Патрициана

— В том числе игры с живыми людьми?

 Велена молчала.

— Я буду верен тебе, — продолжил Норен, с трудом складывая вместе слова, которые категорически не желали покидать его рот. — Это я уже обещал. Но если ты хочешь использовать меня как постельного раба, то тебе придётся меня заставить и забыть обо всём остальном, что я мог бы тебе дать. Поверь, я буду полезен тебе таким, как сейчас. Я очень надеюсь, что ты сумеешь это понять.

— А если нет? — Велена молниеносно шагнула к нему, почти вжимаясь грудью в его грудь. — Если я захочу тебя так сильно… — Она замолкла.

— Если ты захочешь… использовать меня так… На то твоя воля, патрициана. Я слишком слаб, чтобы помешать.

— Но сам ты не отдашься мне никогда, — устало закончила Велена за него Велена.

 Норен покачал головой.

— Прости. Этого я не могу тебе дать.

— Почему?

 Теперь уже Норен молчал.

 Велена потёрла руками виски.

— Идём домой, — сказала она, отворачиваясь, и двинулась вперёд. На душе стало ещё более паршиво, чем две минуты назад. — Нам ещё предстоит решить, как заполучить шкатулку и вернуть кольцо.