Американский нуар

Глава 11. Ценности

«Итак, к какому выводу я пришёл? Эдемщики в плане жестокости могут переплюнуть братков Вааса с Рук-Айленда. Их предводитель считает меня спасителем, но его братья думают иначе. И я с ними соглашусь. Где это видано, чтобы спаситель кучки помешанных фанатиков на самом деле пил пиво с их злейшим врагом и клал этих самых фанатиков пачками? Кстати про злейшего врага. Лару они считают исчадием ада и демоном, желающим уничтожить весь мир. Зазывают в свою секту, потому что они мирные и хотят только добра. Когда с тебя содрали кожу и отправили тащить на себе чугунный крест, помни: «тебе желают только добра». Ваш главарь убил свою новорожденную дочь. Он желал ей только добра. Что за лицемерные ублюдки с двойными стандартами нынче пошли?» — подумал Джейсон, глядя в окно.

Машина неслась по асфальтированной дороге на высокой скорости. Но даже так Джейсон смог заметить идущего по дороге бедолагу, на спине которого был тот самый чугунный крест. Куда шёл этот грешник? И действительно ли он является грешником, или эдемщикам лишь бы докопаться? Что с ним станет потом? Примут ли его в ряды сектантов или убьют как неисправимого грешника? А если примут, под чью пулю из отряда неудачников, в котором состоит Броди, попадёт этот несчастный?

Парень лишь на минуту задумался о дальнейшей судьбе этого прохожего. А ведь Броди мог оказаться на его месте, если бы не Джесс и Аджай. Ведь нести тяжёлый крест, будучи с отрезанной по локоть кожей на руке, было бы довольно тяжело.

Машина сбавила скорость, вошла в поворот, проехала ещё немного и резко повернула влево. Быстро проехав над огромной деревянной аркой с синей табличкой, которую Джейсон не успел прочитать, машина въехала на ещё одну взлётно-посадочную полосу.

Слева виднелись два больших ангара, возле которых стоял жёлтый легкомоторный самолёт с надписью на полозьях «Рай и сыновья». Джейсону показалось, что где-то этот самолёт он уже видел. Примерно где-то в небе из окна Вдоводела.

Аджай завёл машину вправо, где виднелся ещё один ангар, дорога к которому была захламлена синими бочками и парой ящиков. Аккуратно проехав между ними, Гейл завернул вправо, проехав по лесной дороге, и через десять метров вынырнул к двухэтажному деревянному домику с террасой, стоящему посреди небольшой полянки.

На террасе, за столиком сидел Ник, развалившись на деревянном стуле и держа в руке бутылку пива.

Машина остановилась. Первой из неё вышла Джесс. За ней Джейсон, и, самым последним, повернув ключ в замке зажигания, чтобы заглушить мотор, вышел Аджай.

За спиной Ника, между дверью и окном, на стене было написано чёрной краской «Грешник». Под надписью рос цветок в огромном горшке. Такой же стоял напротив, у перил. К ним прижимались кресла-качалки и журнальный столик. Данное убранство, за исключением стола с Ником и пивом, говорило о том, что помимо пилота-алкаша в доме присутствует хотя бы одна женщина. Броди тут же вспомнил рассказ Лары про Ника. Живёт на аэродроме вместе с беременной женой, владеет собственной фирмой «Рай и сыновья».

— Я оказался прав? — довольно ухмыльнулся пилот. — Его действительно повезли к Иоанну?

— Нет, блять, он бухой на ферме валялся, мы его подобрали и привезли сюда, — съязвила Джесс, подошла к креслу-качалке и, тяжело вздохнув, плюхнулась в него.

— Кстати, а почему сюда, а не в «Крылья любви»? — наконец решил поинтересоваться Броди.

— На подступах к Фоллс-Энду могут околачиваться эдемщики, — пояснил Аджай. — Если Иоанн узнает о твоей пропаже, первым делом он начнёт прочёсывать городок в поисках тебя. Я знаю, что ты предложишь спрятаться в логове Лары в подвале бара. Но скорей всего мы там все сегодня нажрёмся в честь твоего возвращения. Тихо сидеть мы не умеем, а воевать, будучи бухими в доску, задача не из лёгких.

— Поэтому денёк или два посидим тут, — сказал Ник и, встав со стула, направился в дом.

Джейсон проследовал за Раем, вошёл в дом и увидел весьма уютное и ухоженное жилище. Справа стоял кожаный диван. Ещё один был прижат вплотную к барной стойке, за которой начиналась кухня. Посреди был постелен ковёр, на котором красовался журнальный столик. За ним, возле стены, на небольшом комоде стоял телевизор, а слева книжный шкаф. На кухне висели лакированные деревянные ящики и стояли столы такого же цвета, а также плита и холодильник. Справа Джейсон увидел лестницу на второй этаж. Уюта добавляли фотографии на стенах и синяя табличка над кухней «Рай и сыновья. Авиация».

— Красивое место, весьма уютное, — оценил обстановку Броди.

— Спасибо. Это всё Ким, жена моя, — сказал Ник и направился к холодильнику. — Она у меня чистюля. Она уже на девятом месяце, и всё равно каждый день бегает по дому с тряпкой, — он потянулся к шкафу, что висел слева от холодильника, открыл дверцу и достал бутылку виски. — Ну хоть отстреливать эдемщиков перестала. А стреляет она неплохо. Пуляла до седьмого месяца, пока наш доктор не заставил завязать, — он открыл ящик внизу и вытащил оттуда четыре стакана. — Странно, как мы уживаемся. Она чистоплотная, а я свинья ещё та. То в масле весь вымазан, когда Кармину чиню... Кармина, это самолёт мой, ну ты видел, — пояснил он, выходя с кухни.

— Я понял, — тихо произнёс Джейсон, продолжая осматривать дом.

— ...то пьяный в грязи изваляюсь, и в таком виде приду домой, — засмеялся Ник, подойдя к столику и поставив на него стаканы. — Но я уже и не помню, когда последний раз нажирался до смерти.

— Тебе сколько лет, паренёк? — спросил Броди, обойдя диван и усевшись поудобней. — Ты вроде ещё молодо выглядишь для цирроза печени.

— Двадцать шесть, — улыбнулся Рай, откупорив бутылку. — Я тоже думал, что так и останусь на всю жизнь пьянчугой, — он начал наливать во все четыре стакана виски. — Но когда Ким забеременела, к алкоголю как-то стал относиться равнодушно. Люблю пропустить пару бутылочек пива вечерком, хотя раньше пара бутылочек были только разогревом перед крупномасштабной попойкой. А это так, из старых запасов, — он повертел в руке бутылку, закупорил её и поставил на стол. — Опасаюсь, что после рождения ребёнка алкоголь буду на дух не переносить.

— Двадцать шесть, — повторил Джейсон, глядя на стаканы, наполовину наполненные виски. — А я на пять лет старше. Ну так давай бахнем за то, чтобы после рождения ребёнка ты не покидал насовсем наши алкашные ряды, — он произнёс тост и взял в руку стакан.

— Врач говорит, что будет дочь, — Ник взял свой стакан. — Но я хочу пацана. Вырастет, буду вот так сидеть с ним и пить самогон.

Они чокнулись и выпили содержимое стаканов до дна. Затем Джейсон уселся на диван, а Ник начал откупоривать бутылку, чтобы стаканов, заполненных наполовину виски, снова стало четыре.

В этот момент в дом зашёл Аджай, за ним, еле ковыляя, Джесс. Они до сих пор не сняли с себя свитера эдемщиков. Аджай ещё как-то мог существовать в таком прикиде, а вот Джесс явно было жарко. Возможно, из-за этого она и плелась еле-еле. В бункере она шла трусцой только потому, что в подземелье Иоанна было достаточно прохладно.

Гейл уселся слева от Джейсона, а охотница слева от Ника.

— Ну тут хоть есть чем рот попачкать. Предложение Джесс заныкаться в каком-то элеваторе меня не устраивало, — увидев стаканы с виски и потянувшись к одному из них, радостно вскрикнул Аджай.

«Проехал тысячу триста миль, чтобы в другом штате нажраться вискаря», — усмехнулся Джейсон, снова выпив стакан янтарного напитка.

— Ник? Что эдемщики делают в нашем доме? — возмущённо прозвучал женский голос со стороны лестницы.

Все четверо обернулись и увидели спускающуюся с лестницы темноволосую женщину азиатской внешности лет тридцати. В джинсах, белой растянутой футболке и зелёной ветровке с засученными рукавами. Выделяла её и ещё одна деталь — огромный живот, указывающий, что девятый месяц вот-вот наступит.