Страница 32 из 88
Я представил силу удара такого оружия с учетом плеча и инерции, и понял, что эта хрень проломит мой плетённый щит как молоток арбузную корку.
Мужик поднял вверх руку с кувалдой и зарычал, так реально зарычал аж в животе у меня похолодело, а потом по всему лесу послышался волчий вой.
Я не сбежал только потому, что испугался, да и неожиданно как то всё получилось, так что мои ноги просто приросли к земле, но мои воины реально обгадились и начали пятится назад.
Во дела, хорошо, что я самых трусливых тёток отправил болотную тропу прикрывать, а то бы мое войско уже реально драпануло, вначале женщины бы побежали, а потом и остальные защитники блин.
— СТОЯТЬ! САМ ВСЕХ УРОЮ, кто с места сдвинется без команды!
Из леса медленно выползали люди в волчьих шкурах.
— Людоволки — послышался шепот, нужно бежать в болота, только там можно спастись от них.
— А НУ МОЛЧАТЬ! — рявкнул я голосом, не терпящим возражения — если хочешь, кого то боятся, то бойся своего князя, разрешаю. Значит так слушай мою команду. Мы выходим вперед на десять шагов и стоим за щитами, ждем. Когда они подойдут на двадцать шагов, шиты в землю и первая шеренга садиться на одно колено, а вы — показал я рукой на отроков, через головы бросаете сулицы во врагов с расстояния двух десятков шагов. Бросать нужно вместе, по моей команде, потом отроки отходят вон туда — я показал рукой за ручей, там был небольшой затопленный участок, воды всего по пояс, но ширина затопления метров пять и маневра там нет, воевать трудно, но метать сулицы во фланг врагу от туда можно, островок заходил во фланг врага метров на пятьдесят и по нему можно перемещаться почти до самой кромки леса, а потом островок превращался в непроходимую трясину.
— Не уж то хочешь их в поле чистом удержать? — тихо спросил Стародуб.
— Нет, в поле мы их только встретим, а потом отойдем за изгородь. Если сразу там встанем, то лишим себя маневра и придется только обороняться.
— Так мы ведь и планировали только обороняться.
— Нельзя нам сейчас прятаться, пока стоим в поле мы можем дружно ударить в пять шагов а после и отойти за тын. Враг не успеет собраться и потеряет до половины воинов раненными, тут главное ударить внезапно и дружно.
Когда на вспаханную поляну из леса вышли примерно пять десятков людей в волчьих шкурах, я понял что попал в первобытно-общинный строй, настоящего оружия у врагов было очень мало. В основном дубины, заостренные и обожженные плохенькие копья и топоры, да много топоров, а вот мечей не увидел ни одного.
Вожак зарычал и толпа врагов вальяжным шагом двинулась к нам. Никакого строя, никакой тактики, как я и думал. Расстояние было небольшим всего 100 шагов, но бежать враги не собирались, они медленно шли вперед, выли, кричали, строили страшные лица стараясь нас напугать.
Что то было не так, я попытался сообразить, почему они так медленно идут? Может, не ожидали, что мы будем стоять и ждать, или у них две группы воинов и вождь ждет, когда нас обойдет вторая группа? Хорошо, что нас обойти тут в болотной ложбинке не возможно, к тому же я с десяток вооруженных женщин отправил для прикрытия тропы на болотный островок.
А может враги ждали, что мы бросимся на них с криком и воплями, после чего начнётся дикая битва мелких групп воинов в которой явное преимущество именно у противника? Или они дулами, что мы испугаемся этого воя и побежим, показывая спину, тогда враги начнут преследование и избиение убегающих?
Ну нет, я не собираюсь действовать по вашему плану, поэтому просто стоим и ждем, это ведь моя земля и я тут все знаю, каждый бугорок и стоим мы сейчас в самом узком месте, фактически упираясь флангами в заболоченный кустарник, а дальше за спиной настоящий лес и в серединке этого леса примерно в двадцати метрах за спиной укрепленный небольшой оградой лагерь. Если что отступим туда, а вот впереди начинается большая полянка, на которой нас можно будет окружить с флангов.
Враг не ожидал, что мы будем стоять, поэтому начал метать в нас камни, раскручивая пращи, а мы спрятались за большие плетеными щитами.
Силы были почти равны, против вражеской полусотни я выставил 45 человек, из которых было 16 пацанов с сулицами.
После десятиминутного бесполезного обстрела противник медленно пошел вперед.
Когда до первых вражеских воинов осталось шагов 20 я скомандовал:
— Щиты вниз, сесть, отроки, сулицами — бееей!
Через головы первой шеренги полетели полтора десятка метательных копий.
— Бееей — заорал я второй раз и во врага полетела вторая волна сулиц.
После этого я повернулся к отрокам и показал рукой в сторону.
— Быстро, ушли через ручей, и ждите когда они накинутся на нас, потом бейте разом.
Пока я командовал, мои людишки приглушенно переговаривались, я не прислушивался, а контролировал пацанят. Но потом я повернулся и увидел причину шума, на поле в разных позах валялось или корчилась от боли восемь мужиков в шкурах, еще человек десять сейчас отходили назад к лесу, видно сильно прилетело. Вот это результат, всего три десятка сулиц в кучу врагов без щитов и треть вражеской банды в минусе.
Но порадоваться мне не дали, вождь взревел и толпа уцелевших внезапно ринулась вперед и понеслась на нас.
— Копья вниз — скомандовал я.
Железные наконечники трехметровых копий опустились в сторону врага.
— Внимание, копья назад, щит подставь! — заорал я.
Мои бойцы скрутили корпус вправо и отвели локоть правой руки назад, как и учили, из-за чего копья про скользили по ладоням левых рук, а щиты полностью прикрыли левый бок моих чудо-богатырей.
Наконечники копей ушли назад на пол метра ближе к щитам. К когда до набегающего противника осталось метра два-три я крикнул:
— РАААЗ, БЕЙ!
Шеренга сделал резкий шаг вперед, и с разворотом корпуса держа копья двумя руками сделали выпад вперед. Копья вылетели на метр и на звуки атакующего рева противника наложился, звук воплей боли.
— ДВА, ШАГ-ПОД ШАГ! — вновь завопил я.
— ТРИ, ВПЕРЕД, БЕЙ — шаг левой ногой, под шаг правой и удар.
— ЧЕТЫРЕ — шаг-под шаг, удар, шаг-под шаг, удар.
— ПЯТЬ.
Стальная мясорубка заработала, без остановки как я и учил.
Некоторые враги смогли уклонится мимо наконечника копья и проникнув к щитам рубанули топорами по защитникам, но остальные вражеские воины дрогнули и попятились, а с лева в эту кучу варваров нанесли удар метатели сулиц, сразу шестеро врагов рухнули с воплем на землю.
А я через голову первой шеренги защитников долбанул наконечником сулицы в лицо прорвавшемуся к щитоносцам вражескому воину.
Есть, попал, всего секунда замешательства и враг ловит в пузо наконечник копья, а второй отскочил назад.
Как ни странно, но удары моих копейщиков никого не убили, ранили да, много раненых больше десяти, но я не собирался их отпускать.
— ВПЕРЕД ДЕСЯТЬ ШАГОВ — заорал я, и мои воины, пригнувшись за щитами одновременно двинулись вперед, переступая или обходя шестерых лежащих на земле раненных. А я, вытащив правой рукой меч, а в левую взял сулицу короткими ударами добил лежащих и корчащихся на земле раненных врагов.
Сколько времени прошло, пять-десять минут, не знаю, но бой уже выигран и я это точно знаю, и враг это понял. Половина варварских воинов была убита или тяжело ранена, а мы медленно выходили в центр полянки.
— ЭЙ, пацанва — крикнул я отрокам — собрать сулицы и быстро на остров!
Вождь, стоящий на противоположном краю поляны в бой не вступал, а внимательно наблюдал за нашими действиями, а потом что-то увидев начал отдавать команды на непонятном языке. Хотя почему непонятном, я его слышал, точно слышал этот язык то ли эстонский, то ли финский, то-ли хрен его как назвать, в общем каких то балтийских народов.
Услыхав команду своего вождя, враги начали откатываться к своему вождю, а там вытаскивать из тел раненых и поднимать с земли наши сулицы, а после с разбегу метать их обратно. И самое страшное, что кидали они в моих отроков, что сейчас опять бежали на островок пополнив свой боезапас. Всего несколько сулиц попали в цель и этого было достаточно, четыре моих метателя упав, завопив от боли, а остальные быстро сообразив, разорвали дистанцию отступив к краю болотного островка.