Страница 8 из 44
Валерий Меладский, сам недавно прошедший через горнило судейства, от души сочувствовал Диминому положению, но уговаривал не бояться идти в суд.
Люська вспомнила, как потрясла ее история с мнимым избиением Меладским какой-то журналистки. Юрий Васильевич незадолго до смерти выложил ей всю подноготную этого насквозь сфабрикованного дела.
— Не было никакого избиения! — с досадой рассказывал он, потирая виски. — Это была чистейшей воды провокация, наглая и бесцеремонная…
— Но как же свидетели, видеосъемка? — осторожно поинтересовалась Люська.
— Они все из одной связки, — махнул рукой тот. — Все было разыграно как по нотам… Валера ужинал в ресторане со своей дамой. Он только недавно развелся с женой, и поэтому не особо хотел афишировать свои новые отношения. Так эта… — он замялся, подбирая нужное слово, — журналистка буквально лезла за их стол со своей камерой. Откровенно снимала, как и что они едят, их лица крупным планом… В общем, нарывалась и вообще — мешала им насладиться вечером. Валера вежливо попросил ее не делать этого. Она никак не отреагировала. Когда Валера поцеловал свою спутницу, журналистка тоже бесцеремонно это сфотографировала. Он не выдержал, встал из-за стола и подошел к той девице, чтобы попросить ее удалить последние снимки. Она принялась убегать от него. Валера разнервничался, побежал следом, хотел схватить ее за руку — так журналистка неожиданно упала на пол и стала голосить на весь ресторан. Он протянул руку, чтобы помочь ей подняться, а она начала визжать так, словно ее режут. Вообще всячески инсценировала, будто Валера на нее напал. Там и видео так хитро снято, что видно только его спину, наклоненную к лежащей на полу девице, и слышны ее душераздирающие вопли. В общем, даже идиоту ясно, что Валерку подставили! — заключил он сердито.
Люська сейчас мысленно воспроизвела в памяти этот разговор, как наяву. Да уж, Меладскому пришлось немало побегать по судам, чтобы доказать свою невиновность…
— Главное — это хороший адвокат, — заявил Валерий с видом опытного бойца. — Правда на твоей стороне, Димон.
— У меня даже нет знакомых юристов… — растерянно отозвался Дима.
— Зато у меня есть, — подмигнул Валерий. — Оставлю тебе телефон своего адвоката. Берет, правда, недешево, но зато и проигрышных дел у него практически не бывает.
— Ну ладно, на счету у меня еще остались какие-то средства, — тяжело вздохнул Дима. — Но если их не хватит, тогда что? Продавать квартиру? Машину?
— Квартиру даже не вздумай, — осадил его Меладский. — Не пори горячку. Ты что, не понимаешь, что им это будет только на руку? Тебя же выдворяют из Москвы, выживают, ты в это врубаешься?
— Я не знаю, что делать… — Дима обхватил голову руками. — Концертов у меня сейчас нет, новых песен тоже… Доходов, соответственно, никаких. Я безработный и без пяти минут нищий!
— Но не вечно же будут продолжаться эти гонения, — справедливо возразил Валерий. — Да, сейчас тебя буквально приперли к стене, но я уверен, что скоро ты снова встанешь на ноги.
— Мне бы твою уверенность, — вздохнул Дима. Однако Люська была вполне солидарна с Меладским.
— Дима, ты талантище. Тебя нельзя просто так утопить, как слепого котенка, только потому, что кое-кому не удалось поживиться за твой счет. Публика тебя обожает. Ты выкарабкаешься. У тебя много друзей, которые просто не позволят тебе пропасть…
Несмотря на поддержку близких, поводов для энтузиазма у Димы с каждым днем становилось все меньше и меньше.
В марте международная комиссия конкурса «Евросонг» вынесла решение о Диминой дисквалификации. Он был исключен из состава участников на основании того, что не предоставил к указанному сроку клип на ту песню, которую собирался исполнять. Дима, собственно, даже ни разу не видел смонтированный ролик целиком — да и была ли завершена эта работа?.. Ни один музыкальный канал не взялся бы его показывать. Скорее всего, Светлана и Игорь просто отправили отснятое видео на полку и забыли о нем. Дима жалел больше даже не о том, что не сможет выступить от России на престижном конкурсе, а о том, что красивейший романтичный клип, вдохновенно создававшийся в Венеции, так и не увидел свет. А ведь в том ролике засветился и сам Юрий Васильевич — в крошечной роли пассажира речного трамвайчика «вапоретто».
По правилам конкурса, представлять Россию отправился участник, занявший на национальном отборе второе место. Им оказался Кирилл Фикоров, «король российской эстрады», как он сам скромно себя величал. Его супруга, Анна Пугач, вот уже несколько десятков лет считалась певицей номер один в России. Все трепетали перед этой монаршей четой, в четыре руки удерживающей бразды правления российским шоу-бизнесом. Впасть в немилость у Анны или Кирилла считалось концом света, ибо грозило полным карьерным крахом. Король с королевой не прощали врагов, сурово их карая.
Люська на дух не выносила экстравагантного Кирилла. Его творчество не было ей близко, да и сама его личность казалась отталкивающей, несмотря на то, что Кирилл считался писаным красавцем. Высоченный смуглый брюнет со смоляными волосами и карими бархатными очами, всегда в яркой модной одежде от знаменитейших мировых кутюрье — этакий оживший греческий бог. Кстати, его предки по отцовской линии были как раз греками, отсюда экзотическая внешность и буйный темперамент. О темпераменте же Кирилла ходили байки одна страшнее другой — то он с кулаками набросился на интервьюирующую его журналистку, еле оттащили; то устроил скандал во время гастролей и сорвал концерт из-за того, что поклонники вручили ему букет цветов, с которого капала вода… Благодаря влиянию Анны Борисовны шумиху в СМИ всегда удавалось довольно быстро замять, и народ относился к «королевским» замашкам скорее снисходительно — мол, чем бы дитя ни тешилось… Он действительно вел себя временами как ребенок, этакий обаятельный enfant terrible, привыкший, что ему прощают все капризы и дерзкие выходки. Люська подозревала, что без поддержки Анны Пугач самозванный король мигом слетел бы со своего трона. И все-таки они были эффектной и загадочной парой. Что удерживало их друг возле друга? Красивая пиар-история о том, как юный Кирилл влюбился в знаменитую певицу и тоже подался на эстраду, чтобы приблизиться к Анне? Якобы в конце концов она одарила начинающего артиста своим благосклонным вниманием — мега-популярная, на много лет старше его, уже трижды разведенная до этого… Или это и в самом деле была настоящая любовь?
Люська вспомнила, что, когда Дима обошел Фикорова на национальном отборе, тот был страшно уязвлен. Какой удар по самолюбию! Он никак не ожидал, что зрители путем СМС-голосования выберут какого-то юнца, а не его, «короля российской эстрады». После Диминой дисквалификации Фикоров, надо полагать, был абсолютно счастлив…
У Кирилла, конечно же, давно был готов клип к песне — он вообще будто бы даже не удивился своему участию, а ждал его как нечто само собой разумеющееся.
В итоге, поехав на вожделенный «Евросонг», Фикоров опозорился там по полной программе, заняв семнадцатое место из двадцати возможных. На Европу не произвели впечатления ни его павлиньи перья, ни стразы, ни полуголый кордебалет. Абсолютное неумение петь вживую было очевидно. Европейские комментаторы в прямом эфире не могли сдержать здорового ржача, когда Кирилл вышел на сцену.
Впрочем, российские СМИ не сильно издевались над проигравшим. Новость о провале на «Евросонг» была быстро вытеснена с первых полос другой сенсацией — выяснилось, что Анна Пугач развелась с Фикоровым незадолго до конкурса! Из лузера Фикоров моментально перевоплотился в несчастного отвергнутого возлюбленного, был всячески обласкан прессой, и сердобольная российская публика стала с готовностью выражать ему свое сочувствие. Кирилл отлично играл страдальца на людях — смахивал влагу с томных очей и держал ручку на сердце. Черт его знает, может, и правда страдал — все же с Анной Пугач их связывало много лет счастливого супружества… Однако Люське он был так неприятен чисто по-человечески, что никакой жалости к нему она не испытывала.