Страница 40 из 95
Оглядевшись, увидел Неми, стоящую на самом краю и льющую воду сразу из двух бутылок. В этот же момент Вест кинул коктейль Молотова куда-то вниз. Я подбежал к краю и увидел картину, которая еще долго будет преследовать меня в кошмарах. Огромный, под три метра ростом, гомункул стоял посреди улицы и обрушивал свои огромные кулаки на баррикаду. По его телу медленно стекала горящая смесь, а телеги, облитые бензином, моментально вспыхнули. Но ему было плевать. Он продолжал верещать и крушить заграждение, медленно продвигаясь вперед. Всей своей массой он давил на наше импровизированное пылающее укрепление. И я видел, что на долго оно его не задержит. Счет шел на секунды. Справа я увидел последнего живого культиста из той тройки. Размахивая изогнутым кинжалом, он вбежал в дом, но в этот момент Вест бросил второй коктейль через дыру в крыше. Второй этаж загорелся и пламя быстро потекло вниз, подхватывая бензин, разлитый по всему дому. Я с удовольствием отметил, как культист выбежал обратно наружу. Полы его балахона дымились. Вот так. Как зашел, так и вали отсюда, мразь.
— Макс, веди их. Все за ним, — крикнул я, тыкая пальцем в дровосека.
Тот молча развернулся и подбежал к дальнему краю крыши. Там лежал настил из широких досок. Они надрывно заскрипели от веса, но выдержали. Не удивительно. Ведь когда мы их клали, то не рассчитывали, что наш медведь будет тащить еще и Стинга на плече. Да и в свободной руке у Макса все еще была канистра с бензином, которым он поливал дом.
Наши перебежали быстро и двинулись дальше. Не зря мы тренировали это днем. Гаро с Маусом перемахнули следом. За ними Вест. Я подбежал к краю и толкнул в плечо Вала.
— Быстрей дедуля. Нет времени.
— Я, я, я не могу, — залепетал Вал, глядя со страхом вниз и прижимая руки к груди.
— Нет времени, вперед, пошел, — попытался вытолкнуть я его прямо на доску. Но Старикан с какой-то невероятной проворностью вывернулся у меня из рук и отступил от края.
— Я не смогу. Слишком высоко, — продолжал причитать он. — я, я не смогу. Должен быть другой путь.
Черт. Ноги начало ощутимо печь. Крыша была не достроена и представляла собой сплошной деревянный настил. То тут, то там уже шел дым, а из дыры так вообще пламя валило столбом. Не было времени размусоливать. Я схватил старика за плечо, но тот упирался с завидным отчаянием. Как это ни странно, но мне не хватало сил, чтобы быстро его переправить. Я хотел было бросить этого барана, но потом вспомнил, что за его смерть вычтут очки из моего личного рейтинга.
— Макс, — крикнул я, кивая на упирающегося аристократа. — Вест, уводи их.
Имповы яйца, я дебил. Надо было звать Гаро, он же тоже силовик. Но хорошая мысля обычно приходит послезавтра. Макс уже бежал ко мне, на ходу бросив бесчувственного Стинга, как мешок картошки. Яровы перья, лишь бы тот не окочурился. А то с нас еще и за убийство своих срежут очки. Дровосек бросил канистру и перебежал по доскам, даже не притормаживая. Увидев несущегося медведя, Вал начал брыкаться еще сильнее. Не удивлюсь, если он еще и урон по разуму получил. Макс же подлетел и не церемонясь двинул тому под дых своим кулачищей. Всевидящий Яр, хоть бы не отъехал. Второй раз за эту минуту взмолился я. Но старикан оказался крепче, чем кажется. Да и Макс тюкнул его совсем легонько. Тем не менее Вал сложился пополам и обмяк. Дровосек молча перекинул его через плечо и двинул обратно с телом на плече. Вал при этом продолжал сипеть и плеваться кровью.
Доски в очередной раз затрещали, но выдержали. Жар позади уже лизал мне спину. Ступив на перекладину, я спокойно двинулся вперед, готовясь прыгать в любой момент. Если я упаду, то мне уже не спастись. Я шел над пропастью переулка, который упирался в тупик каменного забора. Раньше там было ответвление, но мы его тоже завалили. Бросив взгляд вправо, я увидел двух умертвий, что топтались на месте, глядя куда-то в сторону. Похоже, это самые первые, что пришли с четверкой культистов с севера. Значит оберег все еще работает и они сейчас стоят где-то на границе. Похоже, там механика некоего барьера. В любом случае, он не должен был остановить целого гомункула. Но тот почему-то принялся ломать баррикаду, а не ломиться в дом.
На следующую крышу мы перебрались без происшествий. Вест уже пошел дальше, уводя за собой остальных. Гаро тащил на себе Стинга, который так и не пришел в себя, но вроде как был жив. Макс нес Вала. Чтоб его импы сношали в тартаре. Дровосек должен был идти первым, чтобы расчищать нам дорогу. Надеюсь, хоть Принцесса сможет вовремя предупредить Веста об опасности, если что. Доски за собой я скидывать не стал, дабы не издавать лишнего шума. Подхватил канистру с остатками бензина и двинулся по такому же мостку на следующую крышу. План был простой. Спалить все за собой, включая баррикаду. Телеги не позволят потенциальным преследователям пересечь перекресток. А шум от пожара заглушит наши перемещения. К тому же, все твари в радиусе квартала сейчас стянутся к нашему бывшему логову. А мы тем временем уже уйдем переулками. И если в них мы не нашумим, то и дорога дальше должна оказаться чистой на какое-то время. Но, чтобы не шуметь в случае встречи с врагом, впереди должен был идти Макс со своим топором, а не Вест с огнестрелом.
Еще и я без патронов остался. Пожадничал пары очков веса да медяков. Они, конечно, не особо помогали мне сегодня. Но без готового к бою оружия я чувствовал себя голым. А еще получил штрафы от привязки. Пустой «Стинг» расценивался Джексом так, будто его и нет вовсе. Привязка оборвалась, накладывая дебаф «нервозности» и «неуверенности». Ладно, доберемся до второго рубежа, одолжу немного у Веста. Его пистолет тоже стреляет пятым калибром.
Мы перешли уже на третью крышу и здесь спустились вниз. Это было помещение старой аптеки с маленькой жилой комнатой и складом на втором этаже. Сейчас здесь никого не было. В темноте, я на ощупь спустился вниз. Пахло какими-то травами и хлопком. Вокруг было тихо, но эта тишина обманчива. Мы все еще находились рядом с улицей. Выйдя через черный ход, я двинул прямо. До тупика и налево. Еще раз налево. Дойти до кирпичного забора одного из поместий. Теперь направо и идти дальше вдоль него. И тут у меня сердце екнуло. Позади раздался звериный рев, который я теперь ни с чем не перепутаю. Гомункул нас нашел. Не знаю как, но нашел и сейчас преследует меня. Я слышал глухие удары. Эта тварь слишком огромная для таких узких проходов. Не обращая внимания на шум, я побежал. Спотыкаясь о какие-то ящики, оскальзываясь на выброшенных объедках. Я бежал, а рев позади нарастал. Но я его почти не слышал из-за гремящих ударов моего сердца.
Второй отворот. Не то, нужен третий. Сюда. Проход был заставлен ящиками и бочками. Чтобы пройти, пришлось протискиваться боком. Проскользнув, я ногой выбил подпорку, удерживающую баррикаду. Каждый ящик и каждую бочку мы обвязали всем, что смогли достать на свалке. Старые подушки, пледы, какое-то тряпье. Но конструкция все равно ухнула с шумом, который отдался эхом в переулке. Не будь у нас хвоста, этого можно было и не делать. Но хвост был. Причем это вряд ли его на долго удержит. Я вспомнил горящие телеги, проламывающиеся под чудовищным напором гомункула, и содрогнулся. Времени мало. Надо действовать быстро. Эта тварь не отстанет, а убить ее мы ничем не можем. Остается только бежать. Бежать что есть сил до самого убежища. И успеют точно не все. Чертов Роркх.
Я очень хотел выматериться. Но уже, итак, нашумел достаточно. Остатки бензина потекли по деревяшкам и хламу, загородившему проход. Я слышал тяжелую поступь и его гулкое дыхание. Поставив свой коктейль Молотова на землю, я достал спички. Первая сломалась. Вторая никак не хотела зажигаться. Мои руки тряслись, и я никак не мог унять дрожь. С третьей спички я смог наконец зажечь тряпку, схватил бутылку и занес ее над головой.
«— 12 единиц разума. Очков разума 32/96»
Гомункул смотрел прямо передо мной. Баррикада доходила мне до плеч, а ему была всего лишь по пояс. И я собирался этим цирком его задержать? Наивный. Я стоял, оцепенев от ужаса. В буквальном смысле слова. Я поймал дебаф «оцепенение» и сейчас ощущал его эффект на себе в полной мере. Я даже дышать не мог. Вот и наигрался, Арч. Сейчас ты снова умрешь. Мозг рисовал мне картины моей мучительной картины в руках этой твари, а я так и стоял с зажженным коктейлем Молотова и не мог найти в себе сил, чтобы пошевелиться. Только пялился в его отвратительную рожу, в буквальном смысле сшитую из разных кусков. Все лохмотья на нем давно сгорели, как и почти вся кожа. Обнажая гнилые мышцы и сухожилия, в которых копошились какие-то белесые черви. Теперь мои кошмары станут еще насыщенней.