Страница 43 из 46
Как только они вышли из пирамиды, яркое солнце заволокло невесть откуда взявшимся серым туманом. Все вокруг приобрело цвет сырой промокашки, очертания предметов расплывались на расстоянии двадцати футов.
- Вот оно, безвластье. Законы природы перестали действовать и все то ли живет, то ли уже умерло, - тоскливо объяснил Гомон.
- Меня это не волнует. Я беспокоюсь только о том, чтобы ты не заблудился в тумане, - одернул его Хобарт.
Они быстро добрались до краев чаши и начали подниматься по изогнутой стене. Сначала путь был легким, а потом склон стал слишком крутым для размеренной беседы. Ботинки Хобарта соскальзывали с "обсидиана", тогда как босоногий Гомон спокойно двигался наверх. Затем добавилось еще кое-что: под ногами Хобарта скалы начали крошиться и сминаться. После нескольких обвалов поверхность скал стала неровной и вполне пригодной для подъема.
- Видишь, о Роллин. Началось, - стонал Гомон.
- Разрушение?
Аскет всхлипнул, кивнул и подал Хобарту руку, помогая преодолеть последние несколько футов. На краю чаши стояли два навьюченных животных лошадь и ослик. Хобарту, разумеется, предназначалась лошадь.
- Более подходит моему смиренному положению, - пояснил аскет, садясь на осла.
К седлу Хобарта были приторочены два мушкета.
- Поехали, - двинул пятками Гомон в бок своего скакуна. Ослик послушно рванулся вперед, похоже, Гомон умел находить взаимопонимание с меньшими братьями. Они двигались по краешкам чаш, абсолютно идентичных той, в которой стояла пирамида. По мере продвижения блестящая черная поверхность скал покрывалась все большими трещинами и ямами. Когда здесь говорят о крушении мира, то именно физическое крушение и имеют в виду! Всадники выбрались на равнину и пришпорили скакунов, в дороге Гомон, видимо, руководствовался инстинктом. Они проехали груду мусора, еле различимую в тумане, которая недавно еще была хижиной крестьянина. Хозяин вместе с семьей стояли перед руинами дома и сыпали проклятьями.
- А дома в больших городах не разрушатся? - поинтересовался Хобарт.
- Айе, - резко ответил Гомон. - Что, по-твоему, я делал, пока ты сидел рядом с троном? Я послал весточки всем городам, чтобы люди попытались выжить на случай, если каким-то чудесным образом отыщется новый Разум! Расслабься, мы уже в Конических Горах.
- Так быстро?
- Они были недалеко.
Хобарт видел, что некогда острые однообразные конусы начали обваливаться и оплывать, что придало им сходство с настоящими горами. Когда они въехали в проход, копыта животных погрузились в мягкий сыпучий грунт.
- Быстрее! Туннель может исчезнуть! - крикнул Гомон. Мучительное путешествие все продолжалось и продолжалось,
Хобарт до крови закусил губы и молился Разуму, чтобы Гомон не сбился с пути.
- Стоп! - взревел аскет, мгновенно претворив слово в дело. - Заряди мушкеты, если они не заржавели.
Хобарт вытащил оружие, оно все было покрыто красноватым налетом, но выглядело еще вполне прилично.
- А зачем оно нам? - крикнул инженер вслед Гомону, взбирающемуся по камням, закрывающим вход в туннель.
- Пещерники, - обернулся аскет. - Обвалы могут довести их до такого состояния, что они нападут даже на меня, хотя я столько лет прожил с ними! И самое ужасное, что мне придется защищаться, применять силу по отношению к живым существам!
Хобарт штурмовал холм до тех пор, пока сердце не начало стучать, как пулемет, а каждый вздох - приводить к режущей боли в груди. Он буквально дополз до входа в пещеру, и чувствовал, что вот-вот ляжет и не сможет подняться, и пусть хоть весь мир обрушится сверху - он дальше не пойдет. Однако Гомон беспощадно сказал:
- Твое огнедышащее устройство, о Роллин! Быстрее!
Хобарт отдал ему зажигалку. Аскет зажег факел, заранее оставленный у входа в пещеру, и запалы мушкетов.
- Пошли! - рявкнул он. Хобарт потащился за ним, с трудом втягивая воздух открытым ртом. В темноте что-то тихонечко гудело; маленькие кусочки свода туннеля плавно падали сверху и застревали в волосах. Несмотря на свой рост, ему практически приходилось бежать, чтобы поспевать за гигантскими шагами аскета. Скрежет и гул за их спинами свидетельствовали о серьезных горных обвалах.
Гомон неожиданно остановился, факел отбрасывал на стены дрожащие тени. Он поднял палец в предупредительном жесте. Хобарт снова услышал тот жуткий нечеловеческий вой и понял, что каждый волосок на его теле встал дыбом. Звук приближался, и впереди в коридоре что-то задвигалось.
Оно было настолько хуже всех самых кошмарных ожиданий Хобарта, что тот был на грани потери сознания. Человекообразное существо, мертвенно-бледное, безглазое и все покрытое длинными редкими волосками, похожими на кошачьи усы. Обнажив зубы, с пронзительным воплем оно бежало к ним по коридору вытянув вперед длинные руки.
Хобарт пристроил один мушкет позади Гомона и отпустил запал. Ослепительная вспышка и грохот давно прошли, а дождь кусочков все сыпался и сыпался сверху. Когда дым рассеялся инженер с радостью обнаружил, что существо лежит на спине совершенно неподвижно.
Гомон перепрыгнул тело пещерника одним огромным скачком. За ним с трудом перелез Хобарт. Им пришлось немедленно остановиться, поскольку белые образины заполнили собой весь туннель. Хобарт разрядил второй мушкет, без слов отдал его Гомону и с обнаженным мечом бросился вперед.
Он уничтожил одного, другого, затем его окружили, и чьи-то зубы впились ему в ногу... Он бешено рубил и толкал, и колол, и слышал позади себя тяжелое дыхание Гомона и бамп! бамп! ударов приклада по черепам. Гомон простер вперед замечательную удлиняющуюся руку и раскидал несколько пещерников перед инженером, в то время как в голове последнего родился маленький бредовый силлогизм: "Все обитатели пещер - улитки, саламандры etc - белые и слепые. Пещерники живут в пещерах. Поэтому они белые и слепые".
Что-то пролетело рядом с головой Хобарта с громким свистом: тело пещерника врезалось в толпу его сородичей, отбросив их назад, как пушечное ядро. Гомон пробежал мимо, размахивая мушкетом и с горящим факелом в руке, затем он замер и сделал шаг назад, практически наступив на Хобарта. Он успел крикнуть через плечо: "Назад! Туннель руш..." Конец слова потонул в глухом нарастающем реве: в неясном свете факела Хобарт увидел, как впереди по ходу туннеля огромные камни вываливаются из стен и катятся по коридору, а за ними вырывается плотное облако пыли. Пол под ногами качнулся, и два человека пустились наутек.