Страница 41 из 59
- Как тебя зовут? Спросил я у него.
- Костя, Сэр. Ответил он, внимательно разглядывая меня, и я мог понять, сомнения в его глазах, сам он выглядел лет на тридцать пять, а то и все сорок, уровень у него был двадцать второй, я же, несмотря на грозный доспех, и высокий уровень, остался для него, неопытным юнцом. Решив развеять его сомнения, подпустил стали в голос, последнее время у меня это получалось уже практически автоматом, и нарушил немного затянувшуюся во время моих раздумий паузу.
- Хорошо Костя, в нашу задачу входит прокорм всей этой оравы. Проговорил я, обведя рукой не стихающий даже ночью лагерь, поэтому нам надо выступить в поход, ещё до рассвета и идя неподалёку от разведки постоянно охотиться, иначе, когда они, ещё один кивок на лагерь, пойдут, то дичь разбежится на многие километры. Выступать будем в пять утра, само выдвижение войск будет в шесть. Так что бегом готовить своих бойцов. Смотря в его удаляющуюся спину, я думал, будут с ним в будущем проблемы или нет. Встряхнувшись я отвлекся от размышлений и посмотрев на время, зашагал в сторону собиравшегося выдвигаться, отряда разведки во главе с Шенком. Увидав меня и убедившись, что я иду в его сторону, он на минуту оставил отряд и вышел ко мне. Подойдя, я сразу заговорил:
- Разрешите обратиться.
- Говори, только быстрее, время дорого, ответил он, внимательно рассматривая меня.
- Я хотел вас предупредить, что мои охотничьи отряды выступят раньше регулярной армии на один час, иначе охотиться походу движения армии будет невозможно, и я хотел бы попросить, что бы ваши разведчики, из ближайших к армии дозоров, сориентировали моих подчинённых на местности. Договорив своё немного наглое предложение, не относящиеся к обязанностям разведчиков даже боком, я с волнением начал ожидать ответа
- Хм, и какой резон моим парням помогать тебе, Дмитрий?
- Всё что я могу предложить за такое, произнёс я, на ходу обдумывая мысль, и продолжил, почти без перерыва, это двойные пайки в дозоры и кормёжка в любоё время суток без очереди.
- Интересно, но я и так имею право питаться, когда захочу, как и любой старший офицер.
- Но я же прошу о помощи, ваших бойцов, а не вас лично, они ведь не имеют офицерских привилегий, и для них это было бы полезно.
- А зачем же ты подошёл ко мне, а не к ним?
- Сэр, я ценю, и соблюдаю субординацию в армии, а так же не хочу своей наглостью испортить отношения с вами, и напоследок как говорят, одно дело делаем, не так ли?
- Ладно, уговорил, я прикажу разведчикам направлять твоих парней, а так же они будут давать наводки на ближайшую дичь, но не забудь то, что ты пообещал.
- Не забуду, всё будет исполнено в лучшем виде, произнёс я с облегчением. Теперь охота станет если не плевым делом, то точно гораздо легче, чем могла быть. С легким сердцем я попрощался с Шенком и пожелав ему удачи в разведке, пошёл поднимать своих, времени до нашего выхода оставалось меньше часа….
Тем временем неподалёку от города:
- Товарищ генерал, мы бы и сами справились с зачисткой, незачем привлекать к этому гражданских.
- Полковник Селентьев, прекратите истерику, гражданские, как вы их называете, имеют уровни как бы, не превышающие военных…
- Но ведь это не армия, а натуральный сброд, даром что высокоуровневый.
- Мы должны использовать все наши силы, по данным разведки, зомби принялись опять за своё, только теперь из камня, вы ведь понимаете, что это значит? И видя, как полковник сбледнул продолжил, мы должны выжечь заразу раз и навсегда.
- Я вас понимаю, но ведь они мешают военным действовать слаженно, а главное быстро.
- У меня есть для тебя решение, отдай гражданских одному из своих офицеров, а сам возглавь военный контингент, который в случае опасности их подстрахует.
- Прятаться за спинами гражданских?
- Так Селентьев, не раскисай и принимай командование, в девять утра выступаешь, это приказ.
Иван Селентьев, был в ярости, даже не так, он был в ЯРОСТИ. Расхаживая по походному шатру, перед своими подчинёнными и излагая им приказы начальства, офицеры хмурились, но возражать, как он генералу не посмели, так же они не посмели дискредитировать приказы начальства и молча, принялись за их исполнение, оставив полковника в гордом одиночестве.
Незаметно наступило утро, а вместе с этим и хандра, выйдя из палатки, Селентьев осмотрел строй бойцов, армейцев в нём было меньше чем гражданских. Всего под его командованием находилось восемьсот армейцев со средним семнадцатым уровнем, и две с половиной тысячи гражданских добровольцев. Их уровень нельзя было приравнять к среднему, единственным условием для участия в походе, был уровень, не менее десятого. Десяток было не то что бы много, но и не мало, пару сотен точно, были и выделяющиеся на фоне других уникумы, которые достигли двадцать пятого и даже тридцатого уровня, но последних было действительно, кот наплакал. Вот таким бойцам в качестве пополнения он был рад, пообщавшись с одним, из тридцатых остался, более чем доволен. Невольно нахлынули недавние воспоминания, та тридцатка, был лидером небольшого, но серьёзного отряда состоящего из десяти человек, в нем не было никого меньше двадцатого уровня, сам лидер серьёзный мужик, возрастом далеко за тридцать и ростом под два метра. Когда он подошёл к нему в первый раз доложиться, то полковник с трудом преодолел желание сделать шаг назад, а если добавить что на нём ещё висел железный доспех, весом как бы ни в двадцать кило, то становилось понятно, что он внушал. Вернувшись из воспоминаний, Иван показал жестами, своему заместителю, закругляться с патриотической речью, сам он не любил произносить подобные, но с болтливым заместителем это было и не нужно.
Наконец настало время выступать, и армия во главе с полковником двинулась в путь.