Страница 138 из 147
– Императором мне не стать, но место в регентском совете рядом с Марией-Луизой я заслужил по праву. В купе с постом министра полиции… реальная власть фактически будет у меня одного. Корсиканцы не рыпнуться против, иначе потеряют свои жалкие бумажные короны, австриячка на троне империи – фигура номинальная, а наследник когда еще вырастет. Одна беда… генералы и маршалы… слишком хорошо они запомнили день 18-е брюмера, найдутся желающие повторить.
Фуше на мгновение мысленно вернулся в прошлое, тихий провинциальный Аррас – куда ему до кипящего страстями Парижа, и общество "Розатти"… не клуб якобинцев. Всех старых "друзей" оттуда из "Розатти" пришлось ему прямо или косвенно устранить в ходе политической борьбы, остались в настоящее время только двое из них в игре. Участь корсиканца уже решена, но придется убрать еще и Карно вместе с ним, Лазар – готовый лидер для республиканцев, а сторонников республики "зачистить" до сих пор не удалось и он может создать серьезные проблемы. К черту воспоминания, надо жить настоящим днем, а не вчерашним.
– За успех Жозеф?
– Да… давай выпьем, давай! – токайское, под которое шел разговор, отодвинуто далеко в сторону, "за победу" они пьют коньяк.
Полуразрушенный причал и две зловещие фигуры рядом с ним давно позади, остались за изгибом реки, а комиссар все никак не может прийти в себя. В самый критический момент, как назло, у него еще и мочевой пузырь взбунтовался… едва-едва удалось ему подавить болезненные позывы. Первые сомнения в правильности, заранее сделанных расчетов, возникли сразу, как только он увидел, чем вооружен Фигнер, но отступать уже было поздно, решил рискнуть, авось да пронесет. Встречал Жавер и раньше разнообразные "многоствольники", доводилось видеть и в оружейных лавках и среди улик. Многозарядное оружие – достаточно редкое, весьма ненадежное и вдобавок громоздкое, не даром военные его не любят и практически не используют, а здесь ствол и курок представлены в единственном числе, зато имеется блок из пяти или шести камор на оси, компактный, легкий и без сомнения – эффективный механизм, еще неизвестная во Франции "машинка".
Но окончательно он понял, что проиграл и вот прямо сейчас его убьют, лишь тогда, когда второй русский достал из под блузы свой "аппарат", на обычный пистолет "это" походило не более, чем лошадь на верблюда. На уловку с "разоблачительным" письмом, якобы заготовленным для полиции, противники не "клюнули", впрочем особой надежды и не было у него на этот трюк.
Жавер закрыл глаза, до сих пор "не отпускает" ощущение… ужас и бессилие, мышцы словно окаменели, ни пошевелиться ни вздохнуть. В роли беспомощной мишени ему как-то не довелось еще побывать ранее, несмотря на богатый опыт разного рода драк и стычек. Пятьдесят шагов, расстояние для верного ружейного выстрела, а не для пистолетного, ведь ни один профессиональный дуэлянт не попадет в противника даже при сорока? Он, считал в себя в безопасности, но напарник Фигнера поднял свое необычное оружие, прицелился… и комиссар почувствовал каждой клеточкой своего тела, что он обречен умереть. Кому достанутся наполеондоры теперь уже неважно, река себе их заберет скорее всего, неуправляемая лодка с тяжелым грузом обязательно затонет.
Определенно, стоит все же посетить ему церковь, хоть и не особенно верит он в бога, его отпустили с миром, вольно или невольно, но отпустили… У Фигнера с компаньоном в последнее мгновенье возникли какие-то разногласия, и странный механизм в руке мнимого "пруссака" так и не выбросил разящий свинец в сторону медленно удаляющегося Жавера, рокового и точного выстрела не последовало.
Всем хорош его план, и деньги взял и живым ушел от "руссо террористо", но есть один недоработанный пункт, возвращение в Париж. Пришлось ему положиться на "добрую волю" наемного извозчика, поиздержался бывший комиссар в погоне за золотым тельцом изрядно и денег на приобретение экипажа у него не было, а в аренду без солидного залога не дают. За следующим поворотом реки должен его ждать легкий закрытый фиакр, а что если… парижские извозчики – те еще мазурики, обмануть клиента у них считается нормой.
В условленном месте никого нет, хитрый мужик, сразу его физиономия комиссару не понравилась, да искать другого времени не было, сообразил, что "барин" в полицию не пожалуется. Жавер еще и глупость сделал непростительную, вперед извозчику заплатил, но иначе тот везти за город отказывался наотрез. Под ногами предательски хлюпает вода еще одно лье и пойдет ялик ко дну, утлое суденышко вряд ли доберется даже до Сены, до города не доплыть тем более, выбор невелик… или тонуть или выбираться на берег. Не без труда он выбрался на сушу, пришлось замочить новые нанковые брюки, не говоря уж о ботинках. В руках тяжелый дорожный чемодан-сундук не унести, придется взвалить на спину. Со стороны, забавная картина получается – прилично одетый господин решил поработать грузчиком, хорошо хоть никого в ранний час в парке нет.
Зачем он так вырядился? Пришлось ему поневоле сменить "кожу" и приодеться прилично для встречи с Фигнером, оборванец с тяжелым грузом дойдет до первого полицейского или национального гвардейца, и его задержат. У них "наработано" давно, тащит клошар что-то – значит украл, да и не один извозчик такого сомнительного седока не возьмет из опасения, ведь привлекут за соучастие. После пятой сотни шагов Жавер изрядно устал, годы все же не те для таких физических упражнений… пот градом со лба, ноги болят от напряжения, а спина… про нее уж лучше и не думать совсем.
За кустами невдалеке инородное черное пятно, экипаж? Быстрее туда, там спасение. На счастье комиссара нашелся еще один любитель природы, решил проехаться по окрестностям Парижа. Лошади лакомятся, обрывают первые, нежные листья с кустов, на козлах длинной двухосной повозки скучает кучер, седоков не видно, может решили немного прогуляться?
В другое время бы Жавер десять раз подумал и прикинул, стоит и связываться, не ловушка ли, но не сейчас, парк почти кончился. Дальше придется идти целое лье по открытому месту, и не исключено – нагонят в поле возвращающиеся туда же в город русские. У причала, где и произошла встреча, капитан Фигнер его отпустил, но кто его знает, а вдруг теперь передумает? Свидетели есть лишние… их немного, убьют и их заодно, слишком много поставлено на карту.
Несмотря на уговоры и обещание щедро расплатиться кучер, не соглашается взять нового пассажира.
– Ты чего папаша чудишь? Меня же хозяин выгонит, если клиенты в полицию пожалуются, я ведь не от себя работаю. Жди их, а там решим.
– Кого хоть привез?
– Студент девку молоденькую снял, в кусты пошли "гулять", обычно таких прямо на сиденье дерут, а тут вишь – стесняется она.
– Давно ушли?
– Полчаса прошло, да ты подожди, земля холодная, не долго им там миловаться. А вон – идут уже!
Из-за жидких кустов появляются новые действующие лица, юноша бледный, и виду и и по одежде и в самом деле студент и молоденькая девица-гризетка ему под стать. Мадемуазель румяная как яблочко спелое, покраснела, сама невинность. Не проститутка, и не белошвейка решившая немного подработать "ночной бабочкой", а видимо по-любви у них отношения. Жавер хороший физиономист, столько лет в полиции проработаешь, поневоле богатый опыт приобретешь. Эти трое никак с преступным миром не связаны, ни единого признака, уж "старых знакомых" он бы опознал моментально. Юнец, и в самом деле, из небогатых студентов, девка – швейка у модистики, подушечки пальцев у нее исколоты иголкой, а кучер смахивает на "сошедшего с круга" приказчика из мясной лавки.
– За что со старого места тебя поперли, мясо хозяйское жрал тайком, или на бабу позарился?
– А твое какое дело? – огрызается небритый молодой мужик, значит угадал Жавер, и этот тоже не из "блатных" родом.