Страница 1 из 7
Владимир Робертович Анищенков
Путь на Рейхстаг начинался в окопах Первой мировой
Предисловие
Чем дальше уходят от нас годы Великой Отечественной войны, тем ближе становятся люди, принёсшие нашей стране победу в этой тяжелейшей из всех войн. Яснее становится величие этой Победы, её значение для судеб мира. С тех пор уже никто не смеет открыто воевать с Россией. Наши недруги теперь используют подставные силы, или переводят войны в разряд «холодных», не вступая в военное столкновение с Российской армией. Ближе и роднее становятся ветераны, участники тех трагичных и героических событий. Хочется узнать о них больше, понять, в чём сила этих людей, и воздать должное всем, кто завоевал эту Победу с большой буквы. Ярким показателем этого движения народной души стал Бессмертный полк, поднявший из окопов забвения на победный бруствер тех, кто причастен к этому великому народному деянию.
Долгие годы считалось, что Красная армия родилась в «горниле Гражданской войны», была ровесницей новой эпохи. Однако всякому здравомыслящему человеку понятно, что воевать на равных с армией Третьего рейха, сильнейшей на то время, могло только войско, имеющее крепкую воинскую выучку. Красная армия воссоздала многие, утраченные поначалу, традиции старой русской армии. После недолгого периода «демократизации» новой революционной армии, в ней была восстановлена иерархическая структура (взвод – рота – батальон – полк – дивизия – армия – фронт) вместо самоорганизованных отрядов красногвардейцев и строгая воинская дисциплина с единоначалием. Хотя и под присмотром комиссаров. При этом повысилось традиционно уважительное отношение к солдатам, поскольку многие командиры были с ними единого происхождения. Как говорят в народе, «одного поля ягоды». Но командовать полком рядового солдата не поставишь. Даже самого революционно сознательного. Тем более дивизией, армией, фронтом. Вскоре выяснилось, что командование Красной армии самого высокого ранга составляет прежняя офицерская элита. Воспитание и обучение нового поколения красных командиров тоже выпало на долю военспецов – генералов и офицеров Императорской армии.
В Берлин вошла новая Советская армия, однако выросшая на воинской закваске старой русской армии. В тех же погонах, которые два десятилетия были под запретом. И с боевым опытом, полученным в Первую мировую войну.
Та война у нас тоже называлась Отечественной. Второй, после 1812 года, а иногда и Великой Отечественной.
Схожего было немало. Даже песня «Священная война» была общая, хотя и с разными словами и мелодией. И такая немаловажная деталь: верховное командование в обеих войнах приняли на себя руководители страны.
Казалось бы, в разные эпохи государство и армия должны быть другими. Нет. Страна хоть и Советская, но всё же Россия. Советский Союз был, пусть и существенно преобразованным, но по сути своей преемником Империи. Иностранцы называли нас русскими независимо от смены общественно-политической формации. Рабоче-крестьянская Красная армия при всех изменениях тоже не могла существовать без старых армейских традиций. По-другому и быть не могло.
Изменилось знамя. Оно стало красным. Но в истории русской армии красное знамя тоже традиционно. Под красным стягом в бой шли полки Дмитрия Донского и царя Ивана Грозного. На миниатюрах «Повести временных лет» воины великого князя Владимира осаду Корсуня тоже вели под красным стягом.
Первая мировая война – Вторая Отечественная
Первую мировую войну многие считают нами проигранной, забывая о том, что в начале 1917 года русская армия была на пороге победы. Так полагали многие военные специалисты, включая немецких. Чтобы предотвратить такое течение событий, были предприняты очень серьёзные усилия (финансовые, идеологические, политические) для ускорения революции. Февральская революция устранила от власти законного монарха. И сразу же начался развал страны и разложение армии. Всё закончилось Октябрём и подписанием Брестского мира. Но война для нас не закончилась. Началась иностранная интервенция, включающая армии стран и бывших противников и бывших союзников. Несколько лет длилась междоусобная брань, разделившая русскую армию на две части, которые теперь воевали друг с другом. После окончания Гражданской войны продолжилось строительство новой армии. Но поскольку других способов ведения войны, кроме тех, которые использовала царская армия, просто не было, то старые традиции неизбежно возвращались в Рабоче-крестьянскую Красную армию. В годы Великой Отечественной эти процессы пошли ускоренными темпами. В мае 1945 года непобедимый германский вермахт был повержен советской армией, впитавшей боевой опыт Первой и Второй мировых войн. В рядах армии-победительницы сражались участники двух Отечественных войн, которые начались в 1914 и 1941 годах. Символизм этих цифр показателен. Они одинаковые. Лишь две цифры поменялись местами. Результат был разный. В годы Великой Отечественной никто не смог вонзить нож в спину воюющей армии. И она победила!
Тщательно исследовав путь нашей армии в двадцатом столетии, мы вправе сказать – дорога на Рейхстаг начиналась в окопах Первой мировой.
Судьбы многих наших полководцев и рядовых воинов это наглядно подтверждают. Мы привыкли считать Г. К. Жукова, А. М. Василевского, К. К. Рокоссовского, И. С. Конева, Р. Я. Малиновского, Ф. И. Толбухина, Н. И. Чуйкова полководцами Великой Отечественной войны. Это верно. Как верно и то, что все они участники Первой мировой.
В начале этой войны по всей России поднялась настоящая волна патриотических чувств. 20 июля (1 августа) 1914 года вышел Высочайший манифест, в котором русский царь объявлял: «Божиею милостию, Мы, Николай Второй, Император и Самодержец Всероссийский, Царь Польский, Великий князь Финляндский… Объявляем всем верным Нашим подданным: Следуя историческим своим заветам… с полным единодушием и особою силою пробудились братские чувства русского народа к славянам в последние дни, когда Австро-Венгрия предъявила Сербии заведомо неприемлемые для державного государства требования… Ныне предстоит… оградить честь, достоинство, целость России и положение её среди Великих Держав. Мы непоколебимо верим, что на защиту Русской Земли дружно и самоотверженно встанут все верные Наши подданные… С глубокою верою в правоту Нашего дела и смиренным упованием на Всемогущий Промысел Мы молитвенно призываем на Святую Русь и доблестные войска Наши Божие благословение.
Дан в Санкт-Петербурге, в двадцатый день июля в лето от Рождества Христова тысяча девятьсот четырнадцатое, Царствования же Нашего в двадцатое»[1].
Во время объявления Манифеста с балкона Зимнего дворца народ опустился на колени перед своим государем и запел русский гимн «Боже, Царя храни». Эту войну сразу же стали называть Второй Отечественной. Санкт-Петербург был переименован в Петроград.
Была объявлена мобилизация, но многие из тех, кто не был военнообязанными, решили идти на фронт добровольно. На защиту Русской земли дружно встали верные сыны Отечества. В книге воспоминаний «Дело всей жизни» Александр Михайлович Василевский пишет: «Война опрокинула все мои прежние планы и направила мою жизнь совсем не по тому пути, который намечался ранее. Я мечтал, окончив семинарию, поработать года три учителем в какой-нибудь сельской школе… Но теперь, после объявления войны, меня обуревали патриотические чувства. Лозунги о защите отечества захватили меня. Поэтому я, неожиданно для себя и для родных, стал военным. Вернувшись в Кострому, мы с несколькими одноклассниками (Костромской семинарии. – В. А.) попросили разрешения держать выпускные экзамены экстерном, чтобы затем отправиться в армию».
Просьба была удовлетворена, и в феврале бывшие семинаристы стали юнкерами Алексеевского военного училища. После ускоренного курса обучения Василевский был направлен на Юго-Западный фронт.
1
ФКУ «Российский государственный исторический архив» (РГИА). Ф. 1329. Оп. 1. Д. 1005. Л. 250–250 об. № 3311, служ. 20 июля 1914 г.