Страница 5 из 25
В этой части города его знал каждый. Его не любили, но уважали, некоторые даже боялись, приписывая колдовские умения, но большая часть людей, просто отдавала должное его существованию и не трогала его. Этот слабый на вид калека обладал даром врачевателя, и горожане прозвали его Лекарем. Он один из немногих во всём мегаполисе, кто умел читать. Он вёл жизнь отшельника, посвятив всего себя изучению древнего искусства медицины, и безотказно помогал всем, кто нуждался в его помощи. В мире, где от простуды можно запросто умереть, такой человек, как он, просто необходим. Неизлечимо болен сам, но всеми силами старается помочь другим. Это избранный им путь, его жизнь и философия.
– Ещё немного. Ты молодец, – сказал Лекарь.
Лекарь был старше её, но насколько именно она не могла определить. У него была странная походка, и плечи находились на разном уровне, но он выглядел чудно́ не только из-за своей манеры ходьбы. Он придумал себе довольно необычный способ поддержания равновесия. Для одной стороны он использовал подмышечный костыль, который немного выравнивал плечи, а второй рукой он опирался на трость.
– Поворачиваем.
Лекарь будто прочитал мысли девочки:
Новое слово для девочки – «пациенты». Она никогда его не слышала раньше, но спросить, что это или кто, не решалась.
– Положи его на кушетку. То есть, на вот ту кровать, – сказал Лекарь, указывая на небольшой, сбитый своими силами, деревянный лежак.
У девочки ужасно ныла поясница, горели уши и щёки, надоедливая стучащая боль в висках притормаживала понимание происходящего. Очень хотелось отдохнуть, и она бестактно уселась на другую кровать – уже более цивилизованную, застеленную синим покрывалом.
– Это моя кровать, на неё не садись, пожалуйста, но можешь присесть на любую свободную кушетку.
Лекарь отставил в сторону костыль и трость, снял верхнюю чёрную кофру с капюшоном, и поковылял мыть руки. Пока он был занят этими приготовлениями, девочка могла мельком посмотреть на самого загадочного жителя мегаполиса.
На самом деле, это был красивый человек. Конечно, если не считать впалых щёк, синяков под глазами и высоченных уставших век болезненно серого цвета. Лицо было вытянутым, черты лица острыми. Он был очень бледным, и даже по местным меркам, он выглядел слишком худым. Вещи висели на нём, как на огородном пугале. Старые чёрные ботинки, чёрные потрёпанные штаны, тёмно-серая футболка, всего лишь несколько неприметных браслетов на тощем левом запястье – вот и вся одежда Лекаря.
Девочка же стояла в сторонке и нервно мяла ладони. Она знала, что Блюм в хороших руках, но даже так, он всё ещё без сознания.
Девочка стояла в ступоре. Она вернулась в реальность, но стук в висках, всё так же не давал сконцентрироваться.
– Да, конечно… – она закусила губу, не зная, что ответить. Вдруг её взгляд упал на тряпку на полу. – Тря…пи. Тряпи!
– Ладно, я стараюсь ничему не удивляться… – он легонько улыбнулся и вернулся к своему делу.
– Так, Тряпи, куда его били?
– Как всегда жестоко… – про себя сказал Лекарь. – Возьми на столе ножницы, нужно разрезать футболку. Мы так её не снимем.
– Очень осторожно разрежь футболку, а я начну делать компресс, – скомандовал Лекарь.
– Спасибо, дальше я сам.
Лекарь прислонился ухом к грудной клетке Фантаста, которая еле заметно вздымалась, и с закрытыми глазами что-то внимательно слушал. Затем он принялся прощупывать рёбра, всё так же с закрытыми глазами.
Девочка послушно выполняла все его указания: доставала какие-то тряпки с полок, приносила флаконы с настоями, резала бинт. Когда всё было сделано, Лекарь очень тяжело встал, опираясь одной рукой на кушетку, второй на здоровую ногу. Затем, немного помяв колено, которое ныло после посиделок возле больного, произнёс:
Не успел Лекарь договорить, как девочка уже схватила табурет, стоящий возле кровати и принесла ему. Он выглядел удивлённо:
– Это я должна тебя благодарить. Спасибо тебе, Лекарь… За то, что спас его… Спасибо… – еле слышно говорила она.
Эти слова звучало добродушно. Девочке было очень приятно услышать такое от него. Она легонечко улыбнулась и опустила голову, чтобы Лекарь не увидел её моментально покрасневших щёк.
– Ну что ж, с сестрой ему повезло.
Девочка смотрела на него, как зачарованная. Это и есть Лекарь. Совсем не таким она его представляла. Она слышала от остальных, что он жуткий, сгорбленный и мрачный, но этот человек не был жутким или неприветливым. Он много раз улыбался ей и несколько раз похвалил. Конечно, выглядел он не так, как обычно выглядят горожане, он, правда, был сутулым и его плечи находились на разном уровне, но это не мешало ему быть прекрасным человеком.
– Он спит. Его жизни ничего не угрожает. Можно сказать, он легко отделался. Обычно, после Стража у меня больше работы. Со временем он поправится, сейчас главное для него – спокойствие и отдых.
– Он останется у меня на пару дней, а ты можешь идти.
– Идти?..
Она вспомнила, почему пострадал Фантаст и что её брат сейчас неизвестно где. Вспомнила так же и слова Стража, о том, что он убьёт её брата, если тот вернётся. Она ничего не узнала о Парке, Фантаст не сможет двигаться ещё долгое время и ей нужно отправляться на поиски одной, но сейчас идти опасно, ведь Страж мог послать кого-то следить за ней.
Лекарь обеспокоенно посмотрел на неё.
Что сказать? Ответ потянет за собой другой вопрос и выяснится, что тот, кто должен лежать на этой кушетке – она, а не Фантаст.
– Если хочешь моей помощи, говори всё как есть и прямо сейчас, а иначе уходи.
– Я виновата в том, что его избили, – она опустила глаза. – Мой брат пропал. Он пошел в… ему зачем-то понадобилось желание, и он отправился в…
– Да… – еле слышно ответила девочка. – Но я не смогла и двух слов связать при виде Стража. Поэтому Фантаст... то есть Блюм, спросил его про Парк, и Страж вышел из себя. Блюм вступился за меня и его избили… а я… ему нагрубила и он пообещал, что убьёт моего брата, если он вернётся, и мне покидать город запретил…
– Как бы там ни было, выбора у меня нет. Я должна идти. Должна спасти своего брата, должна догнать его и не дать вернуться в мегаполис…
– На мою кровать не садись. Можешь взять табурет или сесть на кушетку. Я пойду в мегаполис – кому-то ещё может понадобиться моя помощь. Уйдёшь, когда посчитаешь нужным. В пределах этой ночи, разумеется.
– Спасибо… – обессилено прошептала она.
– Спасибо вам обоим…
За время, проведённое в доме Лекаря, девочка успела хорошо всё рассмотреть. У неё никогда не было дома, жили то там, то здесь, как и все в прочем, но это место было совершенно другим и оно ей очень нравилось. Находясь в его доме, она чувствовала безопасность и ощущала комфорт.
Девочка заметила у входа несколько висящих картин. Это было очень необычно. Зачем рисовать на доске, если можно нарисовать на стене?
И снова что-то необычное – позади двух других кроватей висела ширма. Было видно, что позади нет стены, ткань висела на натянутой верёвке. Любопытство одолевало девочку, но она не решилась проверить, что за ширмой. Она испытывала безмерное уважение к хозяину этого дома. Если он хотел, чтобы что-то было спрятано от любопытных глаз, значит так должно быть.
Мысли одна за другой мягко обволакивали сознание, и девочку начало клонить в сон. Здесь было очень тепло, поэтому глаза сами начали закрываться. И хотя ещё какое-то время ей удавалось бороться со сном, но всё же слишком много произошло за этот день.
Так она и уснула, сидя у кровати Фантаста. Но поспать ей удалось не долго. Сон был прерван тревожным звуком мужского голоса.
– А?.. что такое?.. – девочка не сразу поняла, где она и кто её будит.
Лекарь схватил её за локоть, чтобы помочь встать. Девочка очень тяжело приходила в себя и не понимала, что происходит. Неужели он её так резко выгоняет? Может она его чем-то обидела? Или ей нельзя было засыпать?
– Спасибо тебе большое, Лекарь. Ты спас замечательного человека. И прости за то, что я причинила тебе столько хлопот. Я всё поняла, я ухожу.
– Ты что, с ума сошла?! – шепотом прокричал Лекарь. – А ну вернись, живо!
– Тебя по всему городу ищут! Страж решил перестраховаться. Лучшие ищейки шерстят высотки, потому что кто-то из твоих знакомых дал наводку, что ты любишь бывать в высоких местах. Они заявятся ко мне с минуты на минуту, а ты уходить собралась!
– Осторожнее! – он помог ей забраться в дыру. – Сиди тихо.
– Да, и смотри не чихни, здесь пыльно.
Девочка оказалась ближе к улице и могла отчётливо слышать шаги, кашель, чей-то смех и ругань, а ещё здесь было прохладней, но это всё были мелочи, на которые она совсем скоро перестала обращать внимание.
– Ну, здравствуй, Альфред.
Ей было очень страшно, но в то же время гнев потихоньку подбирался к ней. Мысленно она высказывала ему много интересного, но в реальности сидела тихо, как мышка.
– Не смей называть меня так… – вожак проскрипел зубами и покосился на лежащего без сознания Блюма. – Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь. Как малец, кстати?
– Не нужно, Альфред, ему не нужна твоя защита. Я его больше не трону, если он сделает кое-что. Когда проснётся, передай ему, чтобы выметался из моего города и не возвращался. Иначе отправится к богам.
– И так, – снова начал вожак, сидя на стуле, – где она?
– Не прикидывайся, Ал.
Страж постепенно терял самообладание.
– А, ты про девочку. Ну, она вон под той кроватью. Когда полезешь за ней, протри пыль заодно, пожалуйста, – Лекарь сказал это таким же спокойным тоном, как и всё прежде, и поковылял менять компресс Фантасту.
– Ты что, думаешь, я шутить сюда пришел?! – его грубый голос заставил девочку вздрогнуть. Она напряглась всем телом, готовая в любую минуту выйти и сдаться, только бы он не тронул Лекаря.
– Не зли меня… – прорычал вожак, скрипя зубами, стоя прямо позади Лекаря, мирно меняющего компресс Блюму.
– Ты знаешь лучше других моё правило не оставлять здоровых у себя. Её здесь нет! В очередной раз твои ищейки облажались! Здесь только избытый тобой до полусмерти мальчик, чью голову я сейчас бинтую! – Лекарь сказал это намного громче, с неприкрытым раздражением в голосе и прямо в глаза Стражу.
– Только не о мебель, пожалуйста.
– Если это всё, что ты хотел узнать, то можешь идти, девчонки здесь нет. Я выставил её за порог, как только она дотащила сюда парня.
– Не забывай, кто я, а кто ты, Лекарь.
Искаженное гневом лицо Стража было почти красного цвета, лицо девочки, сидящей в тайной комнате, было практически белым, ведь она ждала, что сейчас в него полетят удары. Зубы Стража сжимались, скулы выпирали всё сильнее. Высокие веки Лекаря выглядели оскорбительно для вожака. Ему казалось, что его глаза полузакрыты, как бы скучают. Вот-вот и он заснёт во время их разговора. Рука Стража сжалась в кулак, кожа заскрипела.
– Я могу предложить успокоительные травы.
– Ладно.
– Как нога, кстати? – невзначай спросил Лекарь.
– Как тебе повезло, что я человек слова.
Вожак бросил на него яростный взгляд и двинулся в сторону ширмы, висящей за пустыми койками. Девочка по звуку поняла, что Страж сорвал ткань. За ней оказалось несколько ровных рядов кроватей, на которых Лекарь размещал больных. Но тканью Страж не ограничился. Он толкнул ногой одну из пустующих коек, и та со скрипом сдвинулась с места. Затем вожак прошелся между всех пустых кроватей, сорвав с некоторых покрывала, а напоследок он перевернул тумбочку, стоящую у входа. Она упала со звуком бьющегося стекла и из-под неё начала просачиваться жидкость бурого цвета.
– Классно… ты его… – прохрипел пациент со своей кушетки.
– Ты спас мне жизнь… Мою благодарность не выразить словами... Спасибо тебе…
– Блюм! – девочка выглянула из-за ширмы и неуклюже начала выбираться из дыры в стене. – Блюм, прости меня! Мне очень жаль! Я знаю, что слов тут не хватит, но мне, правда…
А Лекарь тем временем взял половую тряпку и пошел ликвидировать последствия гнева Стража, но как только он доковылял до тумбочки и стал неуклюже наклоняться, чтобы поднять её, тут же подбежала девочка и поставила её на место.
– Ладно, – сказал Лекарь, протягивая тряпку. – Вот держи.
– Как самочувствие?
– Это скоро.
– Перестань. Я занимаюсь этим не для того, чтобы мне платили.
Вдруг он услышал шелестящий звук, – Блюм достал из кармана джинсов конфетку в красной обёртке и протянул её Лекарю.
Лекарь осторожно взял конфету из рук Блюма.
– Наверно, старая привычка… – улыбнулся Фантаст.
– Где-то я это уже слышал…
– Очень приятно, Ал.
Блюм лежал на кровати с полуприкрытыми глазами и почему-то улыбался. Лекарь осторожно посмотрел в глаза Фантасту – такой цвет он видел впервые. Среди жителей мегаполиса немало отклонений от нормы, такое уж время, но цвет этих глаз был, что ни есть фантастическим. Цвет золотых, сияющих в ночи звёзд, цвет предзакатного солнца – магический и завораживающий. Лекарь не мог отвести свой взгляд от них. Ему казалось, что он вот-вот что-то поймёт, что-то очень важное…
– Прости, – пришел в себя Лекарь. – Очень необычный цвет. Это линзы?
– И какая она, моя душа?
– Прекраснее души я в этом мире не встречал.
– Спасибо, Блюм, но от прекрасной души мало толку. Люди судят за другое...
Она стояла в углу комнаты с пылающими щеками, растрёпанными волосами и с мокрой половой тряпкой в руках. Эти слова буквально вырвались у неё. Конечно, она не видела его душу, но она видела, какой прекрасный человек перед ней. Столкнувшись с ним лично, она поняла, что все рассказы о его нелюдимости и мрачности – чушь. Это самый добрый и самый светлый человек из всех, кого она только встречала.
Альфред опустил голову и поковылял вглубь комнаты, поправлять покрывала на кроватях, которые сорвал Страж. Там в тени помещения, он хотел скрыть странное, не известное ему чувство теплоты, которое окутало его.
Альфред, которому с трудом удалось усмирить бурю эмоций внутри, закончил поправлять покрывала и снова вышел на свет.
Девочка тоже удивилась его словам. Неужели он до сих пор хочет ей помочь? Даже после того, как ему досталось из-за неё.
– О чём ты, Блюм? Эй…
– Он всегда такой странный, Тряпи? – спросил Альфред.