Страница 33 из 88
Да, плохо дело. В нас не переставая летели камни из пращей, но атаковать враги не собирались и держались на расстоянии.
Я решился.
— ШАГОМ МАРШ — скомандовал я, и мы медленно двинулись вперед.
Прошли мы шагов десять, а враг все это время отступал к лесу, но потом вождь в медвежьей шубке пошел вперед прямо на наш строй.
Я скомандовал.
— СТО-О-ОЙ! — потом, засунул меч в ножны, выхватил из рук соседа сулицу, размахнулся и метнул свой снаряд в надвигающегося противника, а тот гад легко так уклонился.
Я скинул со спины свой круглый щит, сейчас будет мясорубка, или не будет, посмотрим.
Наша шеренга щитов остановилась, я быстро осмотрел поле впереди и увидел в траве еще одну сулицу, шагах в трех от нашего ряда щитов.
Ну что? Это шанс. Я протиснулся вперед и вышел из-за стены щитов.
Вождь вражеского отряда остановился шагах в десяти от меня и внимательно стал разглядывать непонятного человечка, потом поднял свой молот и зарычал, его братаны, тоже начали подвывать, а вождь что-то заорал стуча себя рукой в грудь. Вот блин, ну чистый Кинг-Конг, такого не свалишь моим мечем, такого нужно топором по голове раз двадцать садануть, а потом как терминатора в жидкий метал скинуть, пусть там плавиться. Кстати у меня есть топор, а еще у меня есть сулица, вон она в двух шагах от меня лежит, а волосатый неандерталец стоит в 10 шагах от меня.
Я вытащил меч и крутанул его в руке, потом специально разжал кисть, меч полетел вперед и упал рядом с сулицей. В толпе врагов загоготали, а волосатый вождь гаркнул и побежал на меня замахиваясь своей кувалдой.
Я сделал два шага и медленно наклонился, типа к мечу, а потом резким движением поднял сулицу и почти в упор метров с пяти выпадом вперед с подседом, резким движением кисти вогнал сулицу в грудь предводителю людоволков, после чего схватил свой меч и кувырком ушел вправо, пропуская бегущего в атаку и уже смертельно раненного врага.
Тело монстра добежало до стены щитов и по инерции снесло двоих моих воинов, но потом мои «дружинники» поднатужились и оттолкнули от себя этого здоровяка, а один из смельчаков даже успел ткнуть вражеского лидера в грудь копьем.
Я подскочил сзади и рубанул здоровяка мечем по голове. Тело упало вперед, повалив под собой щитоносца, но я уже поднимал руку с мечем вверх.
— Вперед, за мной, ур-ра-ааа! — заорал я и кинулся на врага.
Такого оборота событий не ожидал никто, ни враги, ни даже мои солдатики, а я уже летел, размахивая мечем налево и направо. Десяток шагов и я в толпе варваров разя людей мечем-волком и лупя всех щитом.
Враги от такой наглости впали в ступор и начали шевелится только после того как под ударом моего меча упал второй воин, а остальные развернулись и побежали в лес. Вот тут и моя «победоносная армия» тоже с дикими воплями и криками "ааа-ааа-аа" понеслась за мной. От этого «аа-ааа» несло не уверенностью, а страхом, как будто бы они не наступают, а убегают от носорога, но убегали они в правильную сторону, то есть за своим вождем. Видно им там одним стоять оказалось намного страшнее, чем бежать за своим риксом.
Преследование врага, тоже искусство, тут главное не заиграться и не потерять строй. Поэтому я добежав до леса остановился и подал команду: «- СТО-ОЙ! А ну отроки, собирайте сулицы и вперед в лес, бить врага на расстоянии, в ближний бой не вступать. Остальные назад, собрать оружие, связать раненых врагов, потом отходим все к лагерю за ограждение».
Я принял правильное решение, мимо нас пролетели с криками и улюлюканием мои отроки, преследуя врага, а мы пошли назад собирать оружие. Через десять минут, я увидел другую картину, мои отроки бежали назад, а за ними с улюлюканием гнались два десятка мужиков в волчьих шкурах.
— Станови-и-ись! — скомандовал я — За мной марш.
И сам побежал на встречу врагу. Мы пробежали шагов десять, а потом метнули сулицы. Враги дрогнули развернулись и побежали назад.
— Ну суки, пипец вам, сбросить щиты — скомандовал я — догнать бегом марш.
И моя команда, побросав щиты, значительно увеличила скорость, а учитывая, то, что враг уже дважды совершал ускорение вначале убегая, а потом и преследуя моих отроков, то мы смогли догнать часть людоволков и забить их копьями.
Дальше в лес я решил врагов не преследовать и подал команду отходить к лагерю.
В лагерь мы вернулись победителями, но война еще не закончена, теперь предстоял процесс допроса пленных врагов и проведения акции возмездия. А врагов мы взяли раненных аж шесть человек, так что грейте печи господа будем пытать каленым железом, а чем мне их еще пытать, я же не следователь НКВД, лампы с паяльником у меня нет. Я в кино про средневековье только пытки огнем видел, хотя наш прапорщик очень уж умелым был. Бывало возьмет нож, надрежет на спине у пленного два длинных куска кожи и загнав под полоску кожи палочку, начинает отдирать кожу от мяса. Даже самые конченые джихадисты очень быстро начинали отвечать на задаваемые вопросы.
Шестеро связанных бандитов смотрели отрешенными взглядами как радистка Кэт на Мюллера, а я смотрел им в глаза и искал самого трусливого. Ага, вот он глазки прячет, боится.
Ну что же, приступим.
Я взял стальную заготовку под названием ТУР.
Я положил Тура в печь и начал греть заготовку поддавая воздух мехами, потом одел кожаную рукавицу и, увидев красно-белый цвет метала, приступил к ковке сабли. Молоты бухали, придавая металлу форму клинка.
Все спокойно смотрели на мою работу и пленники и мои селяне, медленно очень медленно я вытягивал лезвие, это будет не меч, это будет моя первая сабля.
Работали три дня а пленники так и лежали связанные возле кузни, иногда их поили водой и не более того. Я применял пытку неизвестностью и врагов уже давно проняло, они свыклись с мыслью о смерти, но вот какова она будет эта смерть, они еще не знали, а некоторые поверили, что все само собой обойдется.
Вначале клинок я вытянул и чуть загнул к верху у острия лезвия, потом пробил дол углубляя отверстие, которое еще называют кровотоком, но это не кровоток, это технологическая хитрость, что бы уменьшить вес метала. Работал я почти с рассвета и до заката, с коротким перерывам на обед. А враги связанными лежали на земле и заворожено смотрели на рождение клинка.
Это не меч, сабля намного уже из-за этого получается длиннее обычного меча. Сабля для боя с коня, что бы можно было достать врага, поэтому она такая длинная.
К вечеру третьего дня когда клинок был готов и наступило время закалки связанные пленные уже расслабились и перестали трястись. А я нагрел клинок до красно желтого цвета, взял его и подойдя к выбранному мной пленному медленно воткнул раскаленный метал погружая его сверху вниз в ногу людоволку от наконечника лезвия до самой рукояти.
Зашипело, зашкварчало, полянка заполнилась запахами жаренного мяса.
А несчастный пленник только сейчас понял, что его пытают, начал громко орать и его крик подхватили все связанные дикари.
Я повернулся к своим воинам:
— Эй кто понимает их собачий язык?
— Я — один из мужичков поднял руку.
— Возьми вон того и там по спрашивай, кто такие, чего пришли, где их селение, сколько воинов в селении, как узнали дорогу? Ну и все такое.
Проинструктировав переводчика, я повернулся и начал вытаскивать свою саблю из ноги врага, тот заорал еще громче, прямо как свинья на бойне, а враг которого подхватили под руки и потащили для допроса, обосрался, я понял это интуитивно, мои воины сначала бросили его, а потом начали пинать ногами, не больно так, чисто для профилактики.
Интересно, а я бы не обосрался от такого хода событий? Тебя берут и тащат в неизвестность, а маньяк вынимает меч из ноги твоего друга и так загадочно на тебя смотрит, тут пипец, энурез обеспечен. Как показала практика, раскаленный меч — лучшее средство от запора.
Через час я узнал все что хотел, к людоволкам в селение пришли купцы из поселка, что на стоит реке Дивной, а когда купцы ушли вождь дал команду собираться в поход, поход возглавить доверили великому воину-берсерку по имени Корсун. ВЫ начале Корсун отправил разведчиков, а когда те не вернулись, то воины немного подождали, а потом решили выступать. Шли они почти семь дней, ночевали в лесу, а когда нашли наше селение то и напали. Пришли к нам пять десятков мужчин, в селении остались только старики и отроки. Селение большое было, почти 300 человек, но вот мужчин мало.