Страница 73 из 95
Я сидел дома до тех пор, пока Геннадий не отзвонился и не сообщил, что Лиза на месте. Отец набирал меня несколько раз, настаивал на встрече, но я не покинул квартиру до тех пор, пока не убедился, что Ваня и Лиза в безопасности. Встречу отец назначил у себя дома. Подъехав к огромному особняку с красной крышей, я минут десять сидел в машине. Знаю, зачем отец позвал. Даже примерно представляю сценарий нашей беседы, но от осознания этого становится противно. Человек, который носил меня на руках, учил кататься на велосипеде, а потом и на машине, сейчас для меня становится очень далеким и чужим. Как и этот дом, я словно не жил в нём, хотя всё мое детство прошло именно здесь. Выхожу из машины, открываю массивные кованые ворота и иду к дому мимо гортензий, которые когда–то посадила моя мама.
Отец меня встречает в приподнятом настроении, попивая мелкими глотками коньяк.
Празднуешь? Не рановато ли?
– Сын, я нашел этого гада – Семёна, – сразу у порога с гордостью в голосе сообщает мне отец.
Вероятно, я должен обрадоваться, только не могу изобразить ни одну нужную для отца эмоцию.
– Где он был? – сухо спрашиваю я, бросая ключи от этого дома на тумбочку. Уходя, я их оставлю, больше я сюда не вернусь.
– Затаился на квартире съемной, но мои люди нашли его, – вещает мне родитель. – Вот, смотри, все деньги при нем были, – усмехаюсь, смотря, как отец открывает передо мной дорожную сумку полную моих денег.
Лиза была права, отец машет передо мной наликом, чтобы дезориентировать меня. Умная все–таки у меня женщина.
– Я хочу его видеть, – присаживаюсь на диван, к деньгам даже не подхожу.
Не такой реакции ты от меня ждал, папа? Надеялся, что перед бабками танцевать начну.
– Не нужно тебе этого, – залпом допивает свой бокал коньяка и отставляет в сторону. – Он очень сильно пожалел о своем поступке. Поверь мне, ему очень плохо.
– Ты позвал меня, чтобы вернуть мне деньги?
– Почти. У меня к тебе дело.
– Какое?
– Пройдем в кабинет, – не дожидаясь моего ответа, отец идет в кабинет, и мне приходится проследовать за ним – Ты же точно решил завязать с клубом? – спрашивает отец, присаживаясь за стол, и надевает бутафорские очки. Я–то знаю, что зрение у него сто процентное, но ведь в очках солиднее!!!
– Точно, – коротко отвечаю я.
– Мне поступило выгодное предложение на продажу клуба.
– Продавай. Ты же владелец.
– Не совсем так. Клуб принадлежит тебе.
– Это как? И почему такая прекрасная новость прошла мимо меня?
– Не кипятись, сын, я оформил дарственную на твое имя, хотел подарить на день рождения. Но раз вышла такая ситуация, и ты не хочешь больше заниматься клубом, то ты имеешь полное право продать его, – я смотрю на оформленную дарственную, действительно, здание клуба отец мне подарил.
– Кто хочет купить клуб?
– Разве это имеет значение? Они не местные. Цену предложили выше рыночной. Соглашайся, – подает мне подготовленные документы на продажу.
И в этом моменте я начинаю истерически хохотать. Вот мудак. Как всё обставил. Значит, подарил мне здание, а продать я должен это же здание, но в придачу вместе с землей, о которойя, якобы, даже не знаю. Гений, мать его. Недаром депутатом столько лет отсиживается в кожаном кресле.
– Пап, ты считаешь, что я совсем идиот?
– Не понимаю твоего вопроса, сынок?
О как? Сынок. Давно ты так меня не называл, точнее – никогда.
– Землю я не продам. И клуб тоже. Спасибо за подарок, – разрываю договор на две половинки и бросаю перед отцом на стол.
Отец багровеет мгновенно, показательно ослабевает галстук, глаза ожесточаются. Сбрасывает в сторону очки с простыми стёклами.
– Ты, сосунок, понял, что сделал? – прохрипел Дамир ВагитовичКамаев. С этого момента только так я буду его называть.
– Вполне, – отвечаю я, не отводя в сторону жёсткого взгляда.
– Да я тебя уничтожу, не посмотрю, что сын родной. Заживо закопаю.
– Попробуй.
– Ты реально не понимаешь, кому дорогу переходишь? Эти люди разговаривать с тобой, как я сейчас, не будут, прихлопнут, как надоедливою муху в миг. Земля эта по-любому их будет. Даю тебе три дня на обдумывание, по истечению этого срока советую привезти мне подписанный договор, – бросает передо мной еще один экземпляр. – А иначе я умываю руки. И забываю о том, что у меня есть сын.
– Я думаю, что ты об это забыл давным–давно.
Я выхожу из кабинета, а хозяин этого дома кричит мне в спину:
– Я пришлю тебе договор на электронную почту.
Отец был так расстроен тем, что я не подписал его договор, что не заметил, как я забрал с собой дарственную на своё имя. Теперь я полноправный хозяин земли и всего того, что на ней находится. А ещё я забрал с собой сумку с деньгами. Потому что они мои, я их заработал.