Страница 9 из 17
– Не бойтесь, обещаю вести себя в рамках приличий.
– Я и не боюсь. – Говорю, а сама думаю, знаем мы ваши приличия, у него же на роже написано «бабник», ему лишь бы девушку в кровать затащить.
– Так как, вы согласны? – Настаивает мой «итальянец».
Соглашаться нельзя, мелькает мысль, ночью потрахаемся, а утром он меня с такой же милой улыбочкой отправит на эшафот. Надо держать марку, я для него ценность, пока он меня не получил, а потом ищи его. Надо отказаться, но как? Думай, подруга, думай.
– А ничего, что нас двое. – Говорю я и стараюсь выглядеть разгневанной. – Вы думаете, я смогу есть, и пить пока мой товарищ томится в застенках.
После этой отповеди мой визави некоторое время выглядит растерянным, но лишь мгновение, а потом опять его глаза наполняются смехом.
– А вы – непростая штучка. – Он опять нагибается ко мне и шепчет. – Так еще интереснее. Знаете что, раз уж вы так печетесь о своем друге, то я приглашаю вас обоих. Согласны?
Он выпрямился в седле, а я в растерянности смотрю на Роя. Тот изображает полное равнодушие, хотя ведь все слышал. Ах так, говорю я себе, ну тогда пойдешь ужинать.
Поднимаю глаза и с вызовом смотрю в открытое лицо Эстегона.
– Хорошо, мы принимаем ваше приглашение.
Глава 5. Термы
Я, конечно, ожидала, что в камеру нас больше не бросят, но все-равно была приятно удивлена, когда слуга указал мне одну дверь, а Рою другую. Отдельные комнаты, отщелкнуло у меня в мозгу, значит, мы из разряда заключенных перешли в статус гостя. Это не может не радовать.
Комната оказалась небольшой, но очень светлой, хотя сразу было заметно ее гостевое предназначение. Все как-то по-казенному просто и строго. Кровать, стол со стулом и платяной шкаф, ничего лишнего. Немного скрашивали вид большое арочное окно и изразцовая печь в одной из стен.
– Мне нравится. – Сказала я вслух для убедительности, а про себя добавила, в любом случае лучше, чем тюремная камера.
Прошлась по комнате, заняться было абсолютно нечем, и я плюхнулась на кровать. Вот оно блаженство, застонала я, прикрыв глаза. Настоящая перина, это как мягкое, обволакивающее облако, как паутина, засасывающая в царство морфея. Глаза закрывались сами по себе, и я уже почти провалилась в сон, но не судьба. В дверь стукнули, и она сразу же распахнулась или даже скорее сначала рванули дверь, а потом уже постучали. Вошла симпатичная девушка лет двадцати и за ней две горничные с кипой одежды в руках. Все три одеты в цвета клана: зеленые юбки и лифы.
– Сударыня. – Девушка сделала что-то подобное книксену. – Я принесла вам платья. Выберите, а девушки помогут вам одеться.
Я приподнялась на руках, но вставать не торопилась.
– Ты кто?
– Простите, я не представилась. – Она смущенно улыбнулась. – Я, Лозана, дочь управляющего замка. Гранд Эстегон приказал подготовить вас к ужину.
Вот как, подумала я, значит умыть, причесать, умастить и подать крепостную девку барину в постель. Занятно. В конечном итоге помыться не помешает в любом случае, а то меня до сих пор преследует запах навоза.
– Ладно. – Вскакиваю с постели. – Давайте ваши платья посмотрим.
Горничные подошли поближе. Перебираю тяжелые длинные юбки, бархатные корсеты и лифы, в общем, настоящее средневековье.
– Чье барахло? – Тыкаю пальцем в разбросанную одежду.
– Гранд Эстегон приказал принести вам платья своей сестры грандессы Эстелины.
В ее тоне мне послышалось осуждение моего поведения. Еще бы, вдруг просыпается Варга, ты не визжишь от восторга, не кланяешься от избытка благодарности. Тебе, голубушка, неинтересно дарить. Вот, господин ее спросит, и что она ему расскажет. Как ты с кислой мордой ковырялась в его дорогущей одежде, словно это лохмотьях нищенки. Давай-ка, милая, побольше энтузиазма. Ну-ка улыбнись девчонке, тебе надо заводить здесь друзей, а не только мужиков соблазнять.
Чувствуя его правоту, улыбаюсь Лозане во всю ширину своего рта и с новыми силами берусь за платья. Улыбка помогла, девушка как будто смягчилась и принялась мне помогать.
– Итак, все зеленое в сторону. – Убираю несколько платьев. – Достаточно того, что наш милый гранд будет в цветах своего клана.
Девушка смеется.
– У меня самой от зеленого уже в глазах рябит.
– Тогда вот так. – Прохожусь вдоль разложенных на кровати нарядов. – Берем вот эту светло-кремовую шелковую рубаху с легким кружевом по краю декольте, бардовый лиф и верхнюю юбку из плотного атласа.
Тут включается моя новоявленная подруга.
– Нижние юбки возьмите вот эти из такого же кремового шифона. Они будут видны снизу и создадут визуальный отрыв от пола.
С уважением посмотрела на Лозану.
– Ого, есть еще девушки в наших селениях. – Слегка перевираю классика.
– Что? – В ответ удивленные круглые глаза.
Делаю вывод, Некрасова в здешних школах не проходят, и машу рукой, типа не обращай внимание. Откладываю выбранную одежду и с чувством выполненного долга поднимаю глаза на свою помощницу.
– Что дальше?
– Термы. Вам надо помыться. – Лозана принюхивается и тянет нос в мою сторону.
– Стоп. – Я грозно хмурю брови. – Давай- ка, подруга, не перебарщивай.
У девушки испуганное выражение лица, и она лепечет о том, что не хотела меня обидеть, но я уже не слушаю. Меня осеняет отличная мысль, а почему бы мне не взять с собой Роя. Кто знает местные нравы, может вместо мытья придется отбиваться от мужиков.
А Роя ты, стало быть, не боишься, ехидно так спрашивает мой «домашний демон».
Нет. – Фыркаю я. – Рой, скорее, из тех мужчин, которого девушка в постель должна привести да еще всю дорогу убеждать, что она сама этого хочет.
Довольная собой, как я его ловко отбрила, возвращаюсь на грешную землю и вижу, что мои девушки явно думают, будто у меня «крыша поехала». Уставились на меня непонимающими глазами и ждут, когда я в себя приду.
– Пошли уж. – Говорю. – По пути только захватим кое-кого.
Толкаю, без стука, дверь в комнату Роя, но смутить его не удается. Мой храбрый наемник развалился на кровати прямо в одежде, в сапогах и дрыхнет. Прям как я. Да нет, этот парень покруче, ведь он даже кирасу свою не снял. Интересно, думаю, он вообще когда-нибудь железягу эту с себя снимает. Вот в бане и проверишь, ехидничает Варга.
Я, конечно, стерва, но это вредное создание у меня в башке даст мне сто очков в легкую. Вот и сейчас мерзким своим голоском спрашивает. Разве ты не за этим его в баню то тащишь, я-то думал, тебе любопытно поглазеть на его фигуру или еще на что? Все хватит, я останавливаю его, это уже хамство. Даже отвечать не буду.
Грохочу в дверь со всей силы.
– Вставай, солдат! Родина зовет своих сыновей.
Вы бы видели, как он подскочил. Мне показалось, он оторвался от кровати всем телом разом и при этом еще свою шпагу умудрился вытащить. Одно мгновение, нет даже пол- мгновения, и перед моим носом, как жало змеи, покачивается острие его клинка.
– Полегче, боец. – Я отворачиваю указательным пальцем стальное лезвие. – Это всего лишь я.
– Что случилось?
– Ничего. Мы идем в термы. – С интересом наблюдаю за его реакцией.
Парень запихивает шпагу в ножны и всем своим видом старается показать, что новость его нисколько не заинтересовала. Но надо быть совсем слепой, чтобы не заметить, как он смущен. У него просто на лице написаны все вопросы, которые сейчас звучат у него в голове.
– Ты же помнишь у нас сегодня вечером ужин с сеньором. – Издевательски улыбаюсь прямо ему в лицо.
– С кем?
– Ну, с грандом, какая разница.
– Так вот из-за чего вся возня. – Рой строит недовольную морду.
Мне только обиженных мужиков еще не хватало. Нет, я это выслушивать не собираюсь.
– Все, хватит болтать. – Поворачиваюсь к Лозане. – Веди.
Всей нашей разношерстной процессией идем по коридорам, все встречные оборачиваются нам вслед и шушукаются. Чувствуется, определенную известность мы здесь уже получили. Потом начался спуск, узкая винтовая лестница такая, что крупному человеку по ней не пройти. Слышу, как сзади гремит о камни своим железом мой защитник.