Страница 39 из 154
Глава 20
Юный император вместе со своими приближенными строил весьма простые планы на это сражение: запереться в столице и отбиваться до прихода подкреплений.
К сожалению, мне пришлось его разочаровать. Сам Немёртвый Король — сильный некромант, и, даже если у него вообще больше нет магов — он сам сможет сровнять столицу с землёй, или продолжит увеличивать свою армию…
Выходить в чистое поле на «честный» бой тоже нет никакой возможности. Наши семьдесят тысяч вряд ли справятся даже с Немёртвой элитой, которой ещё и больше чем нас. А ведь помимо элиты есть ещё и обычные трупы. По примерным оценкам, их будет от полумиллиона до миллиона.
Как уже можно понять, ситуация далека от состояния минимально приемлемой.
— Что конкретно вы предлагаете, мэтр Икар? — Все же решил узнать моё мнение император.
— Я предлагаю задействовать Длань Инанны сейчас и дополнительно окружить столицу защитным полем. Затем уничтожать мертвецов по мере их попыток штурма, совершая контрудары, — Высказался я.
— Мэтр Икар, мертвецы будут здесь уже завтра вечером… — Это сказал маршал.
— Я постараюсь успеть…
*********
Взгляд со стороны
Взошедший на стену облаченный в странный доспех человек не привлек никакого внимания. У солдат и офицеров хватало дел, а Император с придворными предпочел наблюдать из окна.
Крохотный предмет почти затерялся в широких ладонях мага. Сложенные лодочкой ладони маг вытянул перед собой и начал говорить. Голос его, казалось бы, негромкий, но был слышен каждому в столице.
— Прекраснейшая хозяйка богов, Инанна, нареченная Иштар!
Великая из Великих, да будешь ты славна вовек!
Куда ты ни бросишь свой взгляд — всюду царство!
О Инанна, изобилие твое безгранично!
Дай же мне часть, о Инанна, дай мне часть твоей благодати!
Дай мне на реке потоп из карпов!
Дай мне на полях ячмень пестрый!
Дай мне на болотах сухур и куда!
Дай мне в тростниковых зарослях тростник старый и свежий!
Дай мне в лесах антилоп и диких баранов!
Дай мне в горах машгурум-древо!
Дай мне в садах вина и меда!
Дай мне во дворце долгой жизни!
Моя царица!
Пусть престол твой стоит вовек!
Пусть священный престол твой дарует благо всем людям!
Чем больше маг говорил, тем больше рос предмет в его руках. Он становился все больше, пока не достиг максимума.
Вдруг, казалось, уже договоривший, маг прокричал что-то неразборчивое, подобное лучшей в мире музыке.
«Душа Света» в руках мага взорвалась. Вспышка яркого, но не слепящего света затопила мироздание. Частично сияние ударило в хмурые небеса, частично унеслось белоснежной волной в стороны от мага.
Несколько стоящих невдалеке воинов издали звук, похожий на вздох облегчения — их застарелые травмы, что мучали, не давая отдыха, вдруг перестали болеть.
Чистый воздух стал, казалось, «скрипеть» от чистоты. Раненые ещё во время осады исцелились так же, как и любые другие больные в стране…
В тот момент, когда волна света достигла немертвого воинства и прошла через гнилые ряды, мертвецы захрипели, а призраки похватались за голову. Исполинские Таканы как-то жутко заскрипели, издавая звук, похожий на прикосновение пенопласта к стеклу. В момент светопреставления корона на черепе Немертвого Короля вспыхнула, и он не почувствовал таких последствий, чего не скажешь о вышагивающих позади личах.
Идущий рядом с королем Етто застонал от боли, как и его товарищи, присланные на помощь мертвым.
— Заткнитесь, черви, не позорьте Владыку! — Это выкрикнула Анабель Баристер, носящая звание Третьего Вестника и прозвище «Садистка».
— Да, госпожа, — Хором сказали Етто «Отвратительный» — двенадцатый Вестник, Гелд Рокос «Шут» — одиннадцатый, и Триндра Амаст «Тварь» — десятая.
— Злобствуешь, Анабель? — поинтересовался сгустившийся прямо из воздуха Малмагор Дерун, носящий прозвище «Истина» и звание Четвертого Вестника.
— Заткнись, Малмагор. Лучше скажи мне, что это было? — Поинтересовалась Анабель.
— Наш друг, лишивший меня собеседника в лице старика Брета, решил задействовать что-то серьезное… Погляди, как нежить мучается, — Дерун указал на бьющего себя по голове тупого зомби, подвывающего от боли.
— А ты, новенький, что скажешь? — Спросила «Садистка» у невзрачно выглядящего мальчишки лет четырнадцати.
Шел он в отдалении и везде, где он проходил, земля была «выжжена», трава превращена в перегной и даже камни чуть оплавлены. Новый Пятый вестник только пожал плечами, не произнеся ни слова.
До столицы им осталось не так далеко…
***********
В Императорской сокровищнице нашлись драгоценные камни подходящего веса для того, чтобы обратить их в накопители.
Я шел вдоль стены и телекинезом создавал выемки нужной формы, вычерчивал руны и пентаграммы, проводил соединительные линии, затем телекинезом же расплавлял золото в смеси с серебром и заполнял им сложный рунический узор, разработанный мной лет десять назад. Внешняя стена, которую местами мне пришлось ещё и экстренно латать, представляла из себя шестнадцатигранник. На каждой из этих граней был основной управляющий рисунок, соединенный с шестью малыми схемами. Каждая из граней имела собственный накопитель, как и каждый из шести рисунков, но все они были завязаны на один самый крупный кристалл.
Перед главными городскими воротами я, с разрешения Императора, развернул свой дворец, вернув его из сложенного состояния. Если внешняя стена падёт, не взяв дворец, дальше им не двинуться, а там уж пускай попробуют.
Внутреннюю стену я так же укрепил и нанес руны, пускай и по остаточному принципу, а на Императорский дворец камней в столице уже не хватило, но его я тоже защитил уже готовыми артефактами, которыми я торговал в Шумере…а что? Весьма прибыльный бизнес.
За моими приготовлениями Маларак и Илаида смотрели с широко открытыми глазами, впрочем, местные магики тоже не сидели без дела. Они готовили великий ритуал воздуха, ту самую атаку, что мощнее Длани Шамаша. Телепортированный мной сюда Сазар и ещё три десятка магиков пожиже принялись чертить монструозную фигуру. Сотни разнообразных ингредиентов и тридцать три нужных в ритуале магика делали его абсолютно немобильным.
Ночь уже была в самом разгаре, когда последняя руна была нанесена, и я отправился в свой дворец.
При моём появлении высокие резные ставни распахнулись, и я вошёл вовнутрь.
— Приветствую вас, господин, — Склонился в поклоне слуга лет тридцати в дорогой сутане и волосами белыми, как снег.
— Здравствуй, Анек, — Тот самый недоархидемон теперь стал духом моего дворца. После тех клятв, что он принес, и учитывая, что я знаю его истинное имя, вернее слуги не найти, да и на архидемона он не тянет уже полмиллиона лет. Если бы его не заперли в том мертвом мире, он бы погиб так же, как и другие обитатели его родного темного аркала, но он был заточен и забыт в веках.
— Позволь служить, господин, — Ещё ниже склонился он.
Стоит заметить, что и от его бывшей личности мало осталось. Я взял матрицу с какого-то старого раба, убрав лишь личностный окрас.
— Еды, вина, горячую ванну, — Отдал приказания я и Анек исчез. В дворце он был практически богом, после меня, конечно.
После сытного ужина и горячей ванны я лег спать. Завтра будет долгий день, и не факт, что все его переживут…
********
К сидящему в кресле мужчине склонилось существо, отдаленно похожее на человека: пепельно-серая кожа и черные провалы вместо глаз с пылающими в них кроваво-красными точками. Щеки как таковые отсутствовали, и создание всегда скалилось белоснежными, как его всклокоченная борода, зубами. На голове вместо волос десяток рогов, сплетённых в причудливую фигуру.