Сны

— Нет, в смысле, как хорошо, что ты сдалась! Замечательно. Я принесу тебе что-нибудь.

— Какой-нибудь деликатесный сухпаек?

— Возможно, — Финн рассмеялся. Она давно не видела его таким. Ему как будто полегчало. Из-за нее? Правда? Когда Финн обнял ее на прощание и, все еще сияя, прикрыл за собой дверь, Рей подождала несколько секунд — отсчитала несколько ударов сердца — и сказала в потолок:

— Я не самоубийца.

Она медленно повернула голову. Бен сидел в воздухе, как привидение, в черном под горло, со странно зачесанными назад волосами. Интересно, на чем он сидит? Где бы он ни сидел.

Бен еле заметно пожал плечами:

— Твое дело.

— Я найду какой-нибудь другой способ от этого избавиться.

Такой, который ее не убьет. А ведь она бы сделала Сопротивлению такой подарок, если бы его убила, — Рей медленно вдохнула через нос и выдохнула ртом. Хорошо бы узнать заранее, будут ли их сны и дальше друг в друга просачиваться. Может, когда-нибудь он увидит, как она его убила на черных камнях.

— «От этого», — пауза. — От меня то есть.

Гнев и обида подкатили к горлу. Это были чужие гнев и обида или ее собственные?

Рей прикрыла глаза:

— Пока я буду спать, можешь морально готовиться к трибуналу, — язык с каждой секундой становился все неповоротливее, она могла уснуть где угодно, это была ее суперспособность, а больничная койка не хуже других мест походит для сна. — Где тебя… судить за военные… преступ…

Постельное легонько уходило у нее из-под щеки. В приглушенном шуме медблока ей было слышно, как Бен негромко сказал:

— Спокойной ночи, — и его тон ее даже почти не удивил.

Она найдет решение.