Страница 19 из 111
— Никого эта девочка не убивала, — седовласый тяжко вздохнул, придирчиво осмотрел кусочек ветчины, подцепленный на вилку, и начал разъяснять то, что знал наверняка. — Просто герцог решил на ней отыграться. За отказавшую ему мать. Ну и засадил девчонку в тюрьму, где ее начали прессовать: кормить хлебом и водой, крыс в камеру подкидывать. Думали, сломается. И тут по приказу Норги и, видимо, от большого ума или старания выслужиться в соседнюю камеру прописывают Холрика.
— А Холрика за что? — собеседник пожилого лишь слегка нахмурил белесые брови, выражая, судя по всему, удивление. — Он же боевой офицер. Какая еще тюремная камера?
— Ооо! Там еще более грязная история, — хозяин дома покрутил бокал за тонкую ножку, шумно принюхался и с удовольствием приложился к вину. Видел бы его домашний лекарь, прописал бы очистительные процедуры без вазелина. Но докладывать о маленьком прегрешении было некому, слуг он заранее перед встречей отослал. — Холрик командовал нашими диверсантами. И отошел к Шантогири передохнуть и перегруппироваться. Перед ними стоял пехотный полк, прикрывал подходы к городу. И внезапно, без всякой на то военной необходимости, на следующий день полк снимается и уходит в сторону Ларентии. Хотя Ларентию по всем фронтам прикрывала Северная армия генерала Мирта. И полковник Симер отдает Холрику приказ сворачиваться и тоже двигаться к Ларентии…
— …и оставить город вообще без прикрытия, — второй мужчина закончил предложение за седого. — А на том направлении против нас воевали, если мне изменяет память, наемники. Город бы они взяли на раз. А «право трех дней», когда победитель творит в городе, что пожелает, никто не отменял. И за три дня наемники с мирным городом такого бы натворили… Куда Холрик полковника послал?
— Он ему горло вырвал, — хозяин посмотрел сквозь бокал на огонь свечи. Пламя показалось ему багрово-алым. — Наш герой к тому времени в армии уже четырнадцать лет отслужил в диверсантах. В общем, полк ушел, а Холрик с бойцами принял решение остаться. Генерал Мирт, когда ему об этом донесли, кинул ему на помощь свою конницу. Через три дня, после ухода полка. Думали, от города уже руины остались. Но ребята Холрика выстояли и к городу наемников не пропустили. Правда, их из двух сотен осталось едва ли полтора десятка. Начали разбираться, кто и за какие деньги решил противнику Шантогири сдать. А Холрик, баран упертый, всех послал. Ну его за неподчинение приказу лишили звания и определили в камеру ожидать трибунала.
— Холрика Ван Хонна? — второй переплел пальцы на груди, и сходство с пастором усилилось в разы. Только этому пастору не всякий здравомыслящий человек доверил бы свои чаяния. — Что за недоумки служат в армии? Его родительница к Императору входит без стука. Она же за сына потом бы всем генералам показательную кастрацию устроила, тупым и ржавым ножом.
— А он в армии числился как Холрик Харлисей, — седой снова вздохнул, присматривая на столе аппетитный кусочек копченой рыбы. — Сиятельная была категорически против его службы, ведь после смерти отца он должен был бы принять управление герцогством в наследство. А этот шалопай в армию слинял. Пока разобрались, кто он и чей… Я тогда еще только старшим королевским дознавателем был. Меня и послали его из тюрьмы забрать. Приезжаю в Ларентию, а там картина маслом. Холрик сидит в камере, а в соседней прохлаждается дочь графа Корни. За занавесочкой. Обедает едой из ресторана. Охранники чуть ли не строем ходят. Оказывается, за Джену Холрик начальнику тюрьмы успел морду начистить. Я этому строптивцу протягиваю соглашение о том, что он отказывается от дальнейшего разбирательства и может быть совершенно свободен. На что он советует мне его свернуть трубочкой и засунуть себе в задницу. И предлагает другие условия — он про все забывает, но забирает с собой девчонку. И ей делают документы на другое имя…
— …и ты, конечно-же, согласился, — «пастор» беззвучно рассмеялся одними губами. Что примечательно, улыбка совершенно не коснулась его глаз. И выглядело это жутковато. Но пожилому дознавателю не было дело до повадок своего гостя. И он, как и прежде, продолжил предаваться греху чревоугодия. — Хотя, кто же в здравом уме откажет Холрику. Как Норги на это среагировал? Его игрушку забрали…
— Герцога никто и не спрашивал, — мужчина самодовольно хмыкнул в ответ. — Я же королевский чиновник, что мне какие-то там лорды-управители. Я эту парочку забрал и уехал. Правда, до столицы не довез. Холрик дал мне в зубы и сбежал вместе с Дженой. И устроил показательное турне по городам Герии. Два города попали на финансовые пирамиды. Еще три — на липовые заказы для муниципалитетов. Потом они где-то подобрали карточного шулера и бильярдиста. И начали шорох уже с их участием наводить. Я за ними замучился бегать по всей стране, документы на Джену отдавать. А после их Адмирал Стил к своим рукам прибрал. Думали, успокоятся. Хрен там, они под его эгидой всех конкурентов Стила за пару лет разорили. Талантливая команда. Никогда не повторяются.
— Занятные ребятки, — гость одобрительно кивнул. — А что сейчас от меня требуется? Они в Ларентии, как я понял, опять чудесят?
— Возглавишь королевский аудит, — бывший старший королевский дознаватель перестал улыбаться и даже отставил недопитый бокал на столик. — Короне нужна Ларентия. Людей возьмешь по своему усмотрению, сколько надо. Начните с неуплаты налогов. Или наройте еще что-нибудь подобное. И если Холрик со своей женщиной захочет получить голову герцога… Не помогать, но и не препятствовать. Просто делай вид, что ничего не замечаешь.
+*+*+*+*+
В трактире было темно и немноголюдно. Эти два обстоятельства позволили мужчинам беспрепятственно занять самый удаленный от входа столик и не бояться, что их подслушают. Унылая неопрятная подавальщица, беспрестанно шморгающая носом, зато сверкающая наисвежайшим бланшем под левым глазом, приняла заказ на выпивку, и утащила свой тощий зад в направлении стойки. Подождав, пока она получит от хозяина все заказанное и доволочет обратно, они начали совещаться.
— Наша цель — женщина с короткой стрижкой. Шатенка, — старший наемник пододвинул к себе кружку с забористым элем. Неизвестно, какие тайные ингредиенты добавлял в него хозяин, но забирал он конкретно даже самых тренированных на выпивке головорезов. Поэтому перед началом дела они договорились не сильно налегать на выпивку. — Может быть с телохранителями. Кладем всех. Всем понятно, что мы сейчас делаем?
— Сейчас мы допиваем это пойло и сваливаем отсюда, — его напарник сдул крепкую шапку пены прямо на стол и приготовился отхлебнуть из кружки. — Стерх, правый дальний столик. Женщина и два телохранителя. Они тебе никого не напоминают?
— Монашку мне через колено! — старшой кинул взгляд на указанный столик. — Да это ж Джен Великолепная и два «олентийских кота»! И если они ждут нашу цель, нам, по ходу, пора сваливать.
— Четыре «кота», — его помощник одним глотком допил эль. — Еще два за соседним столиком. И с ними пара «сияющих». Это как минимум.
— «Сияющих» шестеро, — старшой исподлобья изучил зал. — И еще четыре шантогирийца. Так, «котов» тоже шесть. Еще двое за столиком у стойки. Интересно, давно ли Джен стала с телохранителями ходить? Раньше непуганая была. А где её Меченный? Со своим громилой?
— За стойкой, делают вид, что эль пьют, — помощник кинул на стол серебряную монету. — Уходим, командир. Нам эта команда не по зубам. И советую от заказа отказаться. Если наш объект играет с Великолепной в одну игру, то они её сейчас прикроют. А с «олентийскими котами» я связываться не хочу, себе дороже выйдет.
— Согласен, уходим, — командир встал из-за стола. — Все быстро собрались — и на выход. Для новичков: ребята с выбритыми висками — это «олентийские коты». Специализируются на охране женщин. У них там на одном острове матриархат, «котов» специально для охраны женщин дрессируют. Стоят их услуги очень дорого. Подготовка — на высшем уровне. Метательным ножом муху в полете сбивают. Увидите — смывайтесь сразу. Живо на выход, пока они на нас внимание не обратили.