня.
– Расплата – та ещё сука, Арден, – замечает он. – Когда ты выйдешь из игры, я стану управлять всеми твоими деньгами. И попутно буду совать свой член в ту симпатичную задницу, что шпионила за нами.
Позволяю его словам пролететь мимо меня, отказываясь вникать в их смысл. Если у меня есть шанс в этой игре силы воли, я не могу позволить ничему, что он говорит, задеть меня.
– Знаешь, Джастин кричал, как маленькая девчонка, – говорю я ему. – Умолял, как шлюха: «Не делай мне больно! Не надо мне делать больно, мистер Арден!»
Смеюсь и качаю головой, не сводя глаз с пистолета в руке Бекки.
– Мы закончили с этим мудаком, – говорит Джошуа. – Просто, мать твою, пристрели его уже.
Видимо, он не заинтересован в продолжении игры. Я напряженно наблюдаю за плечом, рукой и движением кисти Бекки. Мне некуда деваться, разве что упасть вниз на землю, но нахождение в лежачем положении никак мне не поможет. А просто сделает из меня более лёгкую мишень.
– Эван!
Слышу голос Джонатана возле переулка, но не поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Я наблюдаю за Беккой и жду той решающей секунды, когда она отвлечётся на голос. Она переводит взгляд в сторону Джонатана, и я делаю свой ход.
Пригнувшись, бросаюсь к ней, обхватываю её в районе талии и валю на землю. Пистолет дважды выстреливает, и на нас сыпятся куски кирпича со стены здания. Боковым зрением вижу, что Джонатан дерётся с Тейлором.
Бекка намного сильнее, чем выглядит. Пытаюсь вырвать из её руки пистолет, но она крепко за него держится, снова и снова пиная меня коленом в живот. Удерживая её запястье, бью по лицу, но она всё равно не выпускает оружие.
Свободной рукой Бекка нацеливается мне в лицо и впивается пальцем в глаз, крича и проклиная меня. Отворачиваю голову вправо, чтобы убрать её палец, и чувствую на щеке холодный металл. Моя рука согнута под неудобным углом, и я не могу отодвинуть её запястье. А пробовать другую тактику нет времени.
Ох, блядь.
– ЛТ!
Я не видел, как Малыш Эдди появился в переулке, но он внезапно оказывается рядом со мной. Чувствую, как он изо всех сил пихает меня в плечо.
Пистолет стреляет.
Слышу звук удара собственной головы о кирпичную стену позади меня и тут же оседаю на землю. Падаю в лужу крови Дона, и потёки на предплечье выглядит странно, как полосы на американском флаге. Считаю своим долгом повернуть руку, чтобы получше рассмотреть рисунок, но не могу двинуться.
Меня подстрелили.
Эта мысль озадачивает. В течение всего того времени, что я провёл в зоне боевых действий, в меня никогда не попадали. Все те люди, которые хотели меня подстрелить, оказывались по другую сторону от моего ствола и не успевали нажать на спусковой крючок. Я даже не могу сосчитать, сколько раз кто-то поднимал пистолет и направлял его в мою сторону, но ни разу пуля не входила в моё тело.
Я даже не понимаю, куда в меня попали.
Слышу, как кричит Малыш Эдди.
Слышу визги Бекки.
И ничего не чувствую.
По правде говоря, думаю, что сейчас мне нужно просто отдохнуть.
Глава 23
Чудесное пробуждение
Что-то гудит и пищит.
Моя задница болит, как и мои плечи, но пульсация в голове заглушает большую часть боли. Сама идея открыть глаза делает эти удары в десять раз мощнее. Кровать, на которой я лежу, неудобная, как если бы подушку скатали под моей шеей в комковатый шар.
Слышатся чьи-то голоса, но они приглушены, как будто говорящий пытается произносить слова в подушку.
Моя голова продолжает адски пульсировать, и я позволяю себе соскользнуть обратно в темноту. Времени не существует. Есть только последовательная смена света и тьмы – смена острой боли на онемение. Я выбираю темноту.
Дезориентация, когда я просыпаюсь, – вполне нормальное явление. Всё ощущается как-то по-другому.
Сон, так или иначе, всегда скользит прямо на самой поверхности моего сознания. Бывают моменты, когда я не уверен, что уже не сплю, и реальность становится туманной. А в какое-то время, сон продолжается в моей голове, даже когда обстановка меняется.
У меня затекло всё тело, и очень больно. Мне снится яма в тот самый момент, когда пришли спецназовцы и вытащили меня оттуда. Я не мог ходить сам, поскольку так долго лежал в согнутом положение, что мышцы ног атрофировались.
С трудом приоткрываю один глаз.
Я нахожусь в больничной палате, подключённый к разным аппаратам, в моей руке капельница. У меня чешется нос, и я понимаю, что к нему приклеена кислородная трубка. Открываю глаза немного шире. В палате довольно темно. Единственный свет исходит от тусклой настольной лампы возле двери.
Какого хрена я здесь делаю?
Монитор рядом со мной начинает мигать красным, соответствуя частым ударам моего сердца, поскольку оно забилось быстрее. В комнате никого нет, и, когда я пытаюсь сесть, мои больные мышцы протестуют.
Внезапно становится светлее, и я щурюсь от ярких бликов. Входит женщина в лаймово-зелёном халате и быстро движется в мою сторону. Она наклоняется, и я чувствую, как её ладонь касается моей руки.
– Мистер Арден? – её голос звучит глухо, и мне кажется, что что-то прикрывает мои уши. – Я Ким, ночная медсестра. Можете говорить?
Её вопрос кажется нелепым, пока не осознаю, что не могу сказать ни слова. Во рту пересохло, и уголки губ потрескались. Больно даже просто открывать рот.
– Я принесу воды, – говорит она.
Мгновение спустя, около моих губ появляется соломинка. Всасываю в рот немного воды, но тут же начинаю кашлять. Она кладёт руку на затылок, и мне удается немного приподнять голову.
– Попробуйте ещё раз, – говорит она.
– Что... почему...? – у меня получается только хрипеть.
– Подождите минуту, – говорит Ким, протягивает руку и нажимает на кнопку рядом с кроватью. – Я вызову врача.
Через считанные секунды в палату входит маленькая темноволосая женщина в белом халате. Она хватает с края моей кровати планшет и садится рядом на стул на колёсиках.
– Мистер Арден, меня зовут доктор Райс. Я присматриваю за Вами, пока Вы здесь. Сначала Ким проверит основные жизненные показатели, а потом посмотрим, сможете ли Вы ответить на несколько вопросов, хорошо?
– Да, – воздух из лёгких обжигает горло.
– Можете рассказать последнее, что помните?
Только после нескольких попыток мне удаётся сформировать связные предложения. Сделав пару глотков воды, я могу говорить.
– Я только что проснулся. Что я здесь делаю?
– Что Вы помните до того, как проснулись?