В плену света

Всю весну Алиса с Андреем корпели над его выпускной квалификационной работой. Итогом их стараний стал большой научный труд, намного более обширный и глубокий, чем обычный диплом. Но ребята этого даже не заметили. Тема оказалась обоим настолько близка: Алисе как ведьме, специализирующейся на проклятьях, а Андрею как охотнику, желающему стать сильнее, – что изучение поглотило обоих. Им интересно было рыться в библиотеке и глобальных сетях, выискивая новые, или давно забытые старые проклятия и методы борьбы с ними. Множество старых знаний, отброшенных в прошлом из-за малоэффективности, оказались весьма любопытными. Доработанные с помощью современных технологий и наук, они позволили разработать новый способ обнаружения проклятий на местности. Курировала их работу Бурелова Анастасия Викторовна, глава кафедры темной магии. Под ее руководством Андрей оформил работу таким образом, что в итоге принял участие в научной конференции, где выступил с полноценным докладом. Конечно же, за диплом парень получил отлично, но участие в конференции дало ему дополнительную рекомендацию в департамент, куда он так стремился устроиться. А это для парня сейчас было куда важнее оценки.

Обладая природной харизмой и живостью ума, охотник выступил настолько хорошо, что удостоился заметки в международном научном журнале. Поэтому, когда, спустя несколько дней, под вечер раздался звонок от отца, вспоминающего о младшем сыне довольно редко, Андрей с легким сердцем нажал на кнопку приема вызова. Но вместо поздравлений услышал лишь несколько слов: «Немедленно приезжай домой. Я уже договорился с руководством академии», – после чего на другом конце сделали сброс звонка, а парень стоял и слушал гудки, чувствуя, как тревога охватывает разум.

‒ Кто звонил? – спросил Глеб, приподнимаясь на кровати. Был уже поздний час, и они ложились спать.

‒ Старик, – глухо ответил Андрей. – Сказал, чтобы я немедленно ехал домой.

‒ Что-то случилось? Он узнал об Алисе?

Глеб сел, с беспокойством глядя на брата.

‒ Я не знаю. Он сразу сбросил. Сказал только, что предупредил уже руководство академии.

Парень запустил пятерню в волосы, от чего длинные светлые пряди рассыпались по плечам. Глеб знал этот жест – он свидетельствовал о том, что Андрей в растерянности.

‒ Не нравится мне это. Поехать с тобой?

‒ Не стоит. Вызови лучше такси, – твердо ответил двоюродный брат, словно уже принял для себя какое-то решение. – Я отзвонюсь, как что-то узнаю, – и с этими словами стал быстро скидывать вещи в рюкзак. Все самое необходимое.

Когда сборы закончились, он подошел к окну и выглянул. Света в окне комнаты, в которой жила Алиса и Соня не горел. Может спят? Не стоит звонить. Лучше написать сообщение.

«Спишь, Лисенок? Мне позвонил отец, попросил срочно… («Нет, лучше убрать, будет волноваться», – подумал охотник и стер слово «срочно») приехать. Думаю, завтра к вечеру уже вернусь. Буду на связи. Люблю тебя».

Всю дорогу до дома Андрей провел в раздумьях, что же послужило причиной для звонка отца. Самым вероятным было, что он узнал об Алисе. Никаких других версий на ум не приходило, чтобы дернуть его домой на ночь глядя.

Как же не вовремя. Через две недели выпускной, после которого он бы подал заявление в департамент. Всего месяца не хватило. Отец скорее всего в ярости. Возможно…, хотя нет, сто процентов, что будет бить. Надо пережить. Убить же не убьет. В принципе, он давно уже все рассчитал. Первое время поживет в общежитии для сотрудников департамента. За этот год он смог отложить немного денег. На первые месяцы хватит. А дальше уже с зарплаты устроится.

Парня не страшили финансовые трудности. Он привык с оптимизмом смотреть в завтрашний день. Вот только разрыв с семьей угнетал. Отец отречется сам и запретит остальным с ним общаться. И сколько времени пройдет, пока он сменит гнев на милость? Возможно, Андрей и не дождется этого.

Дом был темным, лишь в кабинете отца горел свет. Оно и не удивительно, в третьем часу ночи. Хотя нет, кажется, еще в спальне матери мерцает тускло ночник. Знала, что он приедет, и не спит?

На его стук дверь открыл отец. Кивнув в знак приветствия, Чернышевский старший молча развернулся и пошел в глубь темного дома, освященного лишь газовым рожком в холле. Андрею ничего не оставалось, как пойти следом. Отец подошел к дверям своего кабинета и, открыв их, пропустил вперед сына, после чего зашел сам.

Андрей никогда не любил этот кабинет: толстые темные шторы всегда закрыты, не давая солнцу и шанса осветить мрачное помещение. Коричневые обои с редким золотым теснением, громоздкая мебель. Сейчас, освященный лишь настольной лампой, он, казалось, сжимается вокруг парня, забирая воздух, норовя раздавить. Постаравшись отбросить эти ощущения, молодой охотник направился к глубокому креслу у стены. В любом случае, настроен он был решительно и морально готов услышать все, что скажет старик.  По крайней мере Андрей так думал. Но…

‒ Твой брат мертв, – сказал отец, облокотившись спиной о столешницу большого письменного стола и скрестив руки на груди.

Рюкзак, мгновение назад скинутый с плеч, выпал из ослабевших рук и упал на край кресла, но, не удержавшись, свалился на пол. Ноги подкосились, и Андрей рухнул в кресло, глядя на отца дикими недоверчивыми глазами. Не было никакой надежды, что прозвучавшее шутка. Отец никогда не шутил, даже тогда, когда он с братом были детьми. Тысяча вопросов болезненно рвали мозг, но он смог выдать лишь один: