Страница 265 из 284
— Лена, у меня завтра серьезный митинг с маркетингом и кастомерами, — ответил Дима, не поворачивая головы из кресла. На столе уже светился экран. — Мне нужно к нему подготовиться.
— Ты не хочешь поговорить?
— Не сегодня. Закрой, пожалуйста, дверь.
Она исполнила его просьбу. Или тихий приказ. Голос его был твёрд, как никогда. И тих, будто он боялся разбудить сына. Наверное, действительно боялся. И не только этого.
— Лена, давай я приеду! — почти закричал Стас в телефон, и Алена поморщилась.
Она вышла из дома и отошла к дороге, куда Дима, приехав с работы, выкатил мусорные баки. Она не боялась, что муж услышит их разговор. Она тоже боялась разбудить сына. И ей хотелось вдохнуть свежего воздуха. Так сильно, будто она всю зиму просидела взаперти.
— Стас, Дима почти американец. Он не русский мужик. Сейчас он будет взвешивать каждое своё слово и контролировать каждое свое действие. Он боится суда. Я приеду к тебе утром в то же время. Не звони мне, пожалуйста.
Алена сунула телефон в карман. Вокруг было слишком тихо. Все спали. Только вдалеке гудела сирена пожарной машины. Алена ненавидела этот звук. Он мог означать чью-то смерть. И сейчас ей казалось, что это вой по ее душе. В ней только что умерло что-то важное. И она надеялась, что это не любовь к Стасу. Внутри, точно в пустом ведре, ухало сердце.
Алена вернулась в дом, в котором разлилась такая же мертвая тишина, как и на их тихой улочке. Проходя по коридору, она услышала мерное постукивание клавиатуры. Заглянула в прижатую тапком дверь детской: Степка крепко спал и проспит ещё где-то с час. Она села в кресло-качалку и закрыла глаза.
— Лена, — над ней возвышался Дима, но когда она, встрепенувшись, попыталась встать, он опустился возле кресла на корточки. — Иди спать. Я лягу на диване. Принесу тебе Степку, когда он проснётся.