Ромовый пунш

- Ты слышал, что тебе было сказано? - переспросил бывший уборщик.

Макс был расстерян, продолжая стоять лицом к лицу с этим глазеющим на него уродом в дурацком смокинге, но в то же время осознавая, что Рене вот-вот уйдет, и поэтому он окликнул её.

- Это очень важно.

Это задержало её ровно на столько, чтобы бросить ему в ответ.

- Мне моя выставка важнее.

Знакомая песня? Я работаю. Я тоже работаю. Мне нужно поговорить с тобой. А мне некогда. Я подаю на развод... Возможно это и привлекло бы её внимание. Он снова обернулся к лоху-кубинцу, который вызывал в нем наибольшее раздражение, по сравнению со всем остальным.

- Ты знаешь, на кого ты сейчас похож?

- Ну и на кого же?

Он стоял, подбоченясь, и выжидал.

Макс помедлил с ответом. Потому что этот урод мог вырядится во сто угодно, но это он был виновником сегодняшнего торжества, это ему удавалось водить за нос любителей искусства и выходить при этом сухим из воды... Или может быть у него действительно был талант, возможно он и в правду умеет хорошо рисовать, и это Макс, хоть на нем и был новый льняной пиджак и модные брюки, ни черта не разбирался в искусстве. Возможно со стороны Макс и мог кому-то показаться большим ребенком.

- Да нет, ничего, - с достоинством ответил Макс и, развернувшись, направился к выходу.

- Если я ещё хоть раз увижу тебя здесь, то вызову охрану, - неслось ему вслед, и Макс чуть было не остановился. - Чтобы они вышвырнули тебя вон. - Но он продолжал идти. Потому что за убийство первой степени в лучшем случае полагался залог в пятьдесят тысяч долларов.

* * *

Ровно в половине пятого Джеки купила пару булочек и стакан чая со льдом у стойки "Чайна-Таун", и прошла мимо стоявших полукругом обеденных стоек, с фирменным пакетом из "Сакс". Она все ещё по-прежнему была в своей летной униформе стюардессы "Островных Авиалиний". Затем она принялась пробираться через лабиринт проходов между столиками, прежде, чем ей наконец удалось выбрать столик, за который она и села, располагаясь за ним так, чтобы можно было бы наблюдать за всем, что происходит вокруг. Она подумала, что, возможно, ей удастся высмотреть в толпе Николета; а может быть и Макса, если он все же решится прийти; но она вовсе не рассчитывала на то, что ей удастся вычислить кого-нибудь из людей Николета, которых, он якобы должен был бы привести с собой. Она не слишком-то поверила тому, что он ей наговорил. Хотя он и пообещал, что кое-кто обязательно проследит за тем, кто заберет у неё деньги. Но это вовсе не означало, что сюда обязательно должен будет прийти ещё кто-то из агентов Управления по борьбе с контрабандой. Джеки была больше чем уверена, что на встречу к ней Орделл пришлет ту женщину, которая с ним жила - которая ответила ей по телефону, что его нет дома, и тут же повесила трубку. Прошло пятнадцать минут. Джеки тем временем уже доела свои булочки и закурика сигарету.

- Это место занято? - спросила стройная молодая негритянка, с заставленным едой подносом в руках и с сумкой из "Сакс", висевшей на запятье.

Джеки сказала, что нет, присаживайтесь, и смотрела на то, как та ставит поднос с тарелками на стол. Кукурузная лепешка, молюски с перцем, поджаренные бананы, большой стакан кока-колы, салфетки, пластиковые приборы...

- Вы голодны, - сказала Джеки.

- Да, мэм, - ответила молодая негритянка. Ее можно было назвать довольно хорошенькой. Наверняка ей ещё не было и двадцати.

- Поставьте сумку на пол, ладно? - сказала Джеки. Под стол. Все должно выглядеть естественно. - Она глядела на свою соседку, которая так ни разу ещё и не удостоила её взглядом, так как едва лишь усвешись на скамейку, она принялась нагибаться, чтобы заглянуть под стол.

- Прямо рядом с моей. А потом, когда я уйду, - продолжала Джеки, - ну, в общем, сами знаете. А как вас зовут?

Негритянка подняла взгляд на нее.

- Шеронда, - неуверенно ответила она и после этого снова уставилась в стоявшую перед ней тарелку.

- Начинайте. По-моему это я с вами разговаривала по телефону, сказала Джеки, - когда позвонила из тюрьмы и спросила Орделла. Разве это были не вы?

- Наверное я, - не стала возражать она.

- Вы уже знаете мое имя? Меня зовут Джеки.

- Да, мэм, - согласилась Шеронда и снова застыла в ожидании.

- Да вы ешьте, ешьте. Я больше вас не побеспокою. - Джеки смотрела на то, как Шеронда принялась за еду, низко склоняясь над тарелкой. - Только ещё один последний вопрос. Вы с Орделлом женаты?

- Он сказал, что мы живем как муж и жена, - ответила Шеронда, не поднимая головы.

- Вы приехали сюда на машине?

- Да, мэм. Он нанял машину, которая привезла меня сюда.

- Так значит, вы живете вместе, - сказала Джеки.

Шеронда смутилась, и Джеки вовсе не ожидала получить ответ на свой вопрос. Но ответ все же последовал.

- По большей части, - отозвалась Шеронда, по-прежнему не поднимая головы.

- Не каждый день?

- Иногда каждый день, но это только на какое-то время.

- Выходит, иногда вы не видите его по нескольку дней?

- Да, мэм.

- А вы знаете, что лежит в сумке, которую вы заберете?

- Он сказал, что там сюрприз.

Джеки затушила в пепельницу лкурок сигареты.

- Что ж, приятно было познакомиться, - сказала она на прощание, и подхватив с пода сумку Шеронда, пошла прочь.

* * *

Макс наблюдал за происходящим из бара "Капучино". Он видел, как Джеки встала из-за стола и направилась к выходу, и тогда он попросил девушку за прилавком не убирать его кофе, пообещав, скоро вернуться. Джеки не видела его. Идея Макса состояла в том, чтобы по возможности держаться неподалеку, но не подходить к ней до тех пор, пока оба они не окажутся подальше от этого места. Но план этот изменился в тот самый момент, когда он увидел, как из павильона "Кофе & Чай. Компания Барни" вышел какой-то парень, и Джеки остановилась рядом с ним. Макс тоже замедлил шаг. Он следил за тем, как незнакомец, одетый в спортивную куртку, джинсы и ковбойские сапоги, берет у Джеки из рук фирменный пакет "Сакс" и запускает в него руку, не сводя при этом взгляда с нее. Этот парнеь был наверняка никто иной как Рей Николет, решивший убедиться, что она не ушла с десятью тысячасми в сумке. Макс, сам в прошлом полицейский, догадывался, о ходе мыслей Рея Николета, который, по его мнению, должен был бы думать примерно следующее: "Разве можно здесь кому-нибудь доверять?" Особенно, когда в дело вовлечен тайный информатор. Они поговорили ещё с минуту. Со стороны можно было бы подумать, что речь идет о вещах не слишком серьезных. Джеки согласно кивнула, выслушала, что ей скажет Николет, снова кивнула и зашагала прочь. Всего несколько шагов - и она скрылась за углом, а Николет остался стоять, глядя в сторону обеденного зала и разговаривая сам с собой, или же наговаривая что-то в скрытый радиомикрофон. Макс возвратился в бар "Капучино" и занял свое прежнее место, собираясь допить кофе.