Страница 41 из 162
Через какое-то время юный чародей заметил ещё один источник света, на этот раз природного происхождения. Свет был тусклым и совершенно отличался от света светильников. На поверхности стояла светлая ночь. Судя по всему, он наткнулся на выход из подземелья.
Мартин прислушался и внимательно оглядел пространство впереди себя. От входа в туннель отходили три коридора, и он шёл по центральному. Фламм приблизился к выходу, тишина. Караульные отсутствовали. Чародей выглянул наружу и заметил в кустах, неподалёку от выхода, труп кобольда. Видно Арон постарался. Лирты нигде видно не было.
Мартин залез обратно в туннель и окинул взглядом левый и правый коридоры. Правый был значительно выше, по нему вполне могли провести лошадь. Чертыхнувшись, Фламм побрёл по правому коридору, внимательно осматривая землю на наличие следов копыт.
Он прошёл метров двадцать, когда наткнулся на сбрую и седло. Беглый осмотр убедил его, что они принадлежали его кобылке. Но где же сама Лирта? Он принял решение, что не уйдёт без своего верного спутника и двинулся дальше.
Ещё через пару минут он вышел к просторной пещере, напротив которой туннель утолщался вдвое, создавая подобие площадки, уставленной бочками с чем-то вонючим. Пахло падалью и дерьмом, что заставило Мартина поспешно прикрыть нос рукавом. К горлу подкатил ком; ещё немного и его бы вывернуло наизнанку.
Фламм вошёл в пещеру и встал столбом. Насколько он успел осознать, это была кухня или что-то подобное ей. Везде стояли корыта и вёдра с мясом и потрохами. На столах громоздились кучки соли и чего-то чёрного, похожего на перец. В одном ведре от приметил копыта, посыпанные солью, в другом какие-то органы, слишком крупные для человеческих. На одном из столов возвышалась голова гнедой кобылы, а рядом с ней в стол был вбит измазанный в крови тесак. Воздух переполнял аромат смерти.
Глаза Мартина медленно застилала пелена слёз. Скулы сводило от боли. Ненависть медленно поднималась из глубин его существа, заполняя всё его тело. Пальцы схватились за кинжал, сжимая его холодную рукоять до хруста в суставах. Он ненавидел и винил лишь себя, но готов был убить всех и каждого.
В этот момент на кухню вошёл кобольд в коричнево-красном одеянии из кожи. В руках повара (или мясника?) было очередное ведро. Он с удивлением уставился на Фламма и остановился, даже не предпринимая никаких попыток позвать на помощь или бежать. Юному чародею понадобилось лишь мгновение, чтобы оказаться прямо перед убийцей и всего миг, чтобы вонзить свой кинжал ему под подбородок. Мартин смотрел в глаза кобольда, а по щекам юного мага текли слёзы. Он вырвал клинок из мёртвого мясника и тот грузно рухнул наземь.
Когда самообладание вернулось к Мартину, он уже успел накопить достаточно энергии, чтобы взорвать всю эту пещеру к ночной матери. Фламм перевёл энергию в режим ожидания, решив, что она ему ещё пригодится, и спешно вышел вон. Ему срочно нужно было покинуть эти туннели. Здесь ему больше делать нечего.
Выбираясь на поверхность, он ещё раздумывал, стоит ли пытаться отомстить, но быстро отбросил эту бессмысленную затею. Магией он их не победит. Всё, чего он добьётся – лишь смерть. Да, он любил свою лошадь, но её убийце он уже отомстил. Хватит. Он сам виноват в её смерти. Да, именно так. Если бы не его глупость и неосторожность, Лирта была бы жива, а он был бы уже на полпути к великому вулкану. Ему следует стать сильнее, иначе он продолжит терять тех, кого любит. Книга была права.
Высокий частокол забора, уходивший в обе стороны, куда хватало глаз, говорил о том, что этот туннель далеко не единственный в округе. Скорее всего, в этой деревне таких несколько и вряд ли они защищены лишь деревянной стеной. А там, где есть стена…
Фламм огляделся и заметил огромные деревянные ворота, метрах в ста от пещеры, к северу. Ворота были закрыты, но в них он заметил калитку, любезно приоткрытую кем-то. Возле калитки кто-то стоял, видимо дежурный, но это не страшно. Один кобольд его не остановит.
Чародей прислушался и, ничего не заметив, побежал в сторону забора, готовя подходящее заклинание и параллельно нащупывая кинжал. В этот момент сверху кто-то закричал на неизвестном ему наречии, подобном тому, что он слышал от тех кобольдов, что спорили на складе.
Мартин обернулся и посмотрел наверх. Оказалось, что прямо над входом в туннели, откуда он только что вылез, стояла вышка, на которой примостился страж. Кричал он куда-то в сторону и Фламм заметил слева от себя группу кобольдов в тяжёлых доспехах, таращившихся на стража, но, кажется, ещё не заметивших самого мага.
Чародей, не зная, что бы такого предпринять, взял всю ту энергию, что оставил про запас в мясницкой, и высвободил её, разрядив в самое мощное своё заклинание. Взрыв Шамаша. Вышка разлетелась в щепки вместе с кобольдом, что с неё кричал. Горящие доски падали по всему лагерю кобольдов, началась паника, а тот отряд тяжеловооружённых ребят тут же обратил своё внимание на юного чародея, медленно отходившего в сторону ворот.
Мартин перешёл на бег, надеясь, что проблем со стражем ворот у него не возникнет, и уже на подходе к калитке понял, что беспокоился зря. Страж не просто так не закрывал калитку. Он не мог её закрыть. Он уже ничего не мог закрыть. Он был мёртв. И пришит своим же копьём к стене частокола. Видно снова Арон постарался.
Фламм бежал вперёд, строго на север, как и наказал ему бывший сосед по камере. Сзади доносились отголоски погони, и чародей начал замечать, что с каждой минутой они становились лишь громче. Тогда Мартин сосредоточился на точке впереди себя и телепортировался. Отголоски стали значительно тише. Он снова сосредоточился на точке впереди и снова телепортировался. Погони больше не было слышно, но он ещё раз повторил телепортацию, а затем ещё раз, и ещё.