Страница 4 из 16
Сцена 2. Сон
Темнота обступает плотным кольцом, к ушам едва пробиваются звуки. Кто-то распахивает скрипучую дверь, ведущую на крышу, и тьму, точно дым, вытягивает наружу.
Под звёзды первым выбегает совсем юный парень: со вздёрнутым носом, тёмно-рыжими вихрами и крупной родинкой у глаза. Парень весь светится, словно в груди у него живёт собственное Солнце. На фоне звёздного неба и одинокой, обшарпанной крыши, парень кажется бесконечно чуждым. Но вот, к нему выходит девушка, берёт за руку, и всё становится на свои места.
Парень подкидывает каменные крошки и, расставив руки, ходит по самому краю пятиэтажки. Ему неведом страх. Смерть и болезни — это про кого-то другого. Может даже про другой мир. Про другую реальность. Отражая глазами звёзды, девушка влюблённо смотрит на бесстрашного парня. Она ниже ростом и кажется младше. У неё крупные, как мармеладные дольки, губы. Ресницы, тяжёлые от туши, отбрасывают на щёки длинные тени. Она что-то счастливо кричит, показывая миру крупные передние зубы и щербинку между ними.
Время ускоряется. Так всегда бывает, когда эти двое вместе, но в этот раз в воздухе разлилось предчувствие беды. Оно давит хрупкую радость, пока та не превращается в осколки. И вскоре улыбки подростков съедает злоба. Они с ненавистью кричат друг на друга. Ночь дрожит, звёзды падают стеной искр. Крутится мир, а парень шагает по самому краю. Ненависть чёрной тучей обнимает его за плечи. Крыша кренится, и парень с рыжими вихрами срывается в пустоту.
Мир замирает, осознав ошибку. Девушка кидается к краю. Слишком поздно, чтобы успеть… Она тянет руку, воя от страха. Она готова на всё, и её рука, словно по волшебству, вдруг удлиняется. Горящие, сотканные из светящегося дыма, пальцы хватают за шиворот застывшего в воздухе парня, и, через миг, он уже лежит на крыше рядом с девушкой.
Они оба кричат, но по разному: девушка — от боли и ужаса, парень — от страха и открывшейся правды.
Видение померкло, сон потерял очертания. Я с криком проснулась, снова дрожа, как тогда, несколько лет назад.
Заснуть удалось лишь под утро…