Страница 63 из 115
Она отдавала себе отчёт, что сейчас время работало против них. Нужно было срочно что-то предпринимать. В любую минуту из леса могли вернуться их преследователи. Или, ещё и того хуже – другие преследователи могли выйти из портала и застать их врасплох с этим старым пнём.
- К сожалению, кроме перстня, у нас больше нет ничего ценного, - заявила она и передвинула сумку за спину. – Да, и с ним, если честно, расставаться мне не охота. Предположим, что я скажу, что нам не подходят твои условия... Что, тогда?..
- Тогда… - кочка покачала тем, что можно было назвать её головой. – Тогда… Тогда, собственно – ничего. Можете идти своей дорогой, на все четыре стороны. Я вам в этом мешать не буду. Только вот, насколько вы далеко уйдёте? И, какие опасности будут поджидать вас на вашем пути? С этим разбираться, придётся уже вам самим. Ну, а про проход в другой Мир, не стоит упоминать и подавно.
- Чёрт. Вот, гад… Режет нас без ножа, - едва слышно сказала она Флайме. – Если отдать ему кольцо, где гарантия, что он не обманет? А так, остаётся хоть какая-то надежда. Как считаешь, можно ему довериться?
- В Долине Призраков, доверять никому нельзя, - прошипела ей в ответ саламандра. – Мне кажется, он намеренно нас сбивает с толку. Если поверишь ему на слово, окажешься в западне. Не поверишь – тоже есть риск. Но, по крайней мере, это будет наш выбор. А, не его. Не отдавай ему перстень. И будет лучше, если мы поскорее уйдем отсюда. Чует моя шкурка, что плешивый пень затевает против нас что-то неладное.
- Хорошо, многоуважаемый, Морпчиха, - обратилась Гертруда к кочке.
- Я Моршига, - поправил её лесной дух с достоинством.
- А, ну да… Красивое имя, - продолжила она, как ни в чём ни бывало. – Как вернусь домой, куплю собаку и так же назову…. Ну так, вот… многоуважаемый, Моршига. Всё дело в том, что этот перстень, мне дорог, как память о моём Мире. И я не готова с ним расстаться. Так, что не обессудь. Приятно было поболтать… И, до свидания…
- Да будет, так, - согласилась с ней кочка, всем своим видом выражая расстройство и сожаление. – Призываю в свидетели эти скалы, что я искренне желал вам благополучия и добра. Теперь вы вправе идти, куда захотите. Не смею вас задерживать. Кстати, не желаете ли отведать свежих мухоморчиков на дорожку. Рекомендую… Очень бодрят и прибавляют сил.
- Нет. Спасибо, - Гертруда сморщила нос при виде мухоморов, здесь в округе они росли в изобилии. – Обойдемся как-нибудь без них. Мы с моей подругой не употребляем допинги. Предпочитаем здоровый образ жизни. Чего и вам желаем.
- Вы меня не поняли, - елейный голос Моршиги перешел на угрожающий и властный тон. – Это была не просьба. Я настаиваю. Ешьте мухоморы немедленно. А иначе и шагу не сделаете с этого места…
Гертруда вспыхнула от такой неслыханной наглости. Да, кем он себя возомнил, чтобы ей указывать? Её переполнило желание, подойти и пнуть эту гадину как следует. Распалённая гневными чувствами, она ринулась вперёд. Но тут обнаружила, что и вправду не может пошевелиться…
Так вот оно, в чём дело. Вот, в чём подвох. Пока они стояли и беседовали с этим чучелом, оно проделало с Гертрудой какой-то ловкий фокус, и теперь её лодыжки и ступни оплела паутина корней и стебли вьющихся растений. И чем сильнее она пыталась вырваться, тем прочнее и крепче, они стягивали свои путы.
- Ничего, милые барышни. Это с вами уже случилось. Не стоит так расстраиваться, - зрачки Моршиги расширились от возбуждения, он был доволен тем, как всё ловко провернул и ликовал от удовольствия. – Поверьте, здесь со мной, вам будет намного лучше. Сейчас поедите грибочков, успокоитесь и уснёте беспробудным сном. А старый дедушка Моршига о вас дальше позаботится. Посмотрите вокруг. Видите все эти холмики и кочки. Это все мои верноподданные. А теперь и вам, пора присоединится к ним…
- Отпусти нас, - прорычала Гертруда, как разъяренная львица. – Прошу тебя по-хорошему. Не то…
- Не то, что? – усмехнулся Моршига. – Будет по-плохому?..
- Да, - лицо Гертруды налилось кровью, она силилась вырваться, но ничего не получалось. – Ты даже представить себе не можешь, на что я способна, когда я в гневе…
- Ха-ха-ха… - обнажил он гнилые зубы и слюнявый язык в трупных синих пятнах. – Так покажи мне тогда, на что ты способна, если так бахвалишься. Повесели старого дедушку, напоследок.
- Ну, хорошо. Заметь, ты сам это предложил. Хочешь повеселиться? Будет тебе, веселье, - она спустила на землю саламандру и звонко хлопнула в ладони. – Представление начинается! Поспешите увидеть смертельный номер… Для вас сегодня, по счастливому случаю, проездом, в ваших краях… восхитительная, мадмуазель Флайма! Прошу, любить и жаловать…
Не успела она закончить, как саламандра выпустила в Моршигу струю ослепительного пламени. Сухая трава его реденькой бороды моментально вспыхнула… а мясистый, похожий на сливу нос, тут же, почернел, и покрылся растрескавшейся коростой. Влажный мох на плешивой голове задымился и скукожился. Глаза заслезились от невыносимой рези и в воздухе запахло горелой гнилью. Пожухлые листья на ветвистых рогах Моршиги в миг обгорели, и осыплись кусочками тлеющего пепла. А те ягоды, что ещё не опали, надулись, закипели внутри… и полопались…
- А-а-а! Негодницы. Вы меня ослепили. Обманули, поганки, вы эдакие. Спалили заживо...
Пока он верещал и надрывно кашлял, давясь едким дымом, и отплёвываясь кусками пепла, Флайма принялась поливать огненными струями путы, сковавшие Гертруду. Выжигая их до тех пор, пока та не осводилась.
- Рано радуетесь, мерзавки. Я этого вам так не оставлю. – ревел Моршига на всю округу раненым медведем. – Знайте, посудницы, куда бы вы ни пошли, где бы вы ни спрятались – всюду… всюду, будут следить за вами глаза и уши моих верноподданных. И обо всём будут мне докладывать. О всех ваших перемещениях и остановках. Так что, можете бежать… Но далеко ли вы убежите? Помните, в Долине Призраков никуда вам от меня не деться. А когда, мы встретимся снова, я заберу ваши глаза, и вставлю их себе.