Страница 3 из 4
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
Но пока такого не случилось Пётр с завидной настойчивостью продолжал идти. За это время он побывал в Сиракузах, в Карфагене, на Сардинии и вышел к Балеарским островам. Чудо до сих пор не подводило, оно исправно держало Петра на воде, даже в самую неблагоприятную для хождения погоду. Именно в непогоду приходилось труднее всего. Труднее всего приходилось тогда, когда волновалась вода. Поверхность жидкости приходила в движение, она уже не была горизонтальной - прямизна ломалась и выходила из строя. Поверхность изгибалась, как огромный лоснящийся червь. Но какое бы положение не принимала плоскость воды, Пётр всегда вынужден был находится по отношению к ней под прямым углом. Чудо работало в полную силу только когда Пётр стоял перпендикулярно к поверхности моря, а сохранить подобное положение во время шторма было крайне трудно. Приходилось отчаянно балансировать и взбираться на гребни волн, поднимаясь почти по отвесной стене встававшего дыбом вала. Ежеминутно Пётр рисковал опрокинуться и лишиться поддержки божественного дара.</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
Так преодолевая технические трудности, Пётр миновал краеугольные Геркулесовы столбы и вышел на просторы бездушного Атлантического океана. Океан дохнул на него всею шириною неизвестности, ширина неизвестности буквально прянула ему в лицо. Пётр изнутри ощутил: характер пространства кардинально изменился. Пространство стало необузданным и диким, пространство стало всемогущим. Рядом с ним чудесный дар хождения по воде казался таким махоньким, таким ничтожным. Чудо было похоже на букашку, прилипшую к потной пояснице великана. Для Петра подобное было внове: чувство мизерности божьего дара. Перед лицом действительности океана ему нечего было противопоставить. Но Пётр в безумии храбрости, как ни в чём не бывало, продолжал двигаться дальше по бездонному зеркалу гидросферы.</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
Он шёл долго, очень долго: изгибаясь валы воды поднимали его на своём загривке и поднимая его, гнулись до самого неба. Двигаясь по спинам волн, Пётр вкушал необыкновенный душевный трепет, всё внутри него, как бы замерло перед ударом - оторопело. Океан подбрасывал человека вверх, словно пытаясь сбросить со своей ладони божью коровку. В спокойные часы Петра окружали кривые плавники акул. Они двигались по спирали, постепенно суживающимися орбитами, как будто человек являлся их центральным светилом. Акулы подныривали под самые ноги Петра, иногда касаясь снизу его сухих шершавых ступней. Время от времени то одна то другая из них пытались укусить человека за голую пятку. Они алчно раздвигали утыканные зубами пасти и Петру ничего другого не оставалось, как бежать от рыб прочь, словно от стаи бешенных собак. Но куда ты убежишь: перед тобой расстилалась идеально ровная, словно полированная, бесконечность - ни куста, ни деревца. Бесконечность, вскрытая лаком и натёртая до глянцевого блеска. По ней, соответственно, можно было бежать бесконечно долго, целую вечность улепётывая от своих преследовательниц и унося ноги всё в ту же неизменную даль бесконечности; унося ноги, но не имея возможности, благодаря природе пространства, унести их окончательно. Свора рыб, как будто загоняла Петра в лабиринт дурной бесконечности.</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
Дни шли за днями, ночи - за ночами, время не кончалось и пространство тоже. У Петра иссякли запасы съестной провизии и воды, ноги его невыносимо устали от пройденного пути: они прошли половину земной географии, а впереди, как ни в чём не бывало, расстилалась вторая её половина, ещё не пройденная. Острова более не встречались, везде была одна горькая и удобная для ходьбы, безнадёжная жидкость. В тихие солнечные дни она напоминала стекло; стеклу не было конца, оно уходило в залитую светом перспективу мира. Пётр всё отчётливей понимал, что у него нет и никогда не было шансов преодолеть пешком Атлантику, океан оказался ему не по зубам. Иисус наделили его даром хождения по воде, но в остальном Пётр оставался обыкновеннейшим смертным, посредственным пешеходом воды. Он не обладал ни божественной силой, ни божественной выносливостью; Бог коснулся лишь маленькой толики его естества, самого краешка, абсолютно ничего не изменив в основном массиве человеческой сущности. Пётр столкнулся с миром, в лоб в лоб. Он столкнулся с миром, который превышал его возможности по всем показателям, который был ему не по человеческому плечу, не по плечу человеку как таковому. Как будто мир этот был создан для кого-то другого, гораздо большего и страшнее, для гигантов невиданной, естественной мощи, а человечество затесалось здесь по нелепой случайности, по недоразумению оказалось здесь племя человеческое.</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
Пётр с великим усилием вспомнил нежные, обласканные людьми лагуны Средиземного моря, ухоженные человеком острова и города полные шумного счастья. Ау-у, миленькое Средиземноморье, слипшаяся, интимная азиатчина Иудеи, моя ненаглядная, родненькая моя, где же ты? Как же ты от меня далеко, далеко и во времени и в пространстве - тухлая гавань человечества. Чтобы я отдал сейчас, чтобы вновь почувствовать кислый запах себе подобных, чтобы вновь оказаться в провонявшей тесноте еврейского общежития. Петру хотелось рыдать, и он бы обязательно пролил обильную слезу, но жажда иссушила его душу, его плоть рассохлась, словно деревянная бочка на солнцепёке.</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
</p>
<p style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium;">
Мир, реальный мир оказался гораздо больше и гораздо страшнее, и гораздо сильнее любого чуда. Чудо было ему на один зуб. Мир мог легко сжевать любое чудо без соли и выплюнуть его, как случайно залетевшую в рот мошку. Да, Пётр был обречён, со своей смехотворной, дарованной ему свыше, способностью, он был обречён изначально. Он раньше времени стал на этот путь, дар божий его поманил и дар божий его обманул: Пётр оказался всего лишь человеком, который умеет ходить по воде. И всё и ни на йоту больше.</p>