Страница 40 из 50
– Восемь. – Ответил он, быстро справившись в своём блокноте. – Можно на следующем этапе пристегнуть их к какой-нибудь дивизии. Будет не тридцать три, а сорок один вагон. Нормально.
– Что мы тогда грузим во вторую очередь? – Продолжил Самсонов.
– Под артиллерию у нас больше платформ не остаётся. – Вставил Лядов. – Надо ждать возвращения отправленных эшелонов.
– Значит обозы?
– Да. Можем во второй очереди отправить обозы пехоты, четыре эшелона, обоз артиллерии, и объединённый обоз тяжёлого артдивизиона и кавалерийского полка. Сгружаем на месте, и отводим в поле подальше, чтобы они потом не мешались. Там они и ночуют.
– Хорошо. Тогда следующим этапом у нас идёт вторая дивизия с пристёгнутыми к ней вагонами кавалерийского полка, два эшелона с артиллерией, и два эшелона с лошадьми.
– Да. – Согласился железнодорожник. – А во вторую очередь отправляем обозы пехоты, четыре эшелона, обоз артиллерии второй дивизии, и сапёров.
– Именно. – Согласился Самсонов. – Немного изменили порядок, но всё уложилось в два этапа. А это, как мы помним, занимает не более четырнадцати часов. Может, чуть меньше в нашем случае. Да, на месте выгрузки, надо будет установить полевой телеграф, и отправлять по нему сведения о прибытии или убытии эшелонов. В общем, первоначальный расклад именно таков. Теперь по месту высадки и рубежам развёртывания.
И все подошли к большой карте.
– Высадку предлагаю делать в селе Косины. До передовых позиций противника оттуда по прямой восемь вёрст. Артиллерия, наверняка стоит чуть дальше, поэтому, даже если всё провалится, и мы будем обнаружены, то своим огнём они нас не накроют. Зато, оттуда идут очень удобные для нашего развёртывания дороги в нужных направлениях. Вот вдоль них-то кавалеристы и должны будут расставить скрытые посты. Расстояние там будет приличное, опасений у германцев это вызвать не должно. Дальше, два полка налево, два направо. Артиллерия аналогично. Тяжёлый дивизион оставляем в центре. Разумеется, прячем артиллерийские позиции за рощами, садами и самими деревнями. Теперь по срокам. Высадку на месте, надо начинать часов в десять вечера. Значит, отправляться первые эшелоны с нашей станции должны в восемь тридцать. К этому моменту, они должны быть накормлены, и выстроены у путей. Итак, в десять на месте, в одиннадцать тридцать заканчивают высадку. В час ночи возвращаются назад, в два тридцать везут вторую дивизию, и в четыре привозят на место. В пять тридцать заканчивают разгрузку, но в это время уже начинает светать, и они никуда не успеют. Значит, собственно бой будет начинать только одна дивизия, и от её успеха будет зависеть всё остальное. Поэтому, рубежи для неё, нам надо наметить такие, чтобы она успела за… сколько там… шесть часов выйти к ним. С учётом того, что в темноте они будут двигаться всё же не очень быстро. Давайте это обсудим…
И после этого, присутствующие углубились в обсуждение. Времени было мало, поэтому все спешили. Но с другой стороны, обсудить надо было расположение только одной дивизии по сути, а не целой армии, управились относительно быстро. После этого, Самсонов запросил связь по телефону с Любомировым, командовавшим кавалерией, и, дождавшись, подробно объяснил ему весь расклад. А чтобы он не путался, обещал сразу отправить телеграмму с указанием назначенных пунктов для развёртывания. Орановский сразу после этого ушёл составлять диспозицию для корпуса Мартоса, а Лядов список и порядок следования эшелонов. Всё завертелось, посыпались приказы и распоряжения, штаб пришёл в движение, забегали ординарцы и адъютанты. Продиктовав дублирующую телеграмму Любомирову, Самсонов перевёл дух, и уставился на карту – не упустил ли он чего? В глубине души шевельнулась мысль про Полонскую, которая, очертя голову полезла не понимая куда. Но заставил себя не думать сейчас об этом, снова сосредоточившись на предстоящей операции. А ведь авантюра!
Немного подумав, он всё же решил не ограничиваться приведением в движение только одного корпуса. И следом отдал приказ о выдвижении в район Новогеоргиевска 1-ой стрелковой бригады. А 2-ой дивизии, которая уже была там, подготовиться к следованию с утра на временную станцию. После этого, отправил телеграмму в Шестой и Тринадцатый корпуса, чтобы они завтра тоже начинали движение в сторону границы, по ранее указанным маршрутам, которые уже готовят их сапёры. Правда, Тринадцатый корпус собрался ещё не весь, поэтому выступать следовало одной дивизии, а второй двинуться следом, когда соберётся. Ну, и Второй корпус Шейдемана завтра тоже должен был выдвинуться вперёд, чтобы заблокировать проходы между озёр, и лишить противника возможности там маневрировать. Таким образом, он начинал наступление раньше своего срока, но одновременно с Первой армией. Обстоятельства вынуждали его к этому. Впрочем, движение армии, пока она не пересекла границу, можно и приостановить всегда. Опять же, подождать обозы…
Глава 8
Ближе к вечеру, когда приготовления к погрузке на временной станции шли полным ходом, Самсонов ещё раз отправил авиаторов на разведку, чтобы уточнили, нет ли каких существенных изменений на ближайших позициях противника. Зарядил на это дело также и 6-й авиаотряд, но его задача была просмотреть границу к востоку от Млавы. А потом связался с Мартосом. Тот уже получил подробное предписание, был бодр и полон энергии. Самсонову даже пришлось немного умерить его пыл, и убеждать, что если всё пойдёт не так, то лучше отступить, чем нести напрасные потери. Так же заверил его, что корпус не в одиночестве, следом готовятся к отправке и другие части. И вообще, вся армия начинает движение вперёд. Особое внимание просил уделить налаживанию связи между разворачивающимся корпусом, и штабом. А также чёткому взаимодействию, между пехотой и артиллерией. Проводов не жалеть, связь обеспечить бесперебойную. Мартос заверил, что всё сделает, лишь бы германцы их раньше времени не обнаружили.
Затем ещё раз связался с Любомировым. Тот доложил, что по два полка от каждой дивизии отправлены в обход, каждый забрал с собой по шестнадцать орудий. Судя по поступившим донесениям, обошлось без крупных столкновений. Основные позиции обошли на приличном расстоянии, а дальше высылали малые группы на разведку, завязывая перестрелки с патрулями флангового прикрытия. Удалившись от основных позиций достаточно далеко в стороны, разогнали отряды бокового охранения противника, и двинулись дальше на север. Больше донесений не поступало, потому что в ту сторону провода тянуть они не будут, а радиостанций с собой отряды не имеют. Но первый этап задачи, судя по всему выполнен – кавалерия совершила обход и углубилась за позиции противника. Цель манёвра они понимают, присутствие своё должны обозначить вскоре, а в затяжной бой вступать не будут.
На ночь Самсонов остался в штабе армии, регулярно получая донесения о ходе погрузки, отправлении и прибытии эшелонов. Вскоре, когда Мартос развернул свой командный пункт на месте высадки, начали поступать и первые донесения от него о выдвижении полков на рубежи. Самсонов пил чай стаканами, отмечал складывающуюся ситуацию на карте, и спать совершенно не хотелось.
Всё что происходило в это время, он узнавал, разумеется, с некоторым опозданием. События разворачивались без его непосредственного участия. Но позже, когда всё завершилось, он смог восстановить довольно подробную картину происходящего по докладам и отчётам, предоставленным командирами частей, и рассказу самого Мартоса, который, по сути, и руководил боем.
Первые эшелоны отправились по расписанию. Но их прибытие на станцию несколько растянулось по времени сверх ожидания. Потому что движение происходило в грубейшем нарушении основного правила железной дороги, один перегон – один поезд. А тут, сразу восемь эшелонов, следующих друг за другом. Они, конечно, выдерживали безопасную дистанцию, но машинисты нервничали, набирать скорость опасались, и прибавляли ходу только тогда, когда передний поезд начинал теряться из виду. Когда нагоняли, то снова притормаживали. Но в целом, возможно потому, что первый эшелон гнал на полную, опоздание было не слишком большим, минут пятнадцать для последнего эшелона. Выгрузка тоже проходила отнюдь ни как по нотам. В темноте это не самое простое занятие, хоть и луна светила хорошо, и фонариками, и факелами подсвечивали, но с сооружением трапов провозились долго. К счастью, на это был отведён щедрый запас в расчётах по времени, а насыпь под путями была небольшой, всего аршин (72 см). Обошлись короткими трапами. Эти сложности касались, разумеется, только артиллерии. Пехота высыпалась из своих вагонов довольно бодро. На месте их уже встречали провожатые из офицеров кавалеристов, которые быстро нашли своих подопечных, благодаря тому, что знали, в каком эшелоне по счёту, какой полк следует. Местность была удачная. Справа был пологий уклон вниз, дальше небольшой ручей, а слева, куда и производилась высадка, ровная хорошая площадка. Чуть в стороне дорога, которая и вела к первой цели высаживающихся войск селу Косины. Это село, а также расположенный дальше городок Ступск, и прикрывали место высадки от взглядов со стороны далёких позиций противника. К тому же, местность перемежалась садами и рощами, и можно было не опасаться, что за восемь с лишним вёрст кто-то ночью сможет разглядеть пятна света от фонарей и факелов.