Погоня за Судьбой

— Габриэла, успокойся, пожалуйста, — примирительно сказала Диана.

— Я не смогу успокоиться, пока она дышит со мной одним воздухом! — Доктор Кляйн сорвалась с места и стремительно покинула помещение.

Феликс Кардено, будто оправдываясь, виновато пожал плечами и молча вышел следом за ней. А я вдруг поймала себя на мысли о какой-то недосказанности. Робот-погрузчик… Да, она вытолкнула матку, но ведь грузовой отсек открыла я. Это был выбор. Не её выбор, а мой.

Я посмотрела на неё. Она стояла, вжав в голову в плечи, и даже не пыталась встретиться со мной взглядом.

— Софи, — тихо обратилась я к ней. — Ты всё рассказала им про матку?

Она вздрогнула, но не ответила.

— Она сказала, что выбросила её ради безопасности корабля, — ответила Диана за неё.

— Я не могла… — едва слышно прошептала Софи. — Твой выбор был правильным. Я не могла…

У меня перехватило горло. Она взяла на себя вину за техническую ошибку, которую можно было бы списать на случайность. Но промолчала о том, что было настоящим преступлением в глазах экипажа – тем, что по факту привело к срыву всей миссии под предлогом, который не выдерживал критики. Потому что это преступление совершила я. И она решила хранить его в тайне – ценой собственной репутации, собственного будущего на этом корабле.

— Да, та история с маткой мирметеры – это тоже моих рук дело, — сказала я, глядя прямо в глаза капитану Юмашевой. Голос мой звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. Теперь, когда я знала цену её молчанию, у меня не осталось выбора. Только правда – вся сразу. — Я подбила Софи, чтобы она вытолкнула контейнер наружу.

Диана задумчиво смотрела на дверь, закрывшуюся за Феликсом минуту назад.

— Софи, она говорит правду? Ты по её наущению сбросила контейнер с маткой?

Софи молча кивнула.

— Она молчала, потому что я приказала ей молчать, — заявила я, чтобы закрепить результат – терять мне было уже нечего. — Если вы ищете виновного – он перед вами. За всё.

Софи вдруг посмотрела на меня тёмным взглядом. Собралась было что-то сказать, но я зыркнула на неё исподлобья – мрачно, угрожающе, как только умела. «Так надо, Софи». Она промолчала и вновь опустила голову. Поняла.

Юмашева шумно вздохнула, встала с кресла и заложила руки за спину. Неторопливо, будто хищник вокруг замершей добычи, она обошла Софи и встала у окна. Произнесла вполоборота:

— Похоже, мой экипаж не настолько сплочён, как это было раньше. Я теряю контроль над ситуацией. И я должна признать, что ты, Лиза, являешься катализатором противоречий. Элементом хаоса…

— Я многим не нравлюсь, — пожала я плечами, — но уж какая есть.

— Дело не в том, нравишься ты кому или нет. Дело в том, что такими темпами нас всех скоро истребят без какой-либо пользы для дела. И даже если бы в последних событиях не было ни капли твоей вины, наш экипаж уже разобщён и расколот. К тому же… Я не хотела об этом говорить, но от меня не ускользнул тот факт, что ты пыталась разгерметизировать корабль по пути к Дактилю. Я не могу помешать тебе добровольно уйти из жизни, но я обязана оберегать экипаж. — Она устало приложила ладонь к глазам. — Вернее, то, что от него осталось. Поэтому нам придётся с тобой расстаться, Лиза.

— Раз это необходимо, — сказала я, стараясь держаться как можно более невозмутимо.

— В таком случае, ты свободна. Завтра днём мы будем на Земле, и с момента схода за борт ты будешь предоставлена сама себе. А теперь – вольно.

— Слушаюсь, капитан…

Развернувшись на каблуках, я вышла из помещения и направилась прямиком в каюту, в своё временное пристанище, которое вскоре должна буду покинуть. Возле самой двери меня настигли чьи-то быстрые шаги, и я обернулась. Передо мной стояла Софи, с покрасневшими от слёз глазами на осунувшемся лице – ей нелегко давалось всё происходящее.

— Неужели ты позволишь ей сделать это? — спросила она неожиданно ровным голосом.

— А какой у меня есть выбор? — ответила я вопросом на вопрос.

— Я не знаю. Может, мне попробовать убедить её изменить решение?

— Забудь, ты сама под ударом. К тому же, она права, я – элемент хаоса. Вас уже достаточно поубивали. — Я пожала плечами. — Хватит уже. За мной по пятам следуют смерть и разрушения, и я не в силах этому помешать.

— Все мы бежим от себя, — Софи нахмурилась. — Но ведь ты сама не веришь в средневековую чушь, которую несёшь…

— Я не знаю, во что мне верить. — Голос мой дрогнул, сердце заполняла тоска и предвкушение одиночества. — Самое лучшее, что я могу сделать – это исчезнуть. Забиться в какой-нибудь угол, чтобы никто больше не видел и не слышал…

— Я знаю, — тихо сказала она. — Ты не ищешь спасения, но ищешь тишину. Где не будет его лица, да?

Софи схватила меня за руку и мягко, но настойчиво потянула в сторону коридора. Я не сопротивлялась и последовала за ней. Несколько торопливых шагов – и мы оказались в её каюте, а дверь бесшумно затворилась за спиной. Я могла бы остановиться. Одно слово, один шаг назад к моей каюте – и этот безумный поток прекратит движение. Но я молчала. Мне нужно было, чтобы кто-то другой стал той силой, что сметёт мою волю. Чтобы решение было не за мной. Чтобы хоть в чём-то перестать быть виноватой…

Я впервые оказалась в каюте Софи. И в последний раз. Я это знала – и не хотела знать.

Играла негромкая музыка. Гермостворка обзорного окна, забранная в лёгкие занавески тёплых тонов, была поднята – сквозь ферропластик в крошечное помещение проникали и струились по стенам серебристые отсветы звёзд, смешиваясь со спокойным желтоватым огоньком настольной лампы на тумбочке. Мягкий приглушённый свет выводил очертания огромного панно, висящего над идеально заправленной кроватью – величественный олень склонился над ручьём, а позади него в голубые небеса вздымались заснеженные горные пики.

У дальней стены возвышался стройный стеллаж, уставленный разнообразными статуэтками на магнитных основаниях – изящный силуэт девушки из розового стекла, деревянная фигурка медведя, корабельный штурвал, хрустальный колокольчик… На нижней полке небрежной кучкой была сложена небольшая стопка книг…

Блуждающий взгляд встретился с её внимательными карими глазами, и только сейчас я ощутила, как крепко она стискивает в ладонях мехапротез моей руки.

— Пойми, мне просто нужно уйти, — выдавила я из себя. — Другого пути нет.

— В этом мире всё создано только для того, чтобы сломаться, — прошептала она, ладони её сжались ещё крепче. — Но я хочу быть с тобой рядом. Я не могу дать тебе уйти…

Я пыталась понять, что всё это значит, и не могла. Что ей нужно от меня? Почему она не хочет оставить меня в покое?! Во мне вдруг вспыхнула бессильная злость на нас обеих. Я вырвала руку из её ладоней и отвернулась к стеклу – тут же в плечо под повязкой больно кольнуло.

— Ты хоть знаешь, с кем имеешь дело? — сдавленно спросила я. — Я – убийца.

От этого слова язык стал сухим и шершавым, как наждачная бумага, будто слово было отравленным.

— У меня нет родных, нет друзей. Все они погибли, а одного из них я прикончила своими руками. — Я обернулась и подняла биотитановые ладони, сжав их в кулаки. — Вот этими! Знаешь, сколько на них крови? Целое море, бесконечный океан! Наверное, счёт идёт на сотни убитых и искалеченных – я давно уже сбилась… А ты… Твои друзья правы, когда рассказывают обо мне всякие ужасы, так что держись от меня подальше подобру-поздорову! Ясно?!

— Они мне не друзья, и никогда ими не были! — воскликнула Софи и попыталась взять меня за плечо – я инстинктивно отшатнулась. — Это просто экипаж из чужих людей! И мне плевать, что в твоей жизни было раньше! Я не знаю, каково это – убить человека, я никогда этого не делала. Но точно знаю, что этими руками ты спасла мне жизнь… Я знаю тебя!