Просроченное завтра

Когда они вышли на улицу, Стас предложил подвезти. Понятное дело — всем по одному адресу. Шли гуськом. Они впереди. Как она за него держится! Дура не понимает, что он вышвырнет её, лишь подвернётся кто поприличнее. Этой дуре никакое дорогое пальто не поможет.

Макс скосил глаза на Полину —

смотрит козлу в спину и думает явно не про Алёнку. Дурак, зачем он привёл её с собой!

— А как ты будешь выезжать? — поинтересовалась Полина самым своим медовым голоском, глядя на крохотные зазоры между бамперами.

— Как влез, так и выезжать буду, — бросил в ответ владелец Форда. — Или хочешь помочь?

Пауза, за которую Макс успел вспотеть.

— Давай помогу.

Стас впихнул Алёну на заднее сиденье очень умело — неужели именно там он её и имел? Макс зажмурился и сглотнул кислую слюну.

— Гитару в багажник?

— Нет, — отмахнулся он от протянутой руки и сел вперёд, зажав гитару коленями, с трудом сдерживаясь, чтобы не вгрызться зубами в чехол.

Оборачиваться к сестре не хотелось, да и Стас уже сел за руль и открыл окно, чтобы слышать Полину, которая со знанием дела отдавала приказы. Наконец морда Форда выглянула на дорогу, и Полина села рядом с Алёной.

— Ты любишь битлов? — не поленилась она спросить восхищённо.

Стас кивнул:

— Очень.

Полина продолжила нести чушь про музыку, и Макс выдохнул, лишь когда они подъехали к дому.

—Под арку не въезжай, — еле успел он предупредить Стаса.

Сухо распрощавшись, Макс вылез из машины и хлопнул дверью. Стас тоже вышел — дверь, что ли, этой дуре открыть? Но нет, он достал из багажника пакет и вручил ей с напоминанием завтра не опаздывать, а когда Алёна, поджав губы, кивнула, нагло выдал:

— Я пошлю тебе сообщение на всякий пожарный. Больше опаздывать нельзя.

Оказавшись в темноте арки, Алёна обернулась. Макса начало трясти. Ещё пусть ручкой помашет и воздушный поцелуй пошлёт, идиотка!

В коридоре он сначала протянул руку, чтобы забрать у сестры пальто, но опомнился — пусть сама разбирается со своими подарками. Что у неё там ещё в огромном пакете?

— Макс, — прильнула к нему Полина. — Ты ко мне? — Он кивнул. — Тогда иди побрейся.

Пальцы Алёны застряли на третьей пуговице, но она промолчала и так и ушла в пальто в бабкину комнату. Туда ей и дорога. И всё равно руки тряслись так, что Макс два раза порезался.

— Что ты такой неуклюжий!

Полина промокнула щёку гигиенической салфеткой и поцеловала порез.

— А у тебя что, не началось? — насторожился Макс.

Полина пожала плечами.

— Завтра начнётся, наверное… Ну, так и будешь сидеть? Может, диван разберёшь?

Она вытащила постельное бельё и аккуратно разгладила простыню.

— Завтра подушку свою принесёшь. А сегодня поспим на одной.