Страница 2 из 29
Пищевод конвульсивно дернулся. С превеликим трудом усмирив панику, Степан напомнил себе, что там еще ничего нет. Жжение тем временем усилилось и он механически, не задумываясь над последствиями, сделал жест, которым считают деньги. Результат можно было предугадать. Пальцы словно схватились за раскаленную монету. Микроскопические частицы чужой плоти, оставшиеся от насосиков, превратились в маленькие буравчики.
"Просыпайся!!!" - завопил внутри перепуганный Степашка.
...И чем дольше тер Степан пальцы, тем больше становилась армия ненасытных вампиров. Они множились на руке, как капли осеннего дождя. Отупевший мозг отказывался воспринимать этот кошмар и только невыносимый зуд не давал ему усомниться в том, что все это происходит на самом деле. Когда же он перевел взгляд на левую руку, то пульсирующая, темно-бордовая спираль на пальце, где несколько минут назад был крошечный пузырек, таки поколебала эту и без того слабую уверенность в реальности происходящего.
Червь стал огромным. Толстой лентой он плотно обвился вокруг добычи и сосал, сосал, сосал... Палец был уже белее туалетной бумаги и эта нездоровая белизна, расползавшаяся от его основания на тыльную часть ладони, напомнила Королю о тете Асе. Безотказная родственница обычно появлялась в самые тяжелые моменты его детства.
В голове, затуманенной болью, всплыли фрагменты биографии...
Вот он сидит на ступеньках в подъезде, а из квартиры несет химической вонью. Это мать отбеливает простыни, чтобы он их порвал, падая с велосипеда... А вот мимо проходит дядька с белой коробкой в руках. На ней нарисован вопросительный знак. Дядька стучится к соседке, троим детям которой не мешало бы оторвать руки. Придурок несчастный, ей же топор нужен, а не твои загадки! Вот из-за таких идиотов ему и приходилось ждать приезда тети Аси...
Воспоминания были прерваны тихим хлопком. Червяк обожрался и лопнул, разбрызгиваясь клочьями по всей руке. Струйка, которая уже не была кровью, превратившейся в комковатую слизь цвета "гнилой вишни", потекла к запястью. Она еще не достигла цели, как и на другой руке начали лопаться зловещие волдыри.
Степан бросился в ванную комнату и щедро посыпал руки стиральным порошком. Он не знал, помогает ли эта штука от червей-людоедов, но хотел верить рекламе и смыть с рук всю эту горячую грязь, втирая его в кожу. Руки сразу же покрылись кроваво-серой коростой, которую с трудом смывала холодная вода. Король видел как извиваются, сворачиваются в кольца и гибнут черви. Но не все. Некоторые уходили под кожу и оттуда их было невозможно выкурить никаким стиральным порошком. Даже самым дорогим.
- Где же ты, тетя Ася? - проскулил он, кусая губы и перебирая ногами, подобно лошади, которую заедают слепни.
И втирал, втирал чертов порошок, но толку было чуть. Может, права была мать, когда предпочитала вываривать?..
- Все равно я вас достану-у-у! - не то выл, не то рычал Степан, разжигая уже наполовину освежеванными пальцами газ в духовке. Времени на то, чтобы вскипятить воду, ему не оставляла скорость размножения проклятых тварей. Адский червячок почковался прямо-таки с космической скоростью. Черт его знает, чем нужно было удобрять картошку, чтобы вывести такого монстра... а ведь он голосовал за "зеленых". Вот она, ирония многопартийности!
Газ полыхнул и одновременно перфорированная кожа на руках расползлась с душераздирающим треском гнилой ткани. Противные чмокающие звуки лопающихся тварей отмели разом все сомнения в правильности принятого решения.
Боль расплавила мозги. В нос ударил запах горелого мяса. Король вдруг увидел себя со стороны. Этакий шеф-повар, чьим коронным блюдом были запеченные в духовке руки, фаршированные картофельными пиявками, ждет в гости тетю Асю. Она вот-вот приедет и непременно посоветует что-нибудь разумное, доброе, вечное... а то и привезет какое патентованное средство.
Чертова дура, где же она шляется?!!
Болевой шок притупил ощущения. Кое-как справившись с замком, Степан оказался на улице. Свежий воздух напомнил о том, что он так и остался голодным. Под ложечкой отчаянно засосало и Его Величество, не раздумывая, отведал поджаренный большой палец Степана. У того оказался мыльный привкус.
Тетки нигде не было видно. Впрочем, не было видно никого и ничего, потому что была ночь. Далекий, как Луна, фонарь существовал сам по себе и сегодня явно был в отгуле, как и спутник Земли. Это Степана не обескуражило. Кто, как не он, регулярно ездил за отбеливателем, когда родственница открыла в их городке представительство "Proctеr & Gamble"? По проспекту "Always Invisible", где постоянно бродят невидимки, затем мимо кладбища О"кей и Второй Переулок Направо.
"Странное все-таки название для переулка..."
С этой мыслью он тронулся. В последний путь. Никто не повстречался ему до самого фирменного магазина "Pampers". Там из-за угла вырулил нетрезвый оборотень, мучимый отсутствием Луны и собеседника.
- Привет, - с надеждой облизнулся он. - Спешишь куда?
- Угу. К шеше Аше, - прошепелявил мохнатым из-за налипших на него червей языком Степан. - Даеко ишшо до кладбишша?
- А-а, так ты туда? - отшатнулась от него потусторонняя пьянь. - А мне еще, пожалуй, рановато...
- Шпашибо. - Король побрел дальше, похожий на расшитую бахромой мантию.
С каждым шагом им все больше овладевала свинцовая апатия от потери крови - вернейшее обезболивающее средство самого старого анестезиолога. К тому времени, когда он наткнулся на ржавую ограду, за которой смутно маячили кресты, ему уже было все равно. Да и кто такая эта тетя Ася, чтобы тащится к ней через весь город? Вздорная старуха, продавшаяся западным инвесторам. Глупая кобыла, ненавидящая отечественного производителя и помешанная на гигиенических прокладках... Скоро взойдет Солнце и выжжет из него всю нечисть... а он тем временем отдохнет и наберется сил. Прямо здесь.
Оставляя на острых зубьях ограды клочья пузырящейся плоти, Степан перебросил через нее тело. Встать на ноги он уже не смог и на поиски подходящего места для окончательного отдыха пополз на четвереньках. Бедняга даже не заметил, как в момент приземления у него выпали глаза.