Страница 42 из 59
Конец отступления.
Блин, знал бы какой это геморрой , то постарался отказаться от должности интенданта. Все постоянно хотели поесть в неурочное время, и мне уже надоело устраивать разборки, с борзеющими воинами которые старались поесть без очереди, которую, кстати, составлял тожея.
Последней каплей моего терпения было, то когда ко мне заявился Игнат, и тоном, не приемлющим возражений, заявил, что бы его группу во главе с ним я кормил в первую очередь.
Молча выслушав его до конца, я спросил, ты закончил? И получив от него немного удивленно – утвердительный кивок, я послал его в такие дали, где и солнышко не светит, и птицы не поют, цензурными, в моей двух минутной речи только предлоги, за эти две минуты я ни разу не повторился. Выговорившись, и облегчив тем самым свою душу, я наблюдал, как чуть ли не забитый мною Игнат, вылетел из Палатки, которую мне презентовало начальство, для лучшего исполнения обязанностей. Только сейчас я вспомнил про нашу с Игнатом разницу в уровне, и представил, как же его плющило, когда я выплёскивал на него свой психоз, который я выдал за гнев. Игнат был двадцать третьим уровнем, и скорей всего получил его за социальную в основном прокачку, по крайней мере, так говорили члены его же отряда, и смысла врать им не было от слова совсем. Только я расслабился, как ко мне подбежал посыльный, и передал повеление Патриарха, собраться для собрания. В этот момент я даже поблагодарил Игната за то, что смог выпустить пар, представать в таком состоянии перед начальством, было бы не самым хорошим решением.
Зайдя в Шатёр, я увидел как Игнат резко побледнел, и невольно постарался отодвинутся, от меня подальше. Собрание против обыкновения началось не с речи Патриарха, а с доклада главы нашей разведки, сиречь Шенка.
- Ситуация серьезная, люди выслали нам на встречу, готовую к бою армию, врасплох не удастся, мои разведчики вступили в многочисленные бои с вражеской разведкой, но некоторые из нас смоги пройти через кордоны врага, и узнать их примерную численность. Их чуть менее трех с половиной тысяч.
Самоуверенная улыбка, которая появилась на лице Игната, когда он услышал про вражескую армию, от их численности потекла, и глаза сразу стали бегать ища решение этого вопроса на лицах остальных, но все остальные не торопились нарушать тишину, и она стала настолько напряженной, что казалось её можно потрогать. Наконец Патриарх неожиданно заговорил, все от неожиданности вздрогнули, и стали ждать его вердикта.
- Мы сразимся с ними, они никак не успели бы собрать армию за столь короткий срок, так что они идут по наши жизни. Встретим их здесь неподалёку, судя по докладу Шенка, они пойдут этой дорогой, встретим их на большой поляне в километре отсюда. Так и произойдет сражение.
После слов замолчавшего Патриарха, вектор размышлений сменился, и теперь все задумались, не бить или не бить, а как бить и чем бить.
После двух часов споров, обсуждений и дискуссий, мы пришли к единому плану боя, точнее нас всех заткнул Патриарх, и разложил по полочкам результат наших споров. Уже идя в направлении своей палатки, с гудящей головой я мысленно прокручивал план, который был хоть и прост, но по-своему гениален. Первую скрипку в нём играл Грох, он должен был начать нападение линией в три ряда. В то же время Занг со своими четырьмя сотнями, а так же переданной ему в усиление сотней, от Игната. Он кстати, от этого был больше всего недоволен на собрании, и сотни от моих охотников, должен был этим отданным под его командование кулаком, общей численностью в уже шесть сотен разорвать в клочья фланг противника и внести панику в ряды врага зайдя им в тыл. Игнату же досталась страховка левого фланга с оставшимися у него тремя сотнями, их в бой кидать не планировали, так как Занг забрал у него лучших. Я же оставался в тылу, рядом со складом и личной гвардией Патриарха. Со мной оставалась полусотня охотников, но тут я уперся и оставил у себя лучших, этому помогло ещё то что уровень охотником почти не колебался, находясь примерно на одном уровне. Поэтому полусотню я отобрал даже больше не по уровням, а по доспехам, так же со мной осталась личная дружина в два десятка.
Тем временем в стане людей:
- Товарищ полковник, разрешите доложить.
- Докладывай капитан, произнёс с зевком Селентьев, что такого срочного произошло?
- Мои парни столкнулись с противником, и вступили в проигрышный бой, судя по наблюдениям моих людей, это была вражеская разведка. После этого я лично повёл отряд и выяснил, что противник, так же как и мы собрал армию и выдвинулся к нам на встречу, находится они от нас, менее чем в полусуточном переходе.
По мере доклада капитана с Селентьева слетал сон, а под конец он схватился за голову, и резко севшим голосом произнёс, сколько?
- Порядка двух тысяч, может чуть меньше, как вы понимаете, прикидывать пришлось на глазок и в большой спешке.
- Они получаются тоже в курсе о нас?
- Не сомневаюсь, когда я вернулся, мне доложили что один из ближних кордонов, вырезан полностью.
- Как думаешь что они предпримут, и не забывай про наш штурм укреплений, они полностью разумны.
После этих слов Капитан задумался и посмотрев на карту зацепился за одно место взглядом. Они приглашают нас на битву, товарищ полковник.
- С чего ты это взял? Произнес Селентьев заинтересованно.
- Не более чем в километре от них, расположена большая поляна, практически единственная способная вместить наши развёрнутые войска.
- Ты их видел, скажи, по твоему мнению у нас есть шанс выиграть бой? Ты ведь опытный офицер, даром что капитан.
- Их меньше, вооружение есть если у каждого пятого, я бы их армией то назвал бы с натяжкой, скорее это что-то навроде ополчения, моё мнение, мы их разорвем практически без потерь.