Страница 21 из 81
– Матери, – мне не составляет труда тут же придумать историю. – Мама умерла несколько лет назад. Рак молочной железы. С тех пор за мной присматривала тётя Бетси.
Я невесело усмехаюсь.
– Мне почти тридцать, а я всё ещё нуждаюсь, чтобы кто-то за мной присматривал, – качаю я головой.
– Как и все мы, дорогой, – она похлопывает меня по руке. – Хочешь со мной помолиться?
Что ж, это совсем другое дело.
– Да, – тихо говорю я, – хотел бы.
Она кладёт свои руки поверх моих, и я чувствую на костяшках бусины чёток. Она закрывает глаза, и я делаю то же самое. После минуты молчания она начинает молиться.
– Дорогой Господь, пожалуйста, услышь нашу мольбу. Наши близкие, Джимми и Бетси, нуждаются в Твоей помощи. Мы не знаем, что Ты для них планируешь, но мы умоляем Тебя о сострадании. Их любят, и они нужны здесь в нашей жизни, – она на мгновение замолкает и сжимает мои руки. – Пожалуйста, покажи нам Твоё милосердие, Твоё великодушие и помоги этим хорошим врачам и медсёстрам вернуть нам наших близких. Во имя Христа.
– Аминь, – произносим мы вместе.
Она открывает глаза и наклоняет голову, улыбаясь мне.
– Спасибо, – говорит она, отпуская мои руки. – Ты стал сегодня моим благословением, но я должна вернуться к работе.
– Не стоит благодарности, – уверен, что, на самом деле, я не значусь в её списке благословений, и, напротив, надеюсь, что она никогда не поймёт этого.
– Я хочу на обратном пути поставить свечку в часовне. Я поставлю ещё одну и для твоей тети Бетси.
– Она была бы признательна за это, – я дотрагиваюсь до её руки, и она уходит.
Через несколько минут я следую вслед за ней на стоянку, где она направляется к автобусной остановке. Я даю ей какое-то время там посидеть, а потом подъезжаю ближе и опускаю окно.
– Вас подвезти куда-нибудь?
Она смотрит косо, пока я не высовываю голову в окно, чтобы меня можно было узнать. Широко улыбнувшись, она кивает и подхватывает сумочку.
– Определённо, тебя сегодня послал мне сам Господь! – восклицает она, когда я помогаю ей сесть на низкое сиденье. – Эти скамейки на автобусных остановках не очень-то удобны для моей спины. Как Вас зовут, молодой человек?
– Майкл.
– Я Соня, дорогой Майкл. Думаю, ты действительно ангел!
Я ухмыляюсь и включаю первую передачу. Интересуюсь, куда она собирается направиться, и она указывает мне маршрут к захудалому 7-Илэвэн10 в паре километров от больницы. Пока я веду машину, она рассказывает мне истории о Гарпии – для неё Джимми – в детстве. Видимо, он начал попадать в неприятности в довольно раннем возрасте.
– Всё, что он сделал, это врезался на велосипеде в машину этой бедной женщины. Она даже не рассердилась, но он всё равно лгал, что этого не делал. Там осталась только небольшая царапина, и я даже не думаю, что она хотела за это денег. Она только хотела, чтобы он признался в том, что сделал, и извинился, но Джимми не стал. Он никогда не брал на себя ответственность за то, что сделал.
– Полагаю, что когда он повзрослел, то попал в дурную компанию.
– Так и есть, – кивает она головой вверх и вниз. Цветастая ткань сползает по лбу немного вниз, и она тянется к ней рукой, чтобы поправить. – Мальчикам в этом районе так трудно не связываться с бандами. Я хотела, чтобы его мать переехала дальше на север, но кто может позволить себе подобное место?
– Немногие.
– Действительно, немногие! – цокает она языком по верхнему нёбу. – Когда была молодой, то вообще хотела уехать из Чикаго, и даже на короткое время переехала в Гэри11, но когда узнала, что у меня будет маленькая девочка, то пришлось вернуться домой к маме за помощью.
Она продолжает болтать, и я пытаюсь задать вопросы, которые могут дать мне нужную информацию, но она, похоже, застряла на историях из прошлого, а не настоящего. Когда я подъезжаю к стоянке у 7-Илэвэн, она ворчит себе под нос.
– Господи, помоги мне.
Я следую за её взглядом к группе молодых парней и подростков. На них надеты оранжевые банданы и браслеты, и они выглядят вполне довольными, болтаются на углу около автомата со льдом и толкают друг дружку.
– Друзья Джимми?
– Друзья! – фыркает она. – Вон тот парень, видишь, – тот, с наполовину выбритой головой? Это он втянул Джимми в свои мутные делишки. Не то, чтобы мальчик пошёл туда под принуждением, но всё же…
Её голос затихает, и она вздыхает. Я выхожу и обхожу вокруг машины, чтобы помочь ей выйти.
– Большое спасибо, Майкл. Ты действительно сделал мой день лучше.
– Пожалуйста, Соня. Берегите себя, – я наблюдаю, как она направляется в минимаркет.
Выход из «камаро» был с моей стороны преднамеренным шагом. Как только Соня с моей помощью поднялась на ноги, я замечаю, что члены банды перестают толкать друг друга и теперь смотрят на меня. Я встречаюсь взглядом с бритым с одной стороны парнем.
Он тянется рукой за спину к поясу джинсов. Я понимаю, что он собирается достать пистолет, но также знаю, что он не будет его использовать. В квартале отсюда припаркована полицейская машина, и парень точно это знает. Я как ни в чём ни бывало вытаскиваю сигарету и закуриваю. Прислонившись к «камаро», делаю длинную затяжку и выпускаю дым в его сторону.
Нервно поглядывая на своих товарищей, он что-то говорит слишком тихим тоном, чтобы я мог услышать. Мгновение спустя он подходит ко мне. В то время, как он приближается, я вспоминаю его имя из списка местных бандитов Оберн Грешама. Омари Киверс – брат Джунко.
– Что ты здесь делаешь, Арден?
– Решил подвезти милую старушку, – говорю я с улыбкой. – Знаешь, она немного обеспокоена. Я так понимаю, её внук в больнице.
Омари сверкает глазами и снова начинает тянуться рукой за спину.
– Не очень хорошая идея, – я бросаю взгляд в сторону полицейской машины.
Он прислушивается к моему предостережению, не требуя объяснений. По крайней мере, у него есть мозги. Он выпрямляется и становится при этом выше.
– Значит, дальше ты едешь по свои делам? – он хочет, чтобы его слова звучали как команда, но все равно получается вопрос.
– Пока не уверен, – я делаю ещё одну затяжку. – Это такой милый райончик. Может, куплю здесь квартиру.
- Ты южнее сорок седьмой улицы, – говорит Омари, стараясь звучать дерзко. – Не на своей территории.
– Должно быть, для этого есть причина, – я бросаю сигарету под ноги и отталкиваюсь от машины. – Кажется, кое-что, что принадлежит мне, находится не в том месте. И это что-то, я думаю, находится где-то здесь.
– О чем это ты? – отвечает Омари слишком быстро. Он не спрашивает, о чём речь, потому что уже знает ответ. Парень бросает взгляд через плечо на дружков, а затем поворачивается ко мне. – Тебе следует поторопиться, пока мои мальчики не разозлились. Ещё слишком рано для кровопролития.
– Я собираюсь убраться отсюда, но только потому, что у меня закончились сигареты, а я уверен, что здесь не продают нужную мне марку. Дай знать Джунко, что я ищу свой товар.
Омари делает несколько шагов назад, когда я обхожу машину и сажусь в неё. Я газую на месте, прежде чем выехать со стоянки.
– Миленькая наклейка! – не уверен, кто это кричит, но они все смеются.
Эта штука должна как можно быстрее исчезнуть.
Вернувшись в офис Ринальдо, я ищу всё, что смогу найти на Омари Киверса. Он не был крупным игроком на юге, по крайней мере, до смерти Марчелло. Должно быть, он быстро поднимается в своём кругу, раз открыто подошёл ко мне на улице, без сомнения, рисуясь перед своими дружками.
Он знает, где моё оружие.
Достаю из сумки USB-накопитель и подключаю его к ноутбуку Ринальдо. Когда я начинаю перекачивать на неё некоторые вещи, компьютер выдаёт ошибку, сообщая мне, что флэшка полная, и я проверяю её, чтобы увидеть, что на ней записано.
Там вся информация, собранная на игроков турнира. Я открываю пару файлов, чтобы, прежде чем удалить, посмотреть, есть ли что-нибудь нужное, и мне бросается в глаза эскиз снимка.