Страница 44 из 79
Ролло ненавидел себя за то, что не мог обижаться слишком долго. И в то мгновение, когда сирена протянула ему кружку с горячим травяным настоем, тарелку с блинами и чуть слышно прошептала: «Прости меня, пожалуйста», капитан был уже практически спокоен.
— И ты меня прости, — ответил он, нарушая затянувшуюся паузу после слов Зеленовласки.
Девушка кивнула и поспешила отвернуться, чтобы Ролло не увидел скатившуюся по щеке слезу. Но капитан успел заметить мокрые глаза сирены, и не оценил попытку закрыться от него.
— Сирена, что случилось?
Зеленовласка всхлипнула и помотала головой. Ролло сжал указательными пальцами виски. Бесит! Как же бесит эта ее манера держать все в себе, молча «забиваться в норку» и страдать!
— Что случилось? — повторил он свой вопрос, поднимая взгляд к потолку. Вновь ссориться ему не хотелось, а потому…
«Морской бог, Древо, кто там еще? Дайте мне сил и терпения!»
— Анабель пропала, — прошептала девушка.
Ну, хоть одна хорошая новость за чертов день! Морской бог, видать, решил его побаловать приятным событием. Так тебе и надо, наглый крыс! Или крыса, или хомяк? Какая разница? Грызуны — они и в море грызуны-вредители. Ролло чуть не хлопнул в ладоши от радости, но вовремя спохватился.
— Она обязательно вернется, — сказал он вслух, а про себя подумал: «Есть захочет — прибежит. Главное, чтобы она не начала есть наши запасы!»
Девушка кивнула. Еще одна слеза пробежала до подбородка и капнула ей на грудь. Ролло невольно проследил за скольжением водяной жемчужины по белой коже.
«Очень красиво», — подумал он, непроизвольно сглатывая ком, образовавшийся в горле.
А еще сирена выглядела такой расстроенной, огорченной, что Ролло, цокнув языком, не выдержал и обнял ее. И как бы его не радовала возможность избавиться от грызуна, мужчина решил проверить все охранки и, может, чуть-чуть подкорректировать магию, чтобы с чертовой крысой ничего не случилось.
«Чтобы они не уничтожали, а запирали», — с досадой подумал капитан. Интуиция подсказывала Ролло, что если пресловутая Анабель пострадает от одной из ловушек — сирена его не простит, даже если он вдруг принесет ей упавшую звезду. Ролло отмахнулся от неожиданно пробудившихся воспоминаний.
Он настоял на том, чтобы девушка отдохнула в каюте и устроилась не на тахте, а на кровати. На недоуменный взгляд Зеленовласки Ролло просто махнул рукой, проводил ее в комнату, и, дождавшись, когда она ляжет, укрыл сирену одеялами, а сам устроился рядом и читал до полудня, пока окончательно не убедился, что девушка спит.
К закату он перепроверил все охранки и обыскал все помещения, надеясь найти крошечного хомячка, но Анабель словно в море сгинула. А может, так и было. И Ролло этот вариант почему-то не понравился.
С наступлением темноты «Свобода» подошла к прибрежному городку, что располагался в маленькой бухточке у подножия двух одинаковых скал, напоминавших клыки гигантского земляного змея, распахнувшего свою пасть. Складывалось ощущение, что чудовище смогло протиснуть на поверхность только зубы, а все его тело по-прежнему оставалось под землей. Местные говорили, что монстр ворочается, пытается вырваться наружу, оттого и побережье временами трясет.
Когда корабль зашел в бухту, огромный полумесяц завис между каменными «клыками». Багровый свет мерцал на гладкой слюдяной поверхности, так что Ролло показалось, будто скалы объяты пламенем или залиты кровью. Капитан невольно поежился, вспомнив фрагмент из дневника Рыжего Эрика, где по каменным пирамидам текли красные реки.
«Интересно, — подумал он, — сумел ли мальчишка добраться до других земель, если они, конечно, существуют?»
Ролло не любил этот городок, старался появляться здесь как можно реже, предпочитая ему поселок, расположенный южнее. Если бы капитану был нужен только лекарственный порошок для сирены, он, не задумываясь, отправился бы туда, где добропорядочные граждане продавали на берегу устриц и крабов, исправно платя за это налоги, но сегодня ему было необходимо прикупить нечто, что имелось только в Пасти Змея.
К тому моменту, как луна поднялась над скалистыми «клыками», все приличные люди спали тревожным сном. К таковым относились пожилой мэр, предпочитавший притворяться «слепым и глухим» по отношению к делам, творящемся в городке, замужние женщины и малолетние дети.
Потому что именно в это время на улицы выходили те, кто на самом деле управляли и побережьем, и морскими путями, расположенными в районе маяков.
Эти пути считались самыми прибыльными, поэтому за ними пристально следили – как официальные власти, так и охотники за наживой. Ведь именно по ним шли редчайшие товары из гильдии Сина: шелк высочайшего качества, чай, без которого не мыслился ни один светский ужин, и самое главное — редчайший дурман, благодаря которому можно было не только вылечить застарелую боль, но и создать заклинание забвения. Также его использовали для иллюзий высочайшего качества. Далеко не каждый королевский маг мог отличить реальность от искусной подделки. Такая магия была крайне полезна для боевых действий или грабежа.
Ролло шел по побережью, подсвеченному фонарями, которое оживало на его глазах. Из домов выходили мужчины. Они вытаскивали из трюмов кораблей ящики и уходили в темноту. Отовсюду слышались смех, брань и фразы на языке, известном лишь пиратам да морякам, путь которых проходил неподалеку от маяков. Тем, кто решил связать свою жизнь с морскими перевозками и торговлей, приходилось изучать азы тайного языка контрабандистов, их жесты и условные знаки, чтобы в непредвиденной ситуации, к которой, например, относился неожиданно разыгравшийся шторм, не быть убитыми еще на входе в бухту, так как среди моряков ходил слух, что пираты не трогают владеющих их языком.