Страница 47 из 154
Глава 24
Примечание к части
Отбетил.DarkRocos
Воскрешение прошло…да никак, в общем-то. Меня просто с непреодолимой силой потянуло куда-то, а уже спустя мгновение я открыл глаза.
— Как вы себя чувствуете, господин? — Участливо спросил Анек.
— Как только что воскресший, — Сказал я и поднялся с неудобной каменной поверхности. Пьедестал из белого мрамора был одновременно точкой переноса и концентратором действия целительских артефактов.
Одежда была испорчена — при переносе её сохранность стоит далеко не на первом месте. Местной одежды у меня не осталось. Я, конечно, заранее купил несколько комплектов, но они непозволительно быстро кончились.
В своем гардеробе выбрал белую с зелёными травяными узорами тогу. Привычно полоской черной кожи прикрыл левый глаз.
Шаг - и я уже во дворце. Здесь как раз идёт какое-то совещание. Удачно.
— Мэтр Икар, как я рад видеть вас снова живым, — Сазар Грессер - по его пропитанной светом ауре видно - действительно рад. И даже не в том смысле, что без меня их, скорее всего, сожрут, порубят на куски или сделают что-то более «приятное».
Я только кивнул.
Несмотря на то, что были мы в тронном зале, Актавий сидел вместе со всеми за длинным столом и при моём появлении встал, подошёл ко мне, пожал руку и обнял, поблагодарив за спасение их всех.
Вежливый мальчик. Ну, или просто умный и понимает всю глубину их ситуации. Да, мы победили, фактически, уничтожили армию этого «Короля», но сильно сомневаюсь, что он сдох, и что у Владыки не найдется ответа. Тут не было его самого и второго Вестника. Их было всего шесть, из которых реальных противников всего два, ну и Некромант.
Свободного кресла не было, но я создал себе твердую иллюзию.
Совещание продолжилось, а я сидел и слушал:
— В этой битве триста два сына империи навсегда отправились в последний поход, — Докладывал Маршал.
— Прибыл гонец от южных легионов. Они уже на полпути к столице и корят себя в том, что не подоспели раньше. Один из восточных легионов остался охранять порты, а два других идут по рекам к нам, — Это был Люций. Крепкий воин лет сорока с бритой головой, орлиным профилем и шрамированным лицом.
— На сколько легионов у нас хватит оружия и снаряжения? — Спросил у казначея Император.
Худой плешивый старик на удивление могучим басом ответил:
— Ваше Императорское Величество, часть складов столицы уничтожены, как и ещё несколько складов на юге. В общем, не больше двух легионов при большой удаче.
Император заскрипел зубами.
Я молча простер ладонь над столом и материализовал меч, за ним второй и третий. Материализация — то искусство, с которым я знаком практически с ученичества и, смею надеяться, в ней я поднаторел.
Сидящий рядом Люций извлек клинки из ножен и принялся их рассматривать, восхищённо цыкая. Три абсолютно одинаковых клинка осталось только посеребрить против нежити.
Император на это задумчиво посмотрел и спросил:
— Сколько снаряжения вы сможете сделать, мэтр?
— Сколько понадобится...
**************
Сколько может быть ветеранов в вечно воюющей Империи, в которой действует система всеобщей службы в легионах или специальных пунктах в течение трёх лет? Нет, большая часть легионеров — профессионалы, служащие не в первом поколении, но и среди них пятая часть — это призванные на службу. Крестьянин или ремесленник — каждый должен был отдать родине три года.
И сколько же из них готовы взять в руки оружие и ответить на уничтожение трёх городов, разорение земель, поднятие военных и не только кладбищ, фактическое уничтожение столицы. Каждый житель севера и так не расстается с длинным ножом или боевым топориком, а уж если сам Император взывает к ним…
Работать мне пришлось много. Несмотря на опыт и силу, снаряжения надо было море.
Помимо собранных двадцати четырех легионов, в строй вступили сорок пять легионов. Рвалось даже больше, но кого попало не брали. Всего триста сорок пять тысяч воинов. В империи проживает около двадцати миллионов человек, так что это были далеко не все.
Чуть больше месяца продлился сбор войск.
Жака и других я эвакуировал в крепость к Бретонам. По данным, что шли оттуда, армия двух королевств проиграла, и теперь там идёт полномасштабный террор.
Территория Пранела уже захвачена, как и половина Шогена. Тут Бретонам повезло: их крепость была на самой северной границе, и добраться до нее ещё не успели.
Значимого сопротивления захватчики не встречают, но у них хватает созданий, которых нужно кормить, поэтому идут они небыстро.
Почему Рекаен встал на сторону Владыки? Они всегда были на ней, ведь королевская семья оказалась его потомками. В Рекаене скрытно процветало поклонение и принесение жертв Вестникам. Как я думаю, именно они поспособствовали их освобождению.
Баронства, видя надвигающуюся угрозу, потребовали от двух империй защиты. Впрочем, после того, как им не ответили, они предпочли попросить.
Армия Империи Пяти Башен насчитывала около трехсот тысяч воинов. Итого почти шестьсот пятьдесят тысяч воинов, не считая обозных.
Встали мы вблизи города Ингунор в баронстве Рокен.
В самом городе жителей было меньше, чем воинов, пришедших к нему. Поэтому впустили нас без вопросов.
Вестники вместе с Немертвым Королём сейчас пируют в столице Шогена, которую они взяли пару дней назад.
Арвастру залили кровью: полмиллиона населения пустили на убой и воскрешение в виде нежити...тех, конечно, кто не успел сбежать. С юга шли целые колонны беженцев и разобщённых дезертиров. Те иногда присоединялись к нам, а иногда начинали грабить других беженцев и местных. Таких развешивали вдоль главного тракта.
Было и несколько полноценных отрядов, например, отряд того же Жака. Каждому из его воинов я выдал по одноразовому амулету. Мелочь, конечно, но вдруг выживут.
Прибыл и Нордберг Сизый во главе всех монахов Железного бога, каких смог собрать. Лишь та десятка, что служила у Бретона, выглядела сколь-нибудь представительно. Остальные почти три тысячи были одеты в какие-то обноски и вооружены соответственно.
Впрочем, разбрасываться отличными воинами глупо, а потому пришлось их снарядить. Три тысячи последователей Каммадауга — бога Металла и Войны — это сила. Чем их больше, тем сильнее они становятся, чем больше на них железа и чем крепче их вера, тем крепче броня и острее клинки.
Со мной даже пообщался Магаазаз — отшельник и последователь Каммадауга. Он не носил доспехов, был стар и говорил с богом нечасто, но у него случались озарения, и сейчас он прибыл с предложением помочь его богу. Заявил, что Три Пресветлых бога далеко не так хороши, как может показаться, и деяния их не так светлы. И даже сказал, чтобы я дал ответ после того, как узнаю истину. Тоже мне, ясновидящий нашелся.
Мне и так было известно и от юного императора, и от других то, что церковники облагают данью всех, до кого смогут дотянуться, а тех, кто сопротивляется, подчиняют силой. В их орденах далеко не всегда царит дисциплина и следование кодексу, намного чаще они делают то, чего желают сами.
Закономерный итог: их боги последний раз являли свою волю полтысячи лет назад, и уж трепета перед ними жрецы точно не испытывают.
Впрочем, на Северную Империю Три понтифика не зарились. Один из пращуров Актавия показательно повесил всех церковников в стране. А когда те пришли с огнем и мечом, он их разбил и пришел к ним в святые земли. Те предпочли все обиды забыть и к северянам с налогами не лезть.