За мечтой по встречке

– Обещаю, Геннадий, – беру помаду и кладу в карман своей олимпийки, не забывая обнять широкоплечего мужчину, ставшего мне близким человеком.

– Ну, мне пора, – отстраняется от меня. – Уеду на вашей машине, если спросят соседи, вы сюда приехали на такси, – целует меня в лоб. – Береги себя, красавица. Эх, и что мы с тобой не встретились раньше.

– Раньше?

– Ну, до Камаева. Я б тебя не упустил. А так, не имею привычки женщин отбивать.

– И я очень рада этому. Увидимся?

– Конечно. Обязательно. Герман, я ушел.

После того, как Гейнц уехал, я будто потеряла в себе уверенность. Видимо, он в меня вселял это чувство на ментальном уровне. Появилась нервозность и опасение.

– Лиза, баню затопить?

– Что? – отвлекаюсь от своих мрачных мыслей и фокусирую взгляд на парне в дверном проеме. – Да, пожалуй, надо натопить.

– Хорошо. А вы… точнее ты, разбери пакеты с продуктами.

– Сейчас.

Герман уходит, и я принимаюсь за работу. Продукты разложены, пакеты прибраны. А времени ещё вагон. Принимаюсь за влажную уборку, здесь давно никого не было, и «многовековой» слой пыли так и просит его убрать. Потом прилегла ненадолго, даю ноге отдохнуть, пусть не перелом, но все же трещина – это не синяк. Затем готовлю ужин, по–простому: жареная картошка с мясом и овощной салат со сметаной.

– Как вкусно пахнет!!! – восхищенно говорит Герман, моя руки в раковине.

– Проголодался? – спрашиваю я, накладывая картошку по тарелкам.

– Безумно. Дрова наколол, воды натаскал и баню истопил.

– Кушай.

– Спасибо.

После ужина Герман не позволил мне вымыть посуду, перемыл сам, в благодарность за вкусный ужин. Пока он был занят этим делом, я сходила в баню. Точнее, Герман меня проводил до неё, вручил мне фонарик, которым я должна ему маякнуть, когда закончу, чтобы он меня встретил. Выполнив все инструкции, после бани я поднялась на второй этаж. Прилегла на кровать, и на душе вдруг стало невыносимо тоскливо. Хоть плачь. Каждый шорох за окном вселял в меня ужас. Натянув одеяло себе на голову, я еще долго лежала в темноте, думая о Руслане и Ване. Завтра мне разрешено позвонить брату. И ради этого я должна пережить эту ночь.