Страница 5 из 93
Он скорчил гримасу.
— По крайней мере, с тобой не было Лизы Рид, спрашивающей, не хочешь ли ты поцеловаться в машине.
— Дружище, ты же не целовался с младшей сестрой Джастина в моей машине.
— Можешь мне поверить, — сказал он. — Кроме того, ей не больше пятнадцати. Я ни за что не пойду на это.
Я вздохнул и откинул голову на подголовник.
— Это только мне так кажется или все на той вечеринке выглядели моложе нас?
Вопрос прозвучал странно для моих собственных ушей, учитывая, что большинство людей у Джастина были из нашего выпускного класса, и мы много раз тусили с ними. Но сегодня что-то изменилось. Я стоял, пил пиво и смотрел, как они празднуют окончание школы, и впервые в жизни почувствовал себя чужим. Как будто вдруг постарел на пять лет и наблюдаю, как кучка детей напивается.
— Дело не в них. Мы были такими же в прошлом году. Мы изменились после всего, что случилось с Сарой.
— Да, так и есть.
Стать свидетелем как одна из твоих лучших подруг получает ножевое ранение и падает со скалы, и в течение трёх недель считать, что она мертва, это меняет тебя. Не говоря уже обо всём, что произошло прошлой осенью.
Мы подъехали к набережной. Было непривычно проезжать мимо дома Сары в эти дни и видеть темные окна и пустое место для парковки. Сара составляла огромную часть моей жизни, и я скучал по ней. Но я был счастлив, что они с Николасом нашли друг друга. Он хороший парень и ради неё пойдёт на всё.
— Эй, что это? — Пит замедлил ход автомобиля. — В доме Сары горит свет?
— Что? — я вытянул шею и увидел слабый свет, лившийся из окна второго этажа. — Это спальня Нейта.
Пит остановил машину, и мы уже открывали двери машины, когда из здания донёсся девичий крик.
Я выскочил из машины и взбежал по ступенькам. Достигнув входной двери, я вспомнил, что у Пита мои ключи и мне пришлось ждать, пока он присоединится ко мне. Он протянул их мне, и я отпер дверь.
Когда мы вошли, в доме было темно, за исключением мягкого света, льющегося из спальни. В коридоре слышался тихий плач девушки, и мы двинулись на звук.
Если бы я был в волчьем обличье, моя шерсть встала бы дыбом. Был час ночи, и здесь никого не должно быть. Я видел достаточно жутких вещей в своей жизни, чтобы представить, что заставило бы девушку кричать в пустом здании, даже здесь, в Нью-Гастингсе.
Я чуть не передумал, но решил сначала посмотреть, с чем мы имеем дело. Я бесшумно приблизился к спальне, Пит следовал за мной. Я вошёл в комнату и уставился на открывшееся передо мной зрелище.
— Какого чёрта?
В кровати лежала девушка, она билась и кричала, одеяло обернулось вокруг её ног. Быстрый окинув взглядом комнату, я понял, что она была одна и в безопасности. Она спала и, похоже, была захвачена кошмаром.
Пит остановился позади меня.
— Кто это?
Девушка резко проснулась с тихим криком. Она уставилась на нас дикими глазами и метнулась по кровати, прижавшись к спинке. Её длинные тёмные волосы закрывали половину лица, но я всё равно смог разглядеть ужас в её карих глазах.
Я поднял руки и шагнул к ней. Она издала тихий звук и, спрыгнув с кровати, схватила старую медную лампу с прикроватной тумбочки. Она была, наверное, вдвое меньше меня, но размахивала тяжёлой лампой, как амазонка.
— Прочь! Что вам надо? — закричала она, её дыхание стало хриплым.
Страх в её глазах сказал мне, чего, по её мнению, мы хотим, и мысль об этом вызвала у меня отвращение.
— Мы не причиним тебе вреда, — спокойно сказал я.
Она могла быть беглянкой, которая увидела пустой дом и решила поселиться в нём на несколько дней. Она определённо была не местной, и казалось странным, что она сбежала из города в такое маленькое местечко, как Нью-Гастингс. В любом случае, я не хотел пугать её, даже если она вломилась сюда.
— Убирайтесь! — она сделала шаг, замахнувшись лампой.
Я не пошевелился.
— Кто ты? Что ты делаешь в этом доме?
— Кто ты вообще такой? — спросила она, повышая голос.
Её грудь тяжело вздымалась, и я заметил, что на ней были только шорты и майка. Я также заметил, насколько она была бледна, и влажные завитки волос прилипли к её лицу.
Она медленно подошла к тумбочке, где лежал сотовый телефон.
— Если вы не уйдёте, я вызову полицию.
Я уставился на неё. Она не стала бы звонить в полицию, если бы была здесь нелегально. Но Сара никогда не упоминала, что в её доме кто-то живёт. Ни Брендан, ни моя мать, которые приглядывали за домом по просьбе Сары. В этом не было никакого смысла.
— Я Роланд. Что ты делаешь в доме Сары?
Она замерла, и её глаза широко распахнулись.
— Роланд? Друг Сары?
— Да.
Она опустила лампу, прижимая её к груди, почти как щит.
— Я кузина Сары, Эмма. Она разрешила мне остаться здесь на некоторое время.
Кузина? Недоверие и подозрение наполнили меня.
— У Сары нет никаких родственников.
Она сглотнула и кивнула.
— Есть. Меня зовут Эмма Грей, и я из Сиракуз.
Она перевела взгляд с меня на Пита.
— А ты, должно быть, Питер.
— Да.
— Мой бумажник на кухонном столе. Вы можете проверить моё удостоверение, если не верите мне.
Пит пошёл на кухню. Мы с Эммой остались на месте, наблюдая друг за другом. Я переступил с ноги на ногу, и она в ответ сделала шаг назад. Её реакция обеспокоила меня. Почему она так боялась меня? Если она действительно знала Сару, она должна была знать, что мы не причиним ей вреда.
Пит вернулся и протянул мне водительские права.
— Эмма Грей из Сиракуз, как она и сказала.
Я взял права из его рук и некоторое время изучал их. Никто не улыбается на фотографиях для документов, но на фото удостоверения на лице девушки была печаль, которая притягивала меня.
Я снова посмотрел на Эмму.
— За все годы, что я её знаю, Сара ни разу не упоминала о кузине.
Она прикусила нижнюю губу.
— Можешь спросить у неё, если хочешь. Или можешь позвонить Нейту.
— Я верю тебе, — её настороженное выражение лица говорило мне, что она что-то скрывает, но она говорила правду о том, кто она такая. — Не понимаю, почему Сара не сказала нам о твоём приезде.
Эмма покачала головой, её взгляд был встревоженным.
— Я... попросила её никому не рассказывать обо мне. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.
ЭММА
Оборотни. Менее чем в десяти футах от меня стояли два оборотня. Тот факт, что они были в человеческом обличье, не мог развеять ужас, сковывающий мои внутренности. Они были охотниками, и в течение двух десятилетий страх перед ними укоренился во мне. Дружелюбны они или нет, но невозможно было не чувствовать угрозы от их присутствия.
Я должна была узнать их. У Сары были их фотографии в её апартаментах в Весторне, и она всё время говорила о них. Но я была слишком потрясена, проснувшись и обнаружив в комнате двух незнакомых мужчин.
Рыжий по имени Питер улыбнулся мне. Они оба были высокими и хорошо сложенными, как большинство мужчин-оборотней, но он казался менее пугающим, чем его друг. Роланд — другое дело. Когда Сара говорила о своём лучшем друге, я представляла себе милого улыбающегося мальчика. Он улыбнулся, но напряжённость в его голубых глазах выбила меня из колеи. Как будто он мог видеть меня насквозь, прямо во тьму моего прошлого.
— Можешь поставить лампу. Мы не причиним тебе вреда, — сказал Роланд, напомнив мне о тяжёлом грузе в моих руках.
Дрожащими руками я поставила лампу на тумбочку и выпрямилась, вновь встав лицом к друзьям Сары. С минуту все молчали, и я не знала, что им сказать. Без лампы между нами я чувствовала себя беззащитной, какой бы маленькой она ни была.
— Ты в порядке? — спросил Роланд, напугав меня.
— В порядке, — или буду, когда они уйдут.
Он провёл рукой по своим тёмным волосам, его взгляд скользнул по моему телу.
— Выглядишь не очень хорошо. Ты больна?
Должно быть, я выглядела довольно плохо, раз уж он об этом спросил. Я покачала головой.