Страница 18 из 97
Глава пятая,
в которой АлиСанна окончательно осваивается и начинает понимать, что за зверь такой школа, что за люди такие дети, и испытывает на себе великую силу инстинкта У
Как вы уже знаете, пришла наша АлиСанна работать в школу на втором курсе института. И очень скоро поняла, что повезло ей невероятно. Школа старая, условия работы так себе, но коллектив – потрясающий (трёх вышеописанных дам мы в расчёт брать не будем). Почти про любого можно рассказывать взахлёб и часами. Как и про то, что такое работать в старой школе.
На этом пока и остановимся поподробнее. Обрисую, так сказать, быт АлиСанны и её коллег.
Однажды во время урока (не выдержал силы её голоса, что ли?) из потолочного шва вывалился приличный кусок цемента и штукатурки (килограмма на полтора) и рухнул прямо на первую парту в среднем ряду. Пыль, грохот, дети (а это были шестиклашки) в шоке, АлиСанна тоже. Первая мысль: только бы никого не зашибло. Слава Богу, обошлось.
Выкинули кусок, вытерли пыль, дети её ненаглядные встряхнулись и продолжили работать дальше. У них не случилось никакой истерики и даже не возникло желания, воспользовавшись случаем, саботировать учебный процесс. Хотя, может, просто не догадались?
Всё произошедшее у АлиСанны вызвало лишь неуёмный восторг. Ведь это не дети – это стоики какие-то! Ну, как их не любить? А она уже от стадии привыкания медленно и верно переходила к следующей – горячей влюблённости. Это та самая, когда до настоящей любви ещё далеко, но и равнодушием уже не пахнет.
Смотрела она на детей, склонившихся над тетрадями, и испытывала к ним такую нежность, такое умиление от вида их сосредоточенных лиц, что даже ком в горле вставал и хотелось каждого погладить по голове. АлиСанна удивлялась и с трудом удерживала себя от этого непонятного и чрезвычайно эмоционального поступка. Просто она ещё не знала, что так мощно и непреодолимо даёт о себе знать инстинкт, который АлиСанна чуть позже назовёт для себя инстинктом У, или, что понятнее, учительским инстинктом.
Если верить вездесущей и всё, ну, или почти всё знающей Википедии, инстинкт – это совокупность врождённых тенденций и стремлений, выражающихся в форме сложного автоматического поведения. В узком смысле – совокупность сложных наследственно обусловленных актов поведения, характерных для особей данного вида при определённых условиях.
Так вот, по мнению АлиСанны, у прирождённых учителей была эта самая совокупность тенденций и стремлений не только объяснить, втолковать, вбить в головы, разжевать и в рот положить, но и защитить, уберечь, пожалеть, понять, помочь. Только всё это она осознает позже, много позже. А в тот первый свой рабочий год она впервые почувствовала в себе непонятного для неё тогда происхождения чувства и эмоции. И не знала она ещё, что это как раз инстинкт У движет, руководит ей. Она просто понимала, что находится на своём месте, что нашла себя в этой жизни и что именно благодаря этому с радостью едет на работу, с замиранием сердца входит в класс и с умилением радуется достижениям своих первых учеников.
Ну, да что-то я отвлеклась. Вернёмся к будням АлиСанны и её коллег. В другой раз, уже после того незабываемого дня, как обрушилась на головы её учеников злосчастная штукатурка, когда АлиСанна радостно написала на доске очередное предложение, повернулась к классу и раскрыла рот, чтобы задать вопрос, её мальчишки (в этот раз девятиклашки) неожиданно вскочили из-за парт и кинулись к ней. Как при замедленной съёмке, она увидела их перекошенные, испуганные лица, а сама при этом успела подумать: «Что происходит?! Куда это они?!!»
Оказалось, школьная доска, не выдержав АлиСанниного напора, открепилась от стены и стала падать. Сама АлиСанна этого не видела, поскольку стояла лицом к классу. А вот ребята её драгоценные увидели, среагировали и попытались свою юную учительницу спасти от незавидной участи быть придавленной школьной доской на глазах у всего класса. Спасли. АлиСанна даже испугаться не успела.
Это всё смешно, конечно. Но вот её коллегу, худенькую, невысокую учительницу химии доской-то как раз и прихлопнуло. Да-да. Не шучу. Причём доска была тяжеленная, из тех, что ездят вверх-вниз при помощи скрытого за доской противовеса. В роли противовеса выступает немаленькая бетонная плита. К счастью, доска упала на учительский стол, и несчастную Ирину Владимировну придавила не до конца. А только до гематом и сотрясения мозга. Хотя ей и это не понравилось. Она предпочла бы вообще доску использовать исключительно по назначению, а не в качестве средства придания жизни остроты и драйва.
В травмпункте, куда её привезли, весёлый доктор задал АлиСанниной коллеге вопрос: «Чем же тебя так, деточка?» Ирина Владимировна, тоже худенькая, невысокая и совсем молодая, густо покраснела и ответила: «Я не деточка, я учительница. А придавило меня школьной доской». Следующие полчаса весь травмпункт, включая травмированных и пострадавших, рыдал от смеха.
Через пару лет работы в таких условиях АлиСанне и её коллегам стало ещё веселее: начался капитальный ремонт. Вы, уважаемые читатели, не поняли в чём проблема? Добавлю остроты – капитальный ремонт проходил без отселения школьного населения.
Весь учебный год потрясающие дети и героический коллектив учились и работали в неотапливаемых кабинетах, в жуткой грязи и, простите, вони. И это в Москве, в самом конце двадцатого века!