Страница 9 из 11
- Дэн, что ли? Не-е, он не боится, - перебил меня внук - нетерпеливая душа.
- Допустим, боится. Я же в пример. Есть же люди, которые боятся собак или воду, и боятся купаться. - Внук снова рассмеялся. - А вот ты, допустим, не боишься ни собак, ни купаться в океане тебе не страшно. Есть смелые люди, есть трусливые. Это и называется - разная психика людей. Мы все разные. По-разному устроены. Одни могут прыгнуть с большой высоты, другие боятся. Кто-то не хочет жить, а кто-то, наоборот, очень хочет... кх... - я осёкся, про себя подумав: "Хочет, но не может", вспомнив соседа Роя Стюарта, старика восьмидесяти лет, пятый год как прикованного к кровати и присоединённого различными трубками и проводами к жизнеобеспечивающим аппаратам. Однажды, когда я его навещал в больнице, он передал мне записку. Перед тем, как протянуть мне её здоровой подвижной рукой, Рой глазами дал понять, чтобы никто, мол, не узнал об этом, и улыбнулся такой, знаете ли, хитрой улыбкой. Я хотел было положить обрывок бумаги в карман и прочесть потом, но он зашипел и закашлялся, указывая глазами и тыча пальцем на мою руку с листком, заставляя прочесть прямо сейчас. Я прочёл. Прочёл эти три слова и, покачав головой, внутренне опустошённый и обиженный на старика, вышел из палаты. В записке было написано: "Майк, отключи аппарат".
- Дед, ну почему не хотят жить, почему? Ты вот хочешь жить? - не унималась любопытная душа.
- Я-то? Ну конечно, да.
- Почему?
- Мне нравится жить...
- Почему?
- Потому что у меня есть ты, Оуэн. - Внук самодовольно посмотрел на облака, гордо задрав подбородок. - Но есть ситуации, когда люди не хотят жить, понимаешь?
- Почему?
- Ну, некоторые люди тяжело болеют, им больно и нехорошо. Другие не хотят, потому что остаются одни, когда мамы и папы, дедушки и бабушки у них умирают. Тогда им грустно, и они плачут в одиночестве. Вот им без своих родных уже и не хочется жить.
- И стреляются?
- Ну что ты так сразу!.. Тут по-разному получается. А вообще, Оуэн, это не очень хорошая тема для обсуждения. Может, сменим, а?
- А что, Мишель не любили родители? - не унимался внук.
- Не думаю. Считаю, очень даже любили.
- Дед, раз у неё родители не умерли и любили её, и она не болела ни чем, тогда почему же она спрыгнула? Там та-акая высотища! Как она не испугалась?
- Есть ситуации, когда тебя предают, обманывают, понимаешь?
- Угу.
- Вот друг твой возьмёт и пообещает тебе что-нибудь, а обещание не выполнит. Что тогда? Правильно. Ты расстроишься, конечно, и разочаруешься в друге. Но ты же сильный мальчишка, и психика твоя крепкая. В таком случае ты просто подумаешь, успокоишься и отправишься играть в бейсбол, позабыв про нехорошего друга. А есть люди впечатлительные, ранимые. Если их предают или обманывают, то они до того сильно обижаются и расстраиваются, что не хотят даже жить. Во как бывает!
- Ха, я бы не стал из-за друга прыгать. Что я, совсем что ли... - ухмыльнулся внук. - Дед, а что они там видят?
- Где? - Я не сразу понял, о чём он, тем более не ожидал от него подобного вопроса.
- Ну, там, куда они хотят уйти, когда вешаются или прыгают... Там же темно. Там есть что-нибудь, деда?
Я подумал, подбирая слова, прежде чем ответить.
- Там, где они оказываются, там что-нибудь видно? - сыпал очередными вопросами Оуэн.
- Думаю, что-то должно быть, - мне хотелось успокоить внука, - хотя этого никто не может сказать, пока сам не... - Я кашлянул, прервав рассуждения, вовсе не нужные молодому человеку. - Но вообще-то, говорят, что там пустота.
- Вот и пастор говорит, что там тьма беспросветная?
- Да, - улыбнулся я и потрепал его чёлку.
- Зачем же тогда они хотят туда уйти, если там ничего нет?
- Каждый выбирает для себя свою дорогу, по которой хочет идти. Может, они знают, что там. Может, видят что-то, чего нам не дано. А может быть, им изначально чего-то не хватает здесь, на земле. Или они не хотят жить так, как живём мы. Вот и идут в мир, который спрятан от нас, смертных. Уходят в другую жизнь, где, по их мнению, будет лучше, чем здесь. Не каждый решится это сделать.
- Интересно, а что там видно? Почему они думают, что там лучше?
- Этого мы никогда не узнаем, Оуэн. Но хотелось бы верить, что им не повстречается там всё плохое, что есть здесь, на земле.
- Что не повстречается война?
- И война, и ложь, и злые люди, например...
- Точно, - согласился и обрадовался внук. - Прикольно. Ну, а рай, там же есть рай? Они видят рай? Там же хорошо, деда?
- Ну, некоторые что-то видят, наверное, я же их не спрашивал?
- А бог видит?
- Что видит?
- Ну, то место, куда попадают люди, которые убили себя. Ведь бог и рай видит. Пастор Марк рассказывал нам...
- Видит, внук, всё он видит, - задумчиво ответил я, вспоминая свои грешки молодости, которые дамокловым мечом висели надо мной.
- Я бы хотел посмотреть, что там, - с мечтательным видом произнёс Оуэн, и я не на шутку заволновался: пора было прекращать этот разговор.
- Тебе что, на земле мало мест, куда хотелось бы посмотреть? - строго спросил я его.